Игры богов(СИ) - Абердин Александр М. - Страница 183

Старый учёный, который за последние две недели, что он провёл в госпитале, уже несколько раз беседовал с этим странным юношей, окончательно убедился в том, что все его слова были правдой. В первую очередь его убеждал в этом огромный портик входа в храм сердца Земли, закрытым светящимся золотистым занавесом и это подземелье с невообразимо высоким каменным сводом. Его высота и в самом деле была больше пяти километров. Он задрал голову вверх и прошептал:

— Поразительно, Валар. Это самое удивительное зрелище, которое я когда либо видел.

Валера с улыбкой откликнулся:

— То ли ещё будет, Гарун. — Посмотрев на Сэнди и Масашико, он распорядился — Приведите сюда всех помощников Валахронарэона и пусть они принесут с собой его нарэворонвэ-сайринахамп, в котором он сможет ходить по лаве и даже спускаться в жерло вулкана. Когда же они облачат Валахронарэона в него, пусть войдут все остальные и тогда вы увидите сами, что я был прав.

Сэнди и Масашико поклонились и молча пошли к сарнасельму, а Гарун Тазиев с улыбкой спросил:

— Валар, у тебя были какие-то трудности? Похоже, что твои друзья не разделяли твоего оптимизма на мой счёт.

Валарестон громко рассмеялся и воскликнул:

— Гарун, ты что, смеёшься? Сэнди когда-то сам притащил меня на Этну, где ты находился в экспедиции, да, что там притащил, он погнал меня туда пинками, чтобы познакомить с тобой, ведь я вулканов до смерти боялся. Просто я всем сказал, что сегодня произойдёт нечто весьма удивительное, а кое-кто из моих друзей в это не поверил.

Худой, жилистый старик с озорными карими глазами, улыбнулся и поинтересовался:

— И что же должно произойти, Валар?

— Ну, мне кажется, Гарун, что к тебе и без нашей магии вернётся молодость и ты преобразишься. — Ответил Валера — Сейчас сюда войдут твои новые помощники и ты сам всё увидишь. Понимаешь, в этом месте находится источник магической силы, который питает чуть ли не всю Вселенную, а потому здесь, порой, случаются самые настоящие чудеса и поэтому я приказал всем магам даже не соваться к тебе, чтобы вернуть молодость или сделать тебя верзилой. Поверь, если чему-то и суждено случиться, то всё произойдёт само собой, естественным образом и без какого-либо вмешательства магов.

Гарун Тазиев положил руку своему юному другу на плечо, пристально посмотрел ему в глаза и требовательно спросил:

— Ладно, парень, с этим мне всё более или менее ясно, но может быть ты скажешь мне, кто они, мои будущие помощники? Я уже две недели слышу от тебя, что у меня будут какие-то чудесные помощники, но ты так не разу не сказал мне, что это за люди, откуда они, где учились. Пойми, мне хотелось бы сначала услышать о них хотя бы несколько слов, а уже потом знакомиться.

Валарестон усмехнулся и ответил:

— Сейчас ты их увидишь, Гарун. Пока что я скажу тебе лишь одно, они не люди, а хиносарды, но все они отличные парни и пойдут вслед за тобой в любой вулкан и даже дойдут до центра Земли.

Гарун Тазиев, который несколькими минутами назад счёл обещание Валарестона, что он сможет ходить по раскалённой лаве всего лишь гиперболой, теперь понял, что, похоже, это было не так и его действительно ждёт именно это, сказал с укоризной, чтобы заставить тем самым парня проболтаться:

— Валар, ты не новичок на вулканах и знаешь не хуже меня, что это невозможно. Мальчик мой, ни одно живое существо не может опуститься в вулкан и никакие теплозащитные костюмы ему не помогут. Признайся, что это была всего лишь фигура речи.

— Гарун, этого не сможет сделать человек, но сможешь сделать ты, когда станешь магом огня и Валахронарэоном, повелителем подземного огня. — Спокойно ответил Валера — Неужели находясь в нескольких сотнях метров от источника Силы Земли не ощущаешь всей его мощи и божественной сущности?

Старик, который действительно всем тело ощущал, как что-то наполняет его изнутри силой и энергией, поёжился, потёр ладонью о ладонь и ответил, кивая головой:

— Да, это место не совсем обычное, парень. Но…

Договорить он не успел. Через все сарнасельмы на подземную площадь стали выходить из каменных обелисков высокие, широкоплечие красивые парни с загорелыми, мужественными лицами, отдалённо похожими на весьма характерное и запоминающееся лицо Гаруна Тазиева. По-восточному выразительное, оно было весьма переменчивым и ему показалось, что в лицах этих высоченных парней отразился он сам во всём многообразии эмоций начиная от суровой сосредоточенности, когда он подходил к самому краю лавового потока, до озорной насмешливости в лагере. Все эти парни были одеты в одинаковые мундиры тёмно-багрового цвета со сверкающей золотисто-алой отделкой и тёмно-коричневые береты, совсем такие по форме, как его собственный. Выходя из камня, они молча отдавали ему честь и вставали ровными рядами посреди площади справа и слева от широкой, мощёной золотистым камнем дороги, ведущей к портику. Последними из камня вышли трое парней и направились к нему. Тот парень, который шагал посередине, нёс в руках большой ларец, искусно вырезанный из вино-красного агата, через полупрозрачные стенки которого было видно, что в нём находится что-то светящееся. Опустившись перед Гаруном Тазиевым на одно колено, он протянул к нему ларец и сказал торжественным, громким и очень приятным баритоном:

— Великий Валахронарэонон, повелитель нарэйондо, мы принесли тебе твой нарэворонвэ-сайринахамп.

Парень, шагавший справа, открыл ларец и достал из него аккуратно сложенный мундир с большими эполетами, который был пошит из странной сверкающей, пламенеющей алой ткани, поверх которого лежал багровеющий берет с круглой золотой кокардой с символическим рубиновым треугольным вулканом на небесно-голубом фоне, взятым золотое кольцо. Помимо мундира в ларце были элегантные ботинки красной кожи, такие же перчатки, желтая рубашка, пара тёплого белья и пара нательного белья, в которое ему помог облачиться второй парень. Когда же его подпоясали золотым поясом, который очень шел к этому мундиру, похожему на мундиры адмиралов русского флота дореволюционной поры, Валера протянул старому вулканологу небольшой кинжал в золотых ножнах и сказал:

— Валахронарэонон, мы испытывали этот рейнджерский сикил вместе с твоим нарэворонвэ-сайринахампом в кипящей стали и с ними ничего не случилось. Думаю, что они смогут выдержать любой жар, но я надеюсь не на них, а на нечто иное.

Гарун кивнул головой и, прочитав имя на мундире того парня, который принёс ларец с мундиром, спросил:

— Франсуа, кто такие нарэйондо и почему я должен повелевать ими? Понимаешь ли, друг мой, я человек весьма демократических взглядов и действительно не хочу никем повелевать.

Парень щёлкнул каблуками, чётко кивнул головой и ответил:

— Сэр, нарэйондо это все те, кого вы здесь видите, и ещё три с лишним миллиарда отважных каменных парней, которые ждут вас в Серебряном Ожерелье. Ну, а называть мы вас будем так, как вы того пожелаете. Раньше мы были детьми камня, а теперь мы дети огня.

Валера, поняв, что этот разговор может затянуться, сказал:

— Гарун, я специально не стал тебе рассказывать всего, чтобы твоим парням было о чём поговорить с тобой. Давай мы сначала сделаем то, ради чего они здесь собрались всей своей толпой, а потом ты разберёшься с новыми знаниями и мы будем вместе думать, что нам всем делать дальше, а работа, поверь, предстоит очень большая.

Гарун Тазиев хотел было задать ещё пару вопросов, но Валера широко улыбнулся и он не стал этого делать. Некоторое чувство тревоги, которое он испытывал оказавшись в этом месте, давно уже его покинуло и старый вулканолог понимал, что теперь для него начинается новая жизнь и что она действительно будет долгой и очень интересной, как это и было ему обещано. Через пару минут через большие каменные обелиски в подземелье вошло множество нарядно одетых людей различных национальностей и рас, к нему подошла какая-то просто совершенно фантастическая красавица с остренькими ушками, как у сказочного эльфа, и, взяв под руку, подвела к золотому занавесу и вот тут-то произошло то, о чём всем говорил Валарестон.