Голубая кровь - Кильтина Юлия - Страница 46

   Тихо скрипнула входная дверь, и я подался навстречу входящей Лете:

   - Что случилось? - вообще-то спросить я хотел не это, но при взгляде на ее лицо для других слов просто не осталось места. Бледная, с широко распахнутыми синими глазами, глядящими в никуда... Да что с ней произошло?

   Вместо ответа Лета подошла вплотную и, протянув руку, легонько провела кончиками пальцев по вспыхнувшей татуировке. Последние дни она стала вызывать все больше неприятных ощущений - и они не исчезли даже после уничтожения накопителя.

   - Метка, - тихо и отчетливо произнесла она, и я все понял. Она узнала.

   * * *

   Я смотрела в расширившиеся любимые глаза, в которых сейчас бушевало расплавленное серебро, и пыталась успокоить бешено колотящееся сердце. Оно недоумевало - как так может быть? А вот так вот, вполне себе может... Найти и потерять. Обрести свою настоящую любовь - и лишь затем, чтобы ее тут же лишиться. Мое сердце в этом было полностью со мной согласно - оно тоже предпочитало скорее найти смерть, чем потерять любовь.

   Кейрет медленно кивнул, не сводя с меня глаз.

   - Метка. Откуда ты узнала?

   - Твоя мать.

   - Она не должна была...

   - Она все сделала правильно. Знаешь... Завтра я уйду вместо тебя.

   - Нет!

   Слабая улыбка коснулась моих губ. Глупый. Как же он не понимает?

   - Я люблю тебя. И у меня просто нет другого выхода.

   - У меня его тоже нет, Лета.

   - Ты наследник трона огромной страны, которая может завтра освободиться от проклятия! Неужели ты не позволишь мне уйти, даже зная это? Я должна.

   И он сдался. Серебро в глазах потемнело, горькая складка легла у уголков губ...

   - Лета, давай обсудим это чуть позже, ладно?

   Легкий кивок.

   - Обещаешь?

   - Обещаю.

   - Я скоро вернусь. Жди меня здесь, любимая.

   Хлопнула входная дверь, оставляя меня в одиночестве в залитой солнцем комнате. Если ты так хочешь, поговорим об этом позже - вот только это ничего уже не изменит.

   Глава 17. Решение.

   Беспрекословное послушание никогда не было моей отличительной чертой, и уж тем более теперь, когда оставалось так много незаконченных дел и так мало времени для их исполнения! Куда-то вдруг подевалась серая апатия, меня снова охватил утренний прилив бодрости, граничащей с бравадой стоящего на краю обрыва смертника, которому в живот упирается острие пики и который точно знает, что жить ему осталось всего несколько минут...

   Так, нужно написать хоть что-то в Академию, чтобы на бедного Рьена по возвращении не свалился допрос с пристрастием по поводу моей гибели в Вейране, и написать письмо Дереку, и еще попрощаться с Рьеном и Кайле, и... Ох, надо уже с чего-то начать! И, пожалуй, начну с Рьена. Мне ведь еще предстоит как-то ему все это объяснить. Он, конечно, чистокровный эльф, а им такие вещи не в новинку - в их многотысячной истории еще и не такое бывало, но все же...

   Как обычно, эльфа в своей комнате не оказалось. В ней вообще царил идеальный порядок, заставивший меня тут же усомниться в том, что Рьен сегодня вообще здесь ночевал. Что ж, продолжим поиски. Следующий пункт по списку - комната Кайле. Что-то мне подсказывало, что эту парочку я вполне могу обнаружить именно там. И я решительно направилась по коридору в сторону ближайшей лестницы - Кайле жила двумя этажами выше. Но далеко уйти у меня не получилось.

   Подойдя к очередной развилке, я краем уха услышала тихие, приглушенные голоса, доносившиеся из-за приоткрытой двери в какой-то кабинет. Один из них без сомнения принадлежал принцу, второй же человек говорил слишком тихо, чтобы я могла его узнать. Мельком поразившись странной интонации, сквозившей в низком голосе Кейрета, я шагнула ближе к падавшей в полутемный коридор полосе света. Знаю, знаю, подслушивать нехорошо, но... Я уже протянула руку к двери, намереваясь ее открыть, да так и замерла около нее, пораженная донесшейся из кабинета фразой:

   - Тебе не о чем больше волноваться. Лета в ловушке, дверца захлопнута...

