Голубая кровь - Кильтина Юлия - Страница 34

   Кое в чем Кейрет был прав - день действительно выдался сумасшедший. Одно только обретение родителей чего стоит! Мысли против воли возвращались к принцу - зачем я вообще затеяла весь этот разговор про День Цветения? Что бы там Кайле ни говорила, а он обиделся - и я не могла перестать об этом думать. А что если он решит, что с него хватит нашего общества, и я так его и не увижу до конца практики? Осталось всего лишь полтора месяца, а это не так уж и долго, тем более для принца - вот возьмет и уедет куда-нибудь вглубь страны под предлогом общения с народом, или какие там еще причины сбежать бывают у наследников престола... Где-то глубоко внутри подняло голову и заворочалось тяжелое темное беспокойство, сминая своими грузными боками сердце. Я заметалась по комнате, не находя себе места. Да что же такое происходит-то? Почему этот чертов вейр не выходит у меня из головы?

   Ехидное подсознание сжалилось над глупой хозяйкой и кинуло подсказку, словно косточку голодной собаке: "Влюбилась?"... Ох, ну что за... Конечно, только мне могло так "повезти" - взять и влюбиться не в кого-нибудь, а в принца, да еще и наследника престола легендарной страны, о которой ходит больше слухов, чем о любой другой стране мира. Причем без всякой надежды на взаимность - Кейрет никогда не показывал ни малейшей заинтересованности в моей скромной персоне, да и чем такая... такая обыкновенная человеческая девушка, как я, может его заинтересовать, кроме разве что магических способностей? Ну так и вейры тут не лыком шиты - о магии металла в Алерии теперь помнят лишь магистры Академии да библиотечные хранители. Короче, пора уяснить себе раз и навсегда, что мне здесь ничего не светит! Видимо, все любовные дела и тут останутся привилегией Рьена. Как, впрочем, и всегда.

   Взгляд наткнулся на утреннюю розу, одиноко стоящую в небольшой вазе на прикроватном столике. Она выглядела так, будто была сорвана всего несколько минут назад, и всем своим видом напоминала о существовании в этом мире вейра, о котором я так старательно, но безуспешно пыталась не думать. Вулкан долго сдерживаемых чувств наконец прорвался, и кипящая лава бессильной злобы, отчаяния и обиды вылилась на ни в чем не повинный цветок. Роза полетела в окно, а я опустилась на краешек кровати, сжимая в руках хрупкую вазу и изо всех сил стараясь не заплакать. Видимо, поэтому я даже не удивилась, когда услышала со стороны окна надтреснутый смех:

   - Ай, как нехорошо - разбрасываться цветами, подаренными от чистого сердца!

   - С чего вы взяли, что от чистого? - буркнула я, поднимая глаза.

   - Да потому что это роза с наших клумб, и ее не каждый смельчак рискнет подарить - такие цветы мгновенно вянут, если даривший был неискренен, - тонкий, ломающийся голос должен был принадлежать глубокому старцу. Наверное, я не была так уж неправа - над подоконником зависла парочка райли, в одном из которых я узнала утреннего гостя. Он бережно поддерживал под руки платиновой белизны фея, чьи крылья медленно разгоняли воздух за спиной, и было очевидно, что без помощи бронзового райли платиновый никуда не смог бы полететь. Парочка осторожно опустилась на одну из подушечек, в беспорядке разбросанных по подоконнику и, убедившись, что старый фей удобно устроился, второй мгновенно исчез в сгущающихся за окном сумерках.

   - Подойди поближе, девочка, - тихо произнес фей, - я до тебя долететь не смогу.

   Я послушно подошла к окну и присела на один из мягких стульев, разглядывая удивительного гостя во все глаза. Он был великолепен - жилистое тело, укутанное в серебристый балахон, абсолютно белые длинные волосы, плававшие вокруг фея подобно ручному облаку, и роскошные широкие крылья цвета чистого серебра, на которых светилась матово-белым невесомая пыльца, образуя на крыльях затейливый узор. Лицо фея поражало правильностью черт и полным отсутствием морщин - я даже подумала было, что ошиблась в оценке возраста райли, - но лишь взглянув в глубокие темно-фиолетовые глаза, в которых светилась вековая мудрость, поняла, что он действительно очень стар.

   - Меня зовут Фрэй, - чуть склонив голову, представился фей, - а как назвала свою дочь маленькая Нита?

   Сердце ухнуло куда-то вниз и ни за что не хотело возвращаться на свое законное место. Он знал мою маму!

   - Лета, - пролепетала я, а в голове ураганом кружились вопросы. Широкая улыбка, обнажившая длинный ряд острых белых зубок, расплылась на личике райли.

   - Очень приятно. Только думай потише, ладно? А то твои беспорядочные мысли скоро доведут меня до головной боли.

   Видимо, на моем лице отразилось что-то совсем уж забавное, ибо фей рассмеялся уже знакомым мне смехом и пояснил:

   - Белые райли почти всегда телепаты. Привыкай, девочка, в Вейране ты еще и не такое увидишь - твоя родина богата на чудеса. Да, я знал твою маму, мы с ней даже дружили. И да, она действительно была замечательная. Ты очень похожа на своих родителей, знаешь ли, поэтому мой внук - это он сегодня утром был у тебя - мгновенно тебя узнал и поторопился мне рассказать. Я даже и не надеялся увидеть дочку Ниты и Тойра... Понимаешь, они тебе кое-что оставили. Ты уже выяснила сама, кто твои родители, но они же не могли быть в этом уверены, поэтому Нита написала тебе письмо и попросила меня передать его тебе, когда ты придешь.

   Старый райли тяжело вздохнул, отчего пыльца с белоснежных крыльев чуть осыпалась, и продолжил:

   - Вообще-то мы не любим связывать себя какими бы ни было обязательствами, но с Нитой было по-другому. Она однажды выручила меня из очень неприятной ситуации, я бы даже сказал, спасла мне жизнь. Поэтому твоя мать вправе была потребовать оплаты этого долга, что она и сделала. Чертовски умная женщина! - Фрэй довольно улыбнулся, а затем, внезапно посерьезнев, наклонился ко мне и, гипнотизируя фиолетовой глубиной своих глаз, тихо сказал:

   - Лета, она связала меня клятвой, а это значит, что я не могу уйти за Край, не выполнив обещанное, хотя мне туда давно уже пора. Я знал, что ты жива, иначе клятва бы меня освободила, и потому продолжал ждать. Сегодня я пришел к тебе, чтобы увидеть, действительно ли ты та, кого так ждали все райли Вейраны - и очень рад, что так оно и есть.

   - Фрэй, так где же это письмо? - я в нетерпении перебила фея, и он, поморщившись, добавил:

   - Всё в нашей деревне. Я не могу ничего передать тебе прямо сейчас, потому что мой уход требует подготовки. Спустя две недели, на закате дня, ты должна быть в поселении райли, где все и произойдет. Я понимаю твое нетерпение, у меня от него уже уши закладывает, но раньше никак нельзя. Прости.

   Райли медленно поднялся в воздух, и я заметила, каких трудов ему это стоило. Рядом тут же появился бронзовый фей с моей розой наперевес и, сунув мне ее прямо в руки, кинулся к Фрэю.

   - Мне пора. Увидимся через две недели, Лета, - произнес старый фей, и парочка скрылась в ночи, откуда через секунду донесся звонкий голос бронзового:

   - В вазу поставить не забудь!...

   И я опять осталась одна. Бездумно опустив цветок в наполненную свежей водой вазу, я улеглась на свою широкую кровать и задумалась. Боги, сколько еще потрясений мне предстоит? Теперь вот это загадочное послание от родителей... И ничего нельзя узнать еще целых две недели! Да я же теперь не засну от избытка эмоций!

   Как оказалось, эти прогнозы оказались преждевременными - уснула я мгновенно, еле успев додумать саму эту мысль.

   * * *

   На густом ворсистом ковре, должно быть, уже можно было заметить протоптанную дорожку - второй час я метался по своей немаленькой комнате в попытках успокоиться. Сначала эта любопытная девчонка снова умудрилась вывести меня из себя, потом драгоценная матушка... Бр-р! Так, принц ты или кто? Немедленно возьми себя в руки!

   Больше всего в этой ситуации угнетало то, что я вновь потерял самоконтроль, чего со мной давненько уже не случалось. Хотя вру, в присутствии Леты это происходит очень даже легко. И это-то меня и пугает. Маленькая целительница