Контрабандистка - Лоуренс Стефани - Страница 75

Платье Кит упало к ее ногам, за ним последовали нижние юбки. Потом Джек ловко снял туфли и чулки, и она осталась в одной шелковой кружевной сорочке. Руки Джека скользнули по тонкой талии и осторожно опрокинули Кит на кровать. Она испустила глубокий вздох и открыла их, чтобы увидеть прильнувшее к ней лицо мужа, но тут же закрыла глаза, едва их губы соприкоснулись. Его поцелуи были легкими и нежными, словно дуновение летнего ветра, но в крови леди Хендон они постепенно раздували настоящий пожар. Сердце ее готово было выскочить из груди, она задыхалась в объятиях Джека, ожидая других, более смелых поцелуев.

Не отрывая губ от ее рта, он прошептал:

— Ты не будешь сопротивляться? Ты хочешь принадлежать мне?

Она ответила движением век и, обвив его шею руками, с силой прижала к себе. Джек вознаградил ее таким горячим поцелуем, что она едва не потеряла сознание. Он чуть приподнял ее и, бормоча восхитительно нежные слова любви, принялся освобождать ее от кружев сорочки. Он покрывал поцелуями ее плечи, шею, грудь; его ласки становились все жарче, но были так нежны, что Кит совершенно забыла о том, что еще совсем недавно ненавидела его.

Наконец Джек положил ее, нагую и трепещущую, на смятое покрывало, отстранился и внимательно смотрел на нее. Она лежала среди скомканного шелка, ее пышные рыжие волосы отливали золотом, а губы чуть припухли от страстных поцелуев. Ее обнаженное тело было вызывающе соблазнительно, оно волновало и восхищало Джека. Он смотрел на Кит так, как никогда и никто в жизни не смел на нее смотреть, и ей казалось, что если этот взгляд внезапно прервется, в тот же миг остановится и ее жизнь. Сердце ее билось с такой силой, что, казалось, оно вот-вот разорвется. Она твердо знала, что ради этого взгляда готова на все. С ее губ сорвался вздох нетерпения, и она потянулась к нему со сладострастием мартовской кошки.

Джек снова приник к ней, и Кит с волнением почувствовала, как его нежная рука скользнула по ее шее и зарылась в шелковистую волну волос, захватив в плен ее голову. Джек коснулся губами нежного кончика ее груди, и ей стало трудно дышать. Он обвел языком контуры ее розовато-коричневого соска, а потом принялся за другой. Кит охватило глубокое желание, она дрожала всем телом, к ней подбиралась сладкая лихорадка. Закрыв глаза, она с нетерпением ждала…

— Открой глаза, кошечка.

Кит не могла ослушаться. Ее глаза широко распахнулись, и она чуть не вскрикнула от неожиданности, увидев, как жадно Джек смотрит на нее. Он буквально пожирал ее глазами. На его лице заиграла дьявольская улыбка, и Кит почувствовала, как в нее проник его палец. С ее губ сорвался протяжный стон, по ее телу пробежала горячая волна. Его губы возвратились к ее губам, и его горячий язык проник в ее рот.

Кит смотрела на мужа глазами, потемневшими от страсти, и изнемогала от желания. Джек оставил ее, постанывающую, на кровати, сорвал с себя одежду и снова вернулся к ней. Он прижался к ней, и Кит ощутила, как в рыжий треугольничек меж ее ног ткнулось что-то твердое. Она подняла ноги и обхватила ими его талию, чтобы сделать проникновение еще более глубоким.

Конец этого любовного приключения был великолепен. Они оказались в раю одновременно, а после заснули в объятиях друг друга, удовлетворенные и счастливые.

Проснувшись, Кит не могла сообразить, долго ли длился ее блаженный сон. Она приподнялась на локте и осмотрелась вокруг, не сразу вспомнив, где находится. Джек нежно обнял жену, закрыв ей глаза поцелуями. Он снова овладел ею с неистовством, заставившем ее стонать от страсти, и снова она подчинилась его желанию.

В полном умиротворении Кит послушно примостилась у его плеча и закрыла глаза. «Как хорошо, — подумала она, — что мой муж — такой пылкий и умелый любовник».

Но любовь требовала от нее полного слияния с любимым человеком. Она хотела жить его жизнью, если даже эта жизнь была опасной. Она вспомнила, как много еще ей надо сказать Джеку, и попыталась сесть на кровати, но он удержал ее.

— Джек!

Он поднялся на локте и зажал ей рот поцелуем.

— Я знаю, знаю. Помолчи минутку, моя рыжая кошечка, и дай мне все объяснить.

Объяснить? Кит молчала и ждала, что он скажет.

— Я хочу попросить у тебя прощения, — прошептал Джек. Губы его почти соприкасались с губами Кит.

— За что ты хочешь попросить прощения? — спросила Кит, торжествуя.

— За то, что ничего тебе не говорил о шпионах, будь они трижды прокляты.

Кит благосклонно улыбнулась, и Джек подарил ей еще один долгий и нежный поцелуй.

— Более того, я обещаю тебе, что ты всегда будешь в курсе всех моих дел, — добавил он, отстранившись.

— О, — выдохнула Кит, и глаза ее наполнились слезами благодарности.

— Кстати, — сказал Джек, хитро сощурившись, — предлагаю тебе маленькую сделку.

— Сделку? — Кит насторожилась, ожидая какого-то подвоха с его стороны.

Джек кивнул, вдыхая запах ее волос. Он поднял голову и улыбнулся, глядя в ее большие фиалковые глаза.

— Я рассказываю тебе о своих делах прежде, чем ты спросишь, а ты рассказываешь мне о своих планах прежде, чем они будут реализованы.

Кит задумчиво покачала головой.

— Что-то я не в восторге от этой идеи.

— Не советую тебе от нее отказываться, если ты хочешь, чтобы между нами больше не возникало непонимания.

Их взгляды встретились, и Кит снова подумала: «Он меня любит». Сумасшедшая радость охватила ее, живое тепло побежало по телу. Какой-то ясный и спокойный голос запел внутри, он все креп и набирал силу.

— Я принимаю твои условия, — прошептала она, почти не глядя на Джека. Она теперь твердо знала, что все у них будет хорошо.

Джек прижался к ней, и они снова поплыли на волшебных волнах счастья.

— Лиссабон? — Кит удивленно смотрела на мужа. — Почему Лиссабон?

Лорд Хендон усмехнулся. Бриг теперь покачивало намного сильнее, чем раньше. Кит завернулась в покрывало и подошла к окну. Волны вздымались одна за другой, и судно стремительно неслось вперед.

— Бриг идет туда не ради моей прихоти. Там судно разгрузят, — объяснил лорд Хендон.

Кит оглядела роскошно обставленную каюту. Она раньше никогда не думала, что каюта на корабле может быть такой уютной. И самое главное, здесь ей вовсе не было страшно, хоть она и не умела плавать. Интуиция подсказывала ей, что такое великолепное судно выдержит любой шторм.

— А куда мы поплывем потом? — спросила она, возвращаясь в кровать.

Джек провел рукой по ее теплому телу и принялся описывать ей маршрут.

— Бриг простоит шесть дней в Лиссабоне, — объяснял он, — потом возьмет курс на Брюгге. Мы не будем приближаться к берегам Франции, поэтому нам ничто не угрожает. «Эльбек» простоит еще четыре дня в Брюгге, а потом пойдет к берегам Норфолка.

Джек лежал на спине, смотрел в потолок и вдыхал запах ее тела. Как хорошо, что он помирился со своей упрямой кошечкой! Он не ошибся, решив совершить с ней морское путешествие. Пройдет много времени, прежде чем они вернутся в Норфолк, а уж он постарается, чтобы это время не пропало даром.

Он задремал, а проснулся от жалобного голоска Кит.

— Мое платье, — причитала она, — ты его разорвал. Что теперь делать? Там ведь наверняка нет ничего подходящего для меня? — Она указала на шкаф, встроенный в стену.

— Откуда на корабле могут взяться женские платья, если на его борту никогда не было женщин? — спросил Джек, посмеиваясь. — Но я был уверен, что ты захватила с собой другое платье.

Кит покачала головой:

— Я ведь не собиралась надолго уезжать из замка.

— А там что? — спросил Джек, кивнув на небольшую черную сумку, стоявшую у двери.

— Мои бриджи. Две пары…

Джек поднял голову, и их глаза встретились. К радости Кит, он засмеялся и откинулся на подушки.

— Когда я увидел тебя в садике у Дженни, ты была в платье, и я подумал, что ты перестала одеваться в мужское. Значит, я ошибся. Ты не забыла, что я обещал наказать тебя, если ты будешь носить бриджи?