   Этот голос с такой характерной волнующей хрипотцой не мог принадлежать никому другому, но Боги, до чего же он был холодным, лишенным всяческих эмоций! Я никогда раньше не слышала, чтобы Кейрет так с кем-то говорил. К тому же говорил-то он обо мне! И любопытство мгновенно подавило во мне все остальное вроде осторожности и чувства собственного достоинства, загнав их в тесную клетушку и повесив снаружи амбарный замок. Наверное, я опоздала, когда Боги распределяли черты характера, и вместо смирения и послушания мне досталось жгучее любопытство, за что я теперь, собственно, и расплачиваюсь. Я прижалась к стене рядом с искусно украшенной замысловатой резьбой дверью и приготовилась слушать:

   - Ты в этом так уверен, дорогой?

   Голос королевы, а это была именно она, тоже трудно было спутать с чьим-то другим, но сейчас он звучал слишком взволнованно и как-то нервно:

   - Что если она передумает?

   - Она не передумает, мама. Завтра Лета уйдет вместо меня. Ты можешь быть довольна.

   - Ну зачем же так... Мы ведь с самого начала все решили и распланировали! Или ты...

   - Нет. Она меня не интересует ни как женщина, ни даже как друг, - мертвые, равнодушные слова острыми иглами вылетали из-за приоткрытой двери и, со смертельной точностью находя свою случайно оказавшуюся рядом жертву, с торжествующим звоном глубоко впивались в и так уже потрепанное сердце. - Я приложил максимум усилий к тому, чтобы влюбить ее в себя и, смею тебя уверить, мне это отлично удалось.

   Мне даже не надо было его видеть, чтобы представить себе эту самодовольную ухмылку на мягких, таких нежных в поцелуе губах вейра. Дура, какая же я была дура!

   - Я в этом и не сомневалась, сынок, - усталый, но вполне довольный голос королевы был тих и спокоен, - и всё же тебе не стоит сейчас надолго выпускать ее из поля зрения - она ведь еще может передумать. Ты же понимаешь, второго шанса у нас не будет.

   - Не беспокойся. Она все уже решила. Ее жизнь в обмен на мою, да еще и с довеском в виде освобождения страны от проклятия... Отлично сыграно, не правда ли?

   Ответный тихий смех королевы раздался совсем рядом, и я испуганно отшатнулась, смахивая набежавшие на глаза слезы. Здесь мне больше нечего было делать...

   Тихий уютный уголок на крыше одной из замковых башен, по счастью, оказался совершенно пуст. Его мне как-то показал Рьен - они с Кайле часто скрывались здесь от назойливых посторонних глаз, и именно за одиночеством сейчас сюда пришла я. Теплая, нагретая солнцем черепица покрывала крышу и словно приглашала опуститься на нее, прислониться спиной к вековому камню дворцовых стен и смотреть, смотреть на раскинувшийся внизу невероятно красивый, сказочный город.

   Но даже захватывающая дух красота не могла отвлечь меня от того, что я только что услышала. Правду говорят, что закрытые двери нужно обходить стороной, а от приоткрытых бежать прочь и не оглядываться, потому что чаще всего за ними скрываются ядовитые тайны. Узнаешь такую - и будешь медленно погибать от смертельных ран, отравленный ее мучительным ядом. Вот именно это и происходило сейчас со мной.

   Зачем я вообще вышла из комнаты? Дождалась бы Кейрета, искренне поверила бы всему тому фарсу, что он бы передо мной разыграл, провела бы остаток дня в незамысловатом счастье - ну и что, что с полынной горчинкой завтрашнего дня... А вот что мне прикажете делать теперь? Как теперь собрать воедино осколки веры в любовь, которая только и осталась у меня после Кристального зала? Пережить такое предательство...

   И все-таки как могло такое случиться? Я ведь всегда неплохо разбиралась в людях, а тут... Неужели я могла так ошибиться? Когда он улыбался мне, в его глазах всегда лучился искренний смех, от его объятий не веяло отстраненностью и холодом притворства, и ни разу я не заметила на его губах хотя бы призрак фальши! И вывод получается неутешительный - либо он великолепный актер, либо ты, подруга, сдаешь позиции... Есть, правда, еще один вариант - всё услышанное за той треклятой дверью было какой-то нелепой, глупой ошибкой, но надеяться на это было бы просто смешно.