Идеальный любовник - Лоуренс Стефани - Страница 106

На верхней площадке лестницы их ожидал лакей, чтобы проводить в приготовленную комнату. Не в ту, где произошла история с гадюкой, и не в комнату леди О. Это была большая спальня с просторной кроватью и примыкающим к ней будуаром.

Саймон ввел Порцию в спальню. Здесь уже хлопотали двое горничных, наполняя ванну горячей водой.

Саймон поймал взгляд Порции.

— Отделайся от горничных.

Она игриво вскинула бровь. Сняла сюртук и передала его Саймону. Одна из горничных стала помогать Порции расстегивать платье. Взяв сюртук, Саймон через смежную дверь вышел в будуар.

Сюртук был влажным. Саймон бросил его на стул и подошел к окну. Он смотрел на силуэты деревьев и старался ни о чем не думать. Пытался обуздать самое могучее чувство, которое всегда возбуждала в нем она и только она и которое он пытался прятать даже от нее. Даже сейчас.

За последние дни оно только окрепло, стало еще более властным. Он услышал, как дверь спальни открылась и снова закрылась, услышал звуки легких шагов, удаляющихся и постепенно замирающих в дальнем конце коридора.

Саймон сделал глубокий вдох, усмиряя своих демонов, после чего подошел к смежной двери.

Он приоткрыл ее и убедился, что Порция одна.

Сидит в ванне и моет волосы.

Саймон вошел в комнату, заперев дверь. Перед секретером находился стул с прямой спинкой на высоких ножках. Саймон придвинул его к ванне и сел на него верхом.

Порция подняла на Саймона глаза.

— Поскольку ты так настаивал, чтобы я избавилась от горничных, я думаю, что ты хочешь исполнить их обязанности?

Он заставил себя сдержанно пожать плечами, ванна была слишком мала…

— Все, что тебе нужно…

Скрестив руки на спинке стула, он не стал заканчивать фразу, а посмотрел ей в глаза, приготовившись ждать и наблюдать.

Сознательно обрекая себя на длительную муку.

Порция воспользовалась предоставленной ей возможностью в полной мере. Она неспешно намыливала свои обольстительные руки, соблазнительно вытягивала такие длинные, стройные ноги, между которыми из-под воды на мгновение показывались черные как смоль волосы. Когда она встала на колени спиной к нему, вода закрывала ее бедра лишь до половины, и округлые полушария так и манили, и звали. Саймон вынужден был закрыть глаза и заставить себя думать о чем-то другом.

Затем Порция попросила Саймона полить воду из ведра, чтобы она могла прополоскать волосы. Он встал и взял ведро. Порция встретилась с его взглядом.

— Делай это медленно. Я должна смыть всю пену.

Саймон послушно стоял возле ванны и медленно сливал ей воду, пока она полоскала и выжимала волосы. Он до этого даже не представлял, что они у Порции такие длинные — мокрые, они достигали до половины бедер. Его взгляд вновь остановился на пышном треугольнике… Он снова вынужден был закрыть глаза. Стиснув зубы, Саймон продолжал лить воду из ведра, в которое он вцепился мертвой хваткой.

Вода в ведре кончилась.

Порция откинула волосы назад, затем, опершись о края ванны, встала. Вода скатывалась с ее плеч, грудей, живота, бедер.

У Саймона пересохло во рту. Отставив ведро в сторону, он механически потянулся за полотенцами, которые были сложены стопкой на стуле. Он протянул одно из них Порции и отступил назад, а она, улыбаясь, вышла из ванны и шагнула к нему навстречу.

Приложив полотенце к грудям, она посмотрела на Саймона.

Он встретил ее взгляд, проявив подлинный стоицизм, затем схватил другое полотенце и набросил ей на голову.

И услышал приглушенный смешок.

Саймон продолжил вытирать ей волосы, воды в них набралось предостаточно. Порция позволяла ему проделывать с ней все, подставляла ему руки и ноги, когда он стал вытирать ее другим полотенцем.

Затем она уронила одно полотенце, выдернула из его рук второе и тоже отбросила его. Его сердце едва не остановилось, когда она шагнула в кольцо его рук и прижалась обнаженным, теплым и чуть влажным телом. Обняв его за шею, она подняла лицо, требуя поцелуя.

Саймон с готовностью удовлетворил ее требование, взял в поцелуе ее губы и рот и почувствовал, что самообладание покидает его, когда она прижалась к нему голым животом.

Порция решительно заявила:

— Я хочу праздновать. — Она посмотрела на его губы, подтянулась и коснулась своими губами его рта. — Сейчас. На постели.

Она доведет его до умопомрачения, он все более убеждался в этом.

Словно услышав его мысли, Порция склонила набок голову и внимательно посмотрела на него. Затем улыбнулась. И в этой улыбке были понимание и решительность.

— При одном условии. — Порция понизила голос и словно промурлыкала; — На этот раз я хочу все.

Он почувствовал, как в нем что-то всколыхнулось.

— Все?

— М-м-м… Да… — Она продолжала смотреть ему в глаза. — Все, что ты до сих пор утаивал.

Впервые в жизни Саймон испытал головокружение от вожделения. Он скрипнул зубами и сдержанно проговорил:

— Ты не понимаешь, о чем просишь.

Порция вскинула черную бровь — надменно и вызывающе:

— В самом деле?

Раньше чем он успел ответить, она повернулась в его руках, прижалась к нему спиной и, глядя на него через плечо, поймала его взгляд.

— Ты в этом уверен?

Она знала — это было видно по ее глазам, которые сейчас из голубых превратились в темно-синие. Он хотел спросить ее, откуда, черт побери, она это знает, но не мог подобрать слов, чтобы составить простейшую фразу.

Саймон не мог предположить, что она каким-то образом узнала о его самом сокровенном, самом чувственном желании. И готова была удовлетворить его. Уступить ему.

Это стало ясно, когда она подняла руку вверх и, прижавшись к нему затылком, притянула его губы к своим. Она втянула в рот его язык и стала ласкать своим, предлагая ему угоститься. Когда он это выполнил, она взяла его руки и приложила их к своим грудям.

Она затаила дыхание, когда Саймон сжал ладонями упругие холмы. Словно искра пробежала по его телу. Отпустив ее губы, но не выпуская из ладоней ее груди, он выдохнул:

— Ты согласна?

Ее веки дрогнули, а когда он стал откровенно мять тугие груди, она подняла их и заглянула ему в глаза.