Контрабандистка - Лоуренс Стефани - Страница 66

Джеку очень хотелось спросить у Кит, где она научилась владеть огнестрельным оружием, но он удержался — боялся еще больше ее расстроить. Так вот какова его жена, прелестная миссис Хендон! Джек усмехнулся, подумав о том, какой ужас охватил бы леди Марчмонт, доведись ей узнать, что ее любимица собственноручно застрелила человека.

Кит подняла голову и посмотрела на Джека.

— Я… правильно поступила? — спросила она.

— Вряд ли я, или Джордж, или Мэтью… едва ли мы будем сожалеть о том, что остались в живых, — сказал Джек, и глаза его весело сверкнули. — Так что ты можешь гордиться собой, моя отважная женушка.

— Мэтью говорит, что нам нужно избавиться от тела, — подал голос Джордж. — Может, бросить его в море со скалы?

Джек кивнул. Лучше будет, если Белвилл исчезнет, не оставив после себя никаких следов. Если найдут труп, начнется следствие, поднимется ненужная шумиха. А не будет трупа — не будет и вопросов.

— Джо! — закричала Кит. — Мы должны найти Джо.

— Нет, дорогая, — сказал Джек. — Я сейчас отвезу тебя домой, а о нем позаботятся Джордж и Мэтью.

— Но… — голос Кит дрогнул, — но он, возможно, еще не… Мы должны оказать ему помощь!

Джек с тревогой взглянул на друзей.

— Пойдем! — Кит ухватила мужа за рукав. — Пока мы тут спорим, он, возможно…

Джек не верил, что Джо еще жив, но он не мог сказать об этом Кит. Скрепя сердце, он взял ее за руку, и они стали подниматься на скалу. Джордж с Мэтью следовали за ними.

Джо лежал бездыханный. Лицо его, еще недавно такое румяное и цветущее, приобрело землистый оттенок. Кит вцепилась в рукав Джека, пытаясь преодолеть головокружение; ей казалось, что она вот-вот лишится чувств.

Кит так долго была наблюдателем в шайке капитана Джека, так долго простаивала на скале, так долго любовалась окрестностями… И ей казалось, что все это игра. А вот теперь она увидела распростертое тело Джо.

Она взглянула вниз, туда, где на песке, потемневшем от крови, лежало тело лорда Белвилла, и ее охватило чувство жестокой, звериной какой-то радости. Она совершила возмездие, отомстила за Джо, и это наполняло ее сознанием выполненного долга.

Джек прижал Кит к себе. Ему в голову пришла та же мысль, что и ей: на месте Джо могла быть она. Джек представил свою жену, лежащей распростертой, с землистым лицом, и внутренне содрогнулся. Сделав над собой усилие, он отогнал чудовищное видение и похлопал жену по руке.

— Мы с Мэтью позаботимся о теле, — сказал Джордж. — Ради всего святого, увези ее домой и не оставляй одну.

Джек молча взял жену за руку и повел вниз, туда, где были привязаны лошади. Он отвязал поводья Фаворита от деревца, посадил Кит в седло и сам сел сзади.

— Где твоя лошадь? — спросил он.

Кит объяснила мужу, где она оставила гнедую кобылу. Джек подъехал к деревьям, привязал поводья смирной лошадки к седлу Фаворита и поскакал в замок. Всю обратную дорогу он думал, как успокоить жену.

Они ехали по залитым лунным светом полянам, и в мозгу у Кит стучало лишь одно: «Я убила человека». Она не испытывала угрызений совести и сама удивлялась — почему? Ведь еще месяц назад она ни за что не смогла бы совершить того, что совершила. Она, чьим оружием всегда были смех, слезы, улыбки, брошенные искоса выразительные взгляды, волнующая походка, — она застрелила человека. Самое ужасное, что Кит чувствовала: случись такое еще, и у нее вновь не дрогнет рука. Этот мерзавец угрожал Джеку, ее любимому мужу, и она не позволила отнять его. Как разъяренная волчица, она защитила того, кто принадлежал ей по праву. Кит подумала об убитом контрабандисте и сказала:

— Мы должны позаботиться о семье Джо.

— Не волнуйся, дорогая, — ответил Джек. — Я их не оставлю.

— Да, но… — начала Кит, но тут же забыла, что хотела сказать. «Поскорее бы добраться домой!» — только и подумала она.

Джек пообещал ей, что постарается сделать все, чтобы семья убитого не знала нужды и лишений. Он смотрел на зеленые пустынные поля, и сердце его мучительно сжималось. Видит Бог, он не мог даже представить себе то, что произошло сегодня ночью!

При виде величественных стен замка сердце его преисполнилось любовью и радостью от близости родного очага. Вот за что он боролся, что он защищал — свое гнездо, свой дом. И еще эти холмистые просторы, по которым так хорошо скакать на лошади, эти темные еловые леса, белые дуврские скалы. Если бы Джо мог теперь думать, что он отдал жизнь, защищая родную землю!

Подъехав к конюшне, Джек спешился, помог жене спуститься на землю и разбудил Мартинса. Сонный конюх таращил глаза, не понимая, что происходит. Он был уверен, что его хозяин и хозяйка давно уже спят. Но сейчас лорда Хендона меньше всего интересовало, о чем думали его слуги. Он приказал Мартинсу позаботиться о лошадях, подхватил Кит на руки и понес ее в дом.

Чтобы не перебудить всех слуг, Джек вошел через боковую дверь. В холле горела одна-единственная свеча. Он стал подниматься по лестнице на второй этаж.

В спальне Джек, несмотря на слабые протесты жены, сам раздел ее и хорошенько растер махровым полотенцем. Вскоре Кит перестала дрожать, и шечки у нее порозовели. Он закрыл ее одеялом и оставил в покое на несколько минут. Он вернулся к ней обнаженным, держа в руках два стаканчика с бренди.

— Выпей вот это. — Он присел на краешек кровати и протянул жене стаканчик.

Кит не хотелось бренди, но Джек настаивал, и она послушно, как ребенок, поднесла стакан ко рту и отхлебнула. Жгучий напиток обжег ей горло, на глазах выступили слезы. После второго глотка по ее жилам пробежало тепло, оно разлилось по всему телу и согрело даже кончики пальцев. Кит осушила свой стакан и почувствовала, что возрождается к жизни.

Джек поставил пустые стаканчики на стол и пробрался к ней под одеяло. Он почувствовал, как прижалась к нему жена, и поцеловал ее.

Когда его страсть была утолена и Кит заснула на его плече, он с ужасом подумал о том, что бы произошло, не появись его жена сегодня на берегу. Она спасла ему жизнь, спасла жизнь Джорджа и Мэтью, а он даже не поблагодарил ее.

Джек крепче прижал Кит к себе. «Мне нужно о многом с ней поговорить, но я сделаю это потом, когда моя миссия будет закончена, — решил он. — Сейчас же нужно отправиться в Лондон и постараться замять историю с исчезновением Белвилла. Белвилл занимал какую-то должность в главном военном ведомстве, и его отсутствие может вызвать ненужные подозрения у тех, с кем он был связан. Значит, следует придумать причину, по которой Белвилл мог надолго задержаться в графстве Норфолк, и сообщить об этом в главное военное ведомство. Если послать в Лондон Джорджа? Нет, Джордж не был с ним знаком. Он может провалить все дело, сам того не желая. Ехать в Лондон должен я сам, и чем скорее я это сделаю, тем лучше. Необходимо ведь еще встретиться с лордом Уитли, рассказать ему о последних событиях и согласовать с ним свои действия».

Джек посмотрел на свою рыжеволосую кошечку и подумал, что ей, должно быть, не понравится, если он уедет без объяснений. Но другого выхода у него не было. Ему придется все объяснить, но он сделает это, когда вернется из Лондона.

Перед его глазами вновь встала страшная картина: его жена с расширенными от ужаса глазами сжимает в руке дымящийся пистолет, а перед ней лежит на песке человек с простреленной головой. Его сердце наполнилось страданием и решимостью. Скоро, очень скоро все будет позади, и они заживут спокойной, счастливой жизнью. Он и его жена.

Глава 28

Проснувшись, Кит нашла на подушке запечатанное письмо, адресованное ей, — письмо было от Джека. Кит вздохнула и закрыла глаза, а когда открыла, письмо все еще лежало около нее.

Черт бы его побрал! Что случилось на этот раз? Кит села, бормоча самые нелестные слова в адрес своего мужа, и принялась распечатывать письмо.

— Мой цыпленочек! Вы не заболели? — встревоженно спросила ее Элмина, заметив, что ее любимица поскучнела.

— Нет, я не заболела. А вот этот несносный начальник таможни обязательно заболеет, когда я ему все выскажу. Почему он уехал, ничего толком не объяснив? — Кит в сердцах скомкала письмо и швырнула на пол. Она соскочила с кровати и наскоро оделась с помощью Элмины. Подойдя к зеркалу, вспомнила, что это яблочно-зеленое шелковое платье ей подарил Джек, и эта мысль вызвала у нее новый приступ раздражения.