Игры богов(СИ) - Абердин Александр М. - Страница 164

Майор, быстро вскочив на ноги, ощупал свои чёрные брюки и возмущённым голосом воскликнул:

— Вот, падла, да, я же из-за него штаны порвал. Отставить побег пленного, Кочан, теперь этот сопляк ответит мне за всё по полной программе. — Двинувшись к Валарестону, он прорычал — Щенок, я тебя сейчас с говном смешаю за такие шуточки.

Протянув руки назад, юный король мягко оттолкнул девушку, спрятавшуюся за его широкой спиной, подался чуть-чуть назад сам, пропуская громилу Майора, в котором было роста, как в самом высоком хинасарде, и, ловко ухватив его за шиворот красного пиджака и за пояс, с такой силой швырнул на гоблина, что шкафообразный верзила действительно согнул тонкие, хромированные трубы кенгурятника. Только в самый последний момент майор-десантник, ставший бандитом, успел вывернуться и врезался в свой джип плечом, а не грудью. Гоблин, стоявший на нейтралке, рывком подался от этого назад, а этот верзила, отлетев от него, как теннисный мячик, с рёвом бросился на нахального паренька, посмевшего дать ему отпор. Сделал он это как раз в тот момент, когда Валера рванулся вперёд и не дожидаясь, когда оторопевший Кочан бросится на него, нанёс удар первым, причём простейший, с правой ноги врезав тому по гениталиям так, что этого громилу, тянувшего на центнер с хорошим гаком, от удара подбросило вверх на полметра. Что случилось с тестикулами борца с поломанными ушами, его совершенно не интересовало.

Кочан на взлёте взревел, моментально сложился пополам и рухнул на асфальт уже молча, а юный защитник девушек с собачками внезапно резко откинулся назад и тоже подпрыгнув сложился в воздухе, словно перочинный ножик, но только для того, чтобы захватить ногами шею Майора и с такой силой пригнуть его к земле одновременно швыряя вперёд, на двух других бандитов, что никто даже не смог понять, как он умудрился провести такой странный приём. Бывшему десантнику, воевавшему в Афгане с пастухами, взявшимися за автоматы, снова повезло, так как на этот раз он встретился в недолгом полёте со своими быками, а не с немецким железом. Обоих бандитов он свалил, как кегли, но на ноги поднялся уже немного медленнее. Валера после броска моментально сгруппировался, перевернувшись в воздухе приземлился на ноги и, слегка выставив руки вперёд, принял нечто вроде боевой стойки даже раньше, чем Кочан, рухнувший на асфальт, как мешок с картошкой, издал первый хлюпающий звук. Он зловеще улыбнулся и осмотрел поле битвы. Один несостоявшийся насильник был надолго выведен из строя, двое других барахтались под десантником, а ещё один борец, который был немного поменьше ростом Кочана, почему-то воспринял всё, как борцовский поединок.

Неизвестно почему он попытался широким замахом и довольно крепким ударом проверить прочность шеи юноши, вставшим перед ним, но это привело к весьма печальному результату. Поскольку Валарестон стоял метрах в двух от него, ему пришлось сделать ещё и шаг вперёд и вот тут-то какая-то неведомая сила заставила его сделать нечто вроде пробежки по кругу, которая закончилась встречей с серебристым джипом. К тому же в конце этой пробежки борец уже летел подобно самолёту братьев Райт, то есть совершенно нелепо и неуклюже. Окончание этого полёта было совсем уж печальным для него, хотя и не смертельным. Буквально проломив лобовое стекло он непременно влетел бы в салон гоблина, но в нём от удара сработали эйрбеги и потому его отбросило назад и что самое удивительное, борец как-то умудрился защитить свою голову руками и потому улегшись на капоте даже не потерял сознания. Майор тем временем встал на ноги, принял боевую стойку опытного мастера карате, резко выдохнул воздух и сделал руками несколько быстрых атакующих движений. Валера громко рассмеялся и, подражая Брюсу Ли, также встал в боевую стойку и принялся громко подвывая быстро перебирать ногами. Майор мрачно ухмыльнулся, сплюнул сквозь зубы и проворчал:

— Что, мальчик-карате? Ну, мне и не таким приходилось голову сворачивать, щенок.

Поскольку борец находящийся сзади уже спрыгнул с капота, а Майор не собирался переходить в атаку, Валера напал на Майора сам и, минуя умело поставленные блоки, нанёс по голове и шее своего противника несколько сильных и весьма болезненных ударов, после чего с разворота, в высоком прыжке молниеносно ударил ногой прямо в челюсть борца, молча бежавшего к нему. Причём ударил с такой силой, что тот снова взлетел в воздух и после непродолжительного полёта опять оказался на капоте многострадального гоблина, но на этот раз полностью вырубившись. Кочан, лежавший на земле, громко взвыл и, ухватившись руками за отбитые гениталии, согнувшись в три погибели, громко матерясь засучил ногами. Майор, у которого от ударов окаменела челюсть, не мог даже вздохнуть и тут мальчишка нанёс ему ещё несколько вроде бы и не сильных на первый взгляд, но очень болезненных ударов, оставив его стоять на подгибающихся ногах в полуобморочном состоянии и сломанной сразу в трёх местах челюстью. Теперь он не мог не то что вздохнуть, но даже пошевелиться и тут на него налетела ещё и та девица, с которой Майор хотел позабавиться. Она вцепилась ему в лицо своими острыми ногтями, да, ещё и крепко саданула колено по причинному месту, но боли бандитский бригадир даже не почувствовал. Её просто перебивала дикая боль в печени, солнечном сплетении и ещё в области сердца, от чего он не на шутку испугался, окончательно потерял сознание и рухнул на асфальт.

Двое типов, которых Майор свалил своей тушей, наконец, поднялись на ноги, но только для того, чтобы попасть под град молниеносных и очень жестоких ударов, моментально отправивших их обоих в нокаут. Кочан, увидев это, тотчас прикинулся, что он тоже потерял сознание, но рассвирепевшая Вика врезала ногой по морде и ему, но поскольку девушка была обута не в солдатские сапоги, а всего лишь в босоножки, сильного удара у неё не получилось. Король Валарестон схватил девушку за руку и стал оттаскивать назад, та попыталась ударить типа, лапавшего её ещё раз, но это привело лишь к тому, что босоножек слетел с ноги и улетел в кусты. Вика запрыгала за ним на одной ноге, словно асфальт был усыпан битым стеклом, но Валера успел быстро найти и принести обувь. Он отдал ей босоножек и спросил:

— У тебя что, нет другого места для ночных прогулок? Чего ты попёрлась в парк на ночь глядя? Ты хоть представляешь, что с тобой было, если бы я не шел к станции напрямки?

Вика сердитым голосом огрызнулась:

— Я не виновата, это всё Чарли. Зараза блохастая, опять из ошейника вывернулся и помчался в парк, а я за ним побежала. Не пёс, а просто какой-то ходячий символ собачьей свободы.

Валера махнул рукой в ту сторону, откуда пришел и спросил:

— Чарли это случайно не та чумовая псина, которая носится вот там по поляне и гавкает, как целая стая дворняжек?

Вытягивая самосматываюшийся поводок и складывая его вчетверо, девушка сердитым голосом сказала:

— Сейчас эта сволочь у меня получит.

— Ага, ты сначала поймай его. — Сказал в ответ на это Валера и прибавил — Ладно, пошли ловить твоего пса, хотя самым правильным было бы скормить его волкам, но здесь волков не водится. Кстати, валить отсюда нужно ещё и потому, что эти уроды скоро очнутся, начнут вопить, как резаные, и звать на помощь милицию, так что нам лучше уйти отсюда подальше. Надеюсь, что они не запомнили твоего лица и не начнут разыскивать, когда очухаются. Пойдём.

Девушка моментально послушалась и пошла за Валерой, шагнувшим в лес. Относительно того, что бандиты её узнают при встрече, она могла не беспокоиться. Масашико успел наложить на неё морок маскирующий внешность, а его ученик позаботился прибавил к нему свое заклинание и потому ни о чём не волновался. После общения с пятью подонками он не чувствовал никакого раскаяния за то, что так жестоко избил их и вообще считал, что можно было врезать и сильнее, но тогда на аллее сейчас лежало бы пять бездыханных трупов. Держа девушку за руку, он уверенно вёл её к поляне, на которой резвился кокер-спаниель, так любящий свободу. Когда Вика услышала его лай, то спросила своего нежданного спасителя: