Игры богов(СИ) - Абердин Александр М. - Страница 201

— Ты знаешь, Валар, а ведь Берия и в правду сбрасывал в Марьину топь с самолёта девушек. Надо бы мне найти как-нибудь его трупик, а также трупики его подручных и отправить их в настоящий ад, а не в тот санаторий для всяких злобных тварей, который сотворил для них Создатель. Да, кстати, эти уроды действительно сунули в болото пятерых своих дружков, но я их там и оставил, потому, что они тоже редкостной марки мрази. — После этого он повернулся к задержанным негодяем, которые корчились от боли, но кричать не могли из-за магических кляпов и монотонным, нудным голосом принялся читать им лекцию — Объясняю для самых тупых. Мимо вас сейчас промаршировал целый отряд прекрасно выделанных зомби, но это были мирные зомби. От обычных людей зомбаки отличаются тем, что их очень сложно убить, они ничего не боятся, весьма умны, хитры и изобретательны, втрое сильнее обычных спортсменов-олимпийцев, а прикосновение их рук и таких выделений, как знаменитая зомби-слюна, очень мучительны. Можно сказать, непереносимо мучительны. Я это на своей собственной шкуре проверял. Впрочем вас мне убеждать в этом уже незачем. Теперь перейдём ко второй части доклада о некромантии. Зомбаки бывают двух видов — улкафирины, то есть сотворённые силой магии из невинно убиенных людей, трупы которых подняты из могил, и тевиквалины, сотворённые из казнённых преступников и всяческих негодяев. Отличаются одни от других вот чем. Улкафирины ничего не чувствуют, ни тепла, ни холода, ни боли, ни ласки, зато тевиквалины ощущают жуткую, совершенно непереносимую, чудовищную боль и чем сильнее были те муки, которые они перенесли при казни, тем сильнее будет боль, которую они станут испытывать после воскрешения. Объединяет и тех, и других зомби только одно, они мечтают о том, чтобы их кто-нибудь похоронил и прочитал над ними молитву, а потому ими очень легко управлять и они готовы дать клятву каждому, кто им это пообещает. Те зомби, которых вы только что видели, господа негодяи, устремились в портал прохода и не стали приставать ко мне со всякими глупостями по поводу погребения только потому, что все они учуяли через него сладостный аромат лимпе'лехтиа-эт-нойре — вина освобождения из могилы, а это, поверьте, очень мощное средство воздействия на зомби и все они уже стали людьми, только несколько иными. Их мозги соображают теперь намного лучше, они обладают вдвое большей силой, чем даже зомбаки и отличаются просто потрясающей живучестью. Жизнь зомбака довольно коротка. С первых же минут своей трудовой деятельности, а жизнью существование зомбака даже у меня назвать язык не поворачивается, он начинает потихоньку гнить и примерно через пять лет, если некромант не будет регулярно приводить его в порядок, превращается в куинаквелет, живой труп, очень вонючее, скажу я вам, существо, а потом и вовсе в лейяахорона, то есть в ходячий и даже говорящий скелет, правда, говорить он может только с помощью мага. Ну, а теперь, господа негодяи и мерзавцы, я открою вам секрет самого главного могущества даже самого паршивого некромантишки, а не таких крутых магов, как король Валарестон или я, серебряные черепа на посохе которых уже имеют размер крупного апельсина. — Валарестон, злорадно ухмыльнувшись, также облачился в мундир некроманта, но уже маршальский и достал свой посох, череп на котором был размером с довольно-таки крупный грейпфрут и глаза обрели не просто осознанное выражение, а были живыми, глянув на который, Владимир прорычал от возмущения — Ох, ты и жулик, Валера, у самого черепушка того и гляди анекдоты начнёт рассказывать и эполеты до пояса свисают, а ты мне тут мораль вздумал читать. Ну, ничего, я с тобой ещё поговорю на эту тему. — Вновь повернувшись к трясущимся от дикого, хорошо осознанного и прочувствованного ужаса преступникам, он продолжил свою лекцию — Так вот я о чём хочу ещё сказать вам, придурки, зомби полностью подчинены воле создавшего их некроманта и поскольку мозги у них работают на зависть всем живым людям, то вы мне сейчас быстренько всё расскажете обо всём, что только знаете, а чего не знаете, то сразу же вычислите. Я так же спешу предупредить вас вот о чём, поскольку вы все станете тевиквалинами, то по мере деградации мучения ваши станут только усиливаться, но своего максимума они достигнут тогда, когда ваши кости обратятся в прах в каком-либо каменном сыром подземелье и станут грязью, вот тогда вам будет гарантированно не менее трёх тысяч лет таких мук, что вам, а превратитесь вы в конечном итоге в бесплотных духов, и ад со всеми его чертями и сковородками покажется после этого раем. Ну, а теперь пару слов о том, как я вас всех грохну. Марать руки мне неохота и бить вас, а тем более устраивать тут кумите, я не стану. В первую очередь потому, что любого из вас я прихлопну, как муху, да, к тому же на фига мне сдалось штопать потом ваши тушки. Поэтому умрёте вы самой мучительной смертью и вдобавок ко всему ещё и довольно медленной от того, что в вашем теле начиная от кончиков пальцев закипит кровь. Этот магический удар называется у магов нашей квалификации, то есть супермагов, нарэ-ми-иар, так кстати, эльфы ещё называют один редкий сорт вина, но вас я им угощать не стану. Максимум, что я предложу вам, так это выкурить перед смертью сигарету и выпить стакан водки, хотя вы своим жертвам и этого скорее всего не давали, а просто пытали и мучили их до тех пор, пока те не умирали. — Владимир постучал указательным пальцем по темечку серебряного черепа и сказал — Тевикар моего посоха уже всё рассказал мне о их муках и потому лёгкой смерти вы от меня даже и не ждите, равно как и никакой пощады. — Пристально посмотрев на девочку и её мать, которые чувствовали себя уже не так комфортно и не были настроены столь решительно, он сказал — Милые леди, давайте-ка я всё-таки отведу вас в один чудесный домик на острове и вы там немного поспите, так дальнейшее зрелище будет не из приятных. Вы тогда точно месяца два без снотворного не сможете уснуть. Ну, а через несколько часов к вам присоединится ваш папка и вы будете жить так долго, как живут одни только боги, и так же счастливо, в самом замечательном королевстве, которое мы все вместе построим. Я, мои милые, солдат, как и ваш папка, и хотя служу сейчас в штабе погранвойск, свои награды получил на войне, поэтому охранять ваш мирный сон это моя святая обязанность. К тому же на том острове вы увидите, что все зомби уже стали людьми и теперь, наверное, теперь решают, как им жить дальше. Ну, что вы мне на это скажете?

Девочка откликнулась первой:

— Мам, давай уйдём отсюда, мне что-то страшно стало и тревожно. Вдруг я и правда не смогу потом спать.

Мать согласилась:

— Да, Ниночка, пойдём. Подождём папу на том острове.

Владимир прошел поближе к болоту и сотворил такой большой портал прохода на остров Иримиэль, словно он собирался отправить туда разом штук пять карьерных самосвалов. Через него гостьям острова открылся прекрасный морской пейзаж, который лежал прямо за большой, залитой яркими лучами солнца площадкой, морщённой желтовато-белым мрамором. На мраморной балюстраде лежал свесив вниз одну лапу и хвост громадный леопард, шерсть которого ярко сияла на солнце. Справа и слева от него сидело с дюжины полторы крупных, холёных, довольных собой, важных мартышек и разноцветных попугаев. Несколько детёнышей мартышек беспечно сидели на спине леопарда, который моментально повернул голову к порталу и приоткрыл рот в кошачьей улыбке. С полдюжины мартышек спрыгнуло с балюстрады на мраморные плиты и подбежали к порталу, из которого в подмосковный лес пахнуло теплом, запахами моря и ароматами цветущих джунглей. Владимир поманил к себе мать с дочерью и сказал:

— Леди, познакомьтесь с лесным хозяином острова Иримиэль, его главным рейнджером, — Маугли.

Леопард немедленно спрыгнул вниз и вместе с мартышатами на спине приблизился к нему, взглянул на Ирину и Нину и громко замурлыкал, словно был самым обычным котом.

Когда Владимир вернулся к Марьиной топи, а это произошло через час, то он не заметил никаких перемен и первым делом сказал: