Однажды ночью - Лоуренс Стефани - Страница 80

Тут она услышала свое имя и все поняла.

– Господи! – уставился на нее Реджи. – Неужели это?..

– Я посмотрю, – сказала Аманда, вскакивая.

К тому моменту, когда она вышла в холл, у нее внутри все кипело от ярости, однако ей удавалось держать себя в руках. Джозеф услышал ее шаги и отошел в сторону, освобождая место для битвы. И оставляя ее лицом к лицу с джентльменом, которому все же удалось продвинуться в холл.

– Мистер Литтон-Смит! – прищурившись, сказала Аманда. – Кажется, вы спрашивали меня?

Будь на месте мистера Литтон-Смита умный человек, он, услышав интонации Аманды, поспешил бы ретироваться. Но Персиваль даже не думал об этом. Одернув жилет, он грозно посмотрел на Аманду:

– Вас! Вы доставите мне удовольствие, если немедленно покинете этот дом! – Он схватил Аманду за руку.

– Что?! – ошарашенно воскликнула та и попятилась. Персиваль, не выпуская ее руку, проследовал за ней. Аманда вовремя остановилась. – Мистер Литтон-Смит, кажется, вы спятили! Что на вас нашло?

– Ничего – просто мое терпение лопнуло. Я всегда – и, уверен, все это подтвердят – был снисходителен. Я видел, как вы заигрываете с другими, – он покачал у нее перед носом пальцем, – и не делал попыток прекратить это легкомысленное времяпрепровождение. Я даже считал, что вы поступаете благоразумно, решив повеселиться напоследок, прежде чем торжественно надеть брачные покровы. Я оправдывал вас, понимая ваши мотивы, и при этом, естественно, исполнял свой долг, заботясь о том, чтобы ваши отношения с другими не приобрели скандальный характер.

Аманда в полном недоумении слушала его обличительную речь, но последние слова вывели ее из оцепенения:

– Вы утверждаете, что именно вы послали тех девушек в сад леди Арбатнот? И у Фортескью – тоже ваших рук дело? И у Гамильтонов? И тем самым вы намеревались избежать скандала?

Персиваль надменно кивнул.

– Но зачем? – недоумевала Аманда.

– Ну это совершенно очевидно. Я не мог жениться на женщине с подпорченной репутацией, пусть и девственной. А теперь, учитывая ваше согласие, я настаиваю, чтобы вы немедленно покинули этот дом. Услышав, что вы собираетесь на север, я решил тоже навестить родственников и отправился к тетке, а по возвращении обнаружил, что вы открыто проводите время с Декстером, и не где-нибудь, а в его доме. Я не намерен возражать…

– О каком согласии вы говорите, сэр?

Наконец-то Персиваль услышал ее тон и умерил свой пыл.

– О вашем согласии выйти за меня замуж, естественно.

– Мистер Литтон-Смит, я с чистой совестью могу поклясться, что никогда – никогда! – не давала вам ни малейших оснований думать, что поощряю ваши ухаживания.

Персиваль взглянул на нее так, будто она придирается к мелочам.

– Конечно, не давали! Благовоспитанная молодая барышня не должна говорить о таких вещах. Но я четко обозначил свою позицию, а так как никаких препятствий к нашему браку нет, следовательно, у вас нет причин что-либо говорить.

– Напротив, есть, – твердо заявила Аманда. – Будьте уверены, если бы я собралась выйти замуж за какого-то мужчину, я сказала бы ему об этом. Сказала бы прямо, не стесняясь! Я сама решаю, за кого мне выходить, и высказываю вслух свое решение. Если бы вы оказали мне любезность и спросили, я ответила бы, что в вашем случае мой ответ навсегда останется «нет».

Персиваль продолжал хмуриться.

– Нет? Что значит «нет»?

Аманда утомленно вздохнула:

– То, что я не выйду за вас. То, что я не покину с вами этот дом. То, что я не заигрывала. Сколько еще «нет» вам нужно?

Персиваль даже побледнел.

– Вам вскружили голову! Декстер дурно на вас влияет! Я настаиваю, чтобы вы немедленно ушли со мной!

– М-м-м! – в бессильной ярости промычала Аманда.

– Мой долг – спасти вас от себя самой. – Персиваль стал тянуть ее к двери.

Аманда попыталась выдернуть руку и оглянулась в поисках какого-нибудь оружия. Ее взгляд упал на оловянный кувшин, стоявший на столе в центре холла. Свободной рукой она схватила его и замахнулась – и только тогда поняла, что он полный.

– Отпустите меня. – Аманда решила дать Персивалю последний шанс.

– Нет!

Она вылила на него воду – прямо на голову. К сожалению, хватка настойчивого поклонника не ослабла, а стала только крепче. Он удивленно посмотрел на нее.

– Отпустите меня, – не теряла надежды на мирный исход Аманда.

– Нет.

И тут терпение ее лопнуло. Она со всей силы ударила Персиваля кувшином по голове. Тот пошатнулся и выпустил ее руку.

– Глупая баба! Ты должна пойти со мной… – потянулся к ней Персиваль.

Аманда опять ударила его.

– Нет. – Она дождалась, когда его взгляд прояснится. – Когда же до тебя дойдет: я не желаю быть твоей женой! И никогда не хотела. Я выбрала другого мужчину, гораздо лучше тебя. А теперь вон! – указала она на дверь.

Персиваль шагнул к ней. Аманда ударила его.

– Вон!

Он, пошатываясь, повернулся к двери. Аманда поторопила его, хорошенько толкнув в плечо.

– Убирайся прочь!

Она продолжала размахивать кувшином, и Персиваль вынужден был отступить. Джозеф, с восторгом наблюдавший за всей этой сценой, поспешно открыл дверь. Персиваль пытался зацепиться за косяк, но Аманда вытолкнула его из дома, и он, спотыкаясь, спустился по ступенькам.

Аманда вышла на крыльцо и следила за ним горящими от гнева глазами.

– Я никогда не вышла бы за идиота, который воображает, будто я не знаю, чего хочу!

Вернувшись, Аманда в сердцах хлопнула дверью, величественным кивком поблагодарила Джозефа и отдала ему кувшин.

– Вытри воду, пока никто не поскользнулся.

Аманда пошла к библиотеке и обнаружила Мартина, который выглядывал из-за двери.

– Почему ты не помог? – возмутилась она.

Мартин отступил в сторону, пропуская ее.

– Я помог бы, если бы понадобилось, но ты, кажется, и сама отлично справилась.

Аманде была приятна похвала, однако она ничем этого не показала и, надменно хмыкнув, прошла вперед. Надо же, а Мартин усвоил урок. Великий Боже, чудеса не кончаются!

В библиотеке Аманда обнаружила Реджи и Люка, согнувшихся пополам от хохота. Ей тоже стало смешно, ее губы дрогнули, однако она посчитала нужным сохранить величественный вид.

Отсмеявшись, Люк выпрямился и одобрительно посмотрел на нее.

– Чем ты его побила?

– Кувшином, который стоял на столе в холле.

Оба опять разразились хохотом.

Аманда расположилась в кресле и бросила взгляд на часы. Двадцать минут шестого, значит, дневник уже в Лондоне, и Джулс везет его сюда.

Дневник должны доставить до шести. А в течение этого промежутка времени…

Они услышали приглушенные голоса, которые звучали внутри дома. Заинтересованные, они переглянулись. Кто-то резко отдал приказ, послышались шаги – легкие, женские, и тяжелые, мужские.

На пороге возник Джозеф.

– Милорд… – Он с беспомощным видом развел руками и полностью открыл дверь.

Мартин и Люк вскочили на ноги.

В комнату вихрем ворвалась леди Озбалдестон.

– Ага! – воскликнула она. – Так я и думала! Отлично, только вы плохо обеспечили прикрытие тыла.

Мартин секунду ошарашенно таращился на нее, потом перевел взгляд на двух мужчин, вошедших вслед за ней, – на Дьявола и Вейна Кинстеров.

Дьявол поклонился:

– Как ни больно, но я вынужден согласиться с ее светлостью. Вам нужен незаинтересованный свидетель, не связанный с вами родственными узами.

– У нас есть Реджи, – сказала Аманда.

Дьявол перевел взгляд на Реджи.

– Судя по повязке у него на голове, вряд ли его можно считать незаинтересованным в том, чтобы тот, кто ранил его, получил по заслугам.

– Что вы задумали? – спросил Мартин, отпустив Джозефа. – У нас очень мало времени, и если преступник тот, кого мы подозреваем, он поймет, что это ловушка, как только увидит вас.

– Именно поэтому мы вошли через черный ход. – Леди Озбалдестон внимательно оглядывала библиотеку. – Да у вас тут самая настоящая сокровищница! – Оценив расстановку мебели, она удовлетворенно заключила: – Отлично, то, что надо. – Она тросточкой указала на резную ширму из четырех секций, затем обратилась к Вейну и Дьяволу: – Вы, двое, берите ее и ставьте там. – Тросточка переместилась к окну. – Этот идиот не пойдет через двор и не увидит нас в окно. Можете поставить туда кресло для меня, а вы постоите.