Голубая кровь - Кильтина Юлия - Страница 8

   Дерево ненадолго замолчало, выросты коры, должные представлять собой брови, сосредоточенно сдвинулись, а крона засияла еще ярче. Дерек уже открыл рот, собираясь что-то спросить, но Рьен сделал страшные глаза и прижал палец к губам. Ясное дело, старый пень не любит, когда ему мешают.

   - Айшанская Равнина. Эк вас занесло, - проскрипело дерево.

   - Да, небольшой недолёт получился, - хмыкнул Дерек. - А далеко ли ближайшее поселение?

   - Прямо по дороге, - одна из веток изящно махнула в направлении предполагаемого жилья, - к вечеру будете на месте, если пешком. Кстати, до Велларийских гор примерно пять дней конного пути, - хихикнул старикашка. - Ну, мне пора. Эрьениэль, еще раз посадишь меня на такой невкусной почве - сам будешь из своих передряг выбираться, - буркнул напоследок крайл и начал стремительно сворачивать темнеющую и приобретающую красивый лиловый отлив крону в тугой кокон. Через мгновение темно-фиолетовый кожистый шар раскрылся, и на ладонь эльфа скатился... тот самый орешек!

   - Рьен, а откуда это дерево... откуда он узнал про Вейрану? Ну то есть про то, что мы идем именно туда?

   - Это ж крайлы! Говорят, они знают всё, - фыркнул маг и, спрятав свой "путеводитель" в карман, направился по дороге в указанном деревом направлении.

   - Вы идете или собираетесь ночевать прямо в поле? И хватит стоять столбом, а то я начинаю сомневаться в том, что Эрт Крайл'ен был так уж неправ насчет ручных идиотов!

   В крошечный городок под названием Варт мы ввалились уже в сумерках, уставшие и ужасно голодные. За время "прогулки" мы так и не пришли к единому мнению насчет причины неожиданного "недолёта" до конечной точки, да еще и с головокружительным падением. Дерек настаивал, что это было покушение на наши драгоценные жизни, а мы с Рьеном справедливо сомневались в том, что умудрились настолько перейти кому-то дорогу - школьных шалостей для этого явно не хватало, а чего-то более серьезного за нами замечено не было. К тому же на кристалле-координаторе был знак Академии, а значит, он попросту не мог быть неисправен... В общем, мы решили списать этот досадный инцидент на помехи в силовых полях - к вечеру мы уже успели охрипнуть, и желания спорить не было больше ни у кого.

   Варт встретил нас тихим домашним уютом маленького провинциального городка, где все со всеми знакомы и никогда не происходит ничего значительнее потерявшейся коровы или невзошедшего хлеба. Постоялый двор мы нашли довольно быстро, радушный хозяин - румяный толстяк с широкой щербатой улыбкой - мигом определил нас на постой и умчался распоряжаться насчет ужина. Нещадно гудящие ноги уже и не верили своему счастью, когда наконец их освободили из плена надоевших пыльных сапог и позволили побродить по прохладному деревянному полу выделенных нам комнат. Простой деревенский ужин - чашка густого наваристого супа и свежеиспеченные лепешки - показались нам просто таки пищей богов, так сильно мы успели проголодаться. Все-таки на долгое путешествие мы не рассчитывали, и еду с собой взяли совсем немного, да и останавливаться в чистом поле на обед не было времени. А уж когда в нашей комнате обнаружились застеленные чистым бельем кровати и ведро подогретой воды у умывальника, восторгам не было предела.

   Новый день встретил меня петушиным криком, громыханием посуды на кухне нашего спасительного пристанища и любопытными детскими мордашками в окне, которые резво прыснули в стороны, как только я открыла глаза. На улице вовсю светило солнце, и в городе закипала обычная утренняя жизнь. Я покосилась на тщательно прибранные кровати друзей и со вздохом поплелась к умывальнику - с них ведь станется и без меня позавтракать. Оказалось, ребята давно уже проснулись и даже успели вплотную заняться подготовкой к предстоящему путешествию - донельзя довольный собой Рьен выторговал у местного конюха трех прекрасных лошадок, а Дерек заканчивал укладывать в сумки дорожную еду, которой хватило бы как минимум на неделю пути.

   - Вдруг заблудимся, - мрачно буркнул он на мой вопросительно-недоумевающий взгляд.

   Заблудиться мы уже не смогли бы при всем желании - местные снабдили нас подробнейшей картой всей Айшанской равнины до самых Велларийских гор, не переставая между тем настойчиво убеждать "господ магов" остаться еще на пару-тройку дней. Такое радушие было, естественно, небескорыстным - за лошадок, кров и пищу Дерек вдобавок к золоту расплатился парой-тройкой своих заклинаний: на поля лег "магнитик" для дождя, а по улочкам Варта теперь гулял легкий освежающий ветерок. На Рьена же попросту заглядывались все местные девицы от двенадцати и старше. Мое счастье, что проницательный эльф еще вечером, как только мы увидели впереди огни города, посоветовал отколоть от плаща серебряную каплю - знак целителя, сказав, что иначе до Вейраны мы только к концу практики доберемся.

   И вот теперь дорога весело ложилась под копыта коней, по обочинам появились сначала редкие кусты, а затем и деревья - из раскинувшегося впереди леса нам, по приблизительным расчетам эльфа, предстояло выбраться только завтра утром. Лениво перебрасываясь словами, мы наслаждались ярким летним солнцем и бурной жизнью лесных обитателей, напрочь забыв об осторожности. Как оказалось, зря - очередной урок жизни для бесшабашных магов мог закончиться очень печатьно.

   За очередным поворотом дороги ничего вокруг не изменилось - все так же переговаривались неуемные сойки, гонялись друг за другом по утоптанной земле солнечные зайчики, и ветер так же нежно перебирал листочки в кронах высоченных деревьев, но наши кони вдруг отказались идти дальше и лишь нервно всхрапывали и взволнованно перебирали тонкими ногами. Мелькнула мысль, что рядом бродит какой-то крупный хищник. Видимо, ребята подумали о том же, - тревожно переглянувшись, мы спешились - и тут же на нас откуда-то сверху были наброшены "путы" - самое мощное из известных мне обездвиживающих заклинаний.

   "Путы" являлись очень сложным, энергоемким и потому дорогостоящим заклинанием. Его ведущие узлы внедрялись в нервные сплетения человека и накрепко связывали несчастного в том положении, в котором его застало заклинание. Теперь вся надежда была на Рьена - эльфы могли двигаться в "путах", хоть и гораздо медленнее обычного. Но Рьен стоял в той же настороженной позе, и лишь капельки пота на бледном лице выдавали огромное напряжение сил - безрезультатное напряжение, потому что "путы" на анимисте отливали кроваво-красным блеском. Это означало, что наш неизвестный враг знал, кого ожидает увидеть на этой тропе - алые "путы" были сплетены именно для эльфа. Неприятный холодок пробежал по спине между лопатками... Мы влипли, и влипли по-крупному.

   Сидящая на ветке высокого раскидистого дерева крупная птица задумчиво склонила набок голову и с интересом оглядела такой странный для родного леса вид: на дороге, у которой рос ее дуб, застыли в неестественных позах трое людей. На памяти птицы - а она прожила уже без малого восемь лет и много видела этих смешных бескрылых созданий - ни один человек еще не стоял так долго без движения. Напуганные лошади сбились в кучку позади людей. Большая пестрая птица отряхнулась, устроилась поудобнее на сучковатой ветке и приготовилась развлекаться.

   Прямо перед нами с соседнего дерева легко спрыгнул человек. Высокий брюнет лет тридцати пяти, с внимательно прищуренными темными глазами, сломанным в давней драке и неровно сросшимся носом производил гнетущее впечатление - как будто крыса выросла до размеров взрослого человека и теперь готовилась мстить всем вокруг за годы в темных сырых подвалах. Судя по шороху сзади и по сторонам, вокруг нас рассредоточилось не менее десятка помощников Крыса. Брюнет окинул Дерека и Рьена скучающим взглядом и остановился на мне. Бегающие глазки скользнули по серебристому браслету из четырех сплетенных змей, по вновь приколотой к отвороту рубашки капле, по каштановой косе, и бандит удовлетворенно ухмыльнулся. Голос его оказался еще противнее, чем я предполагала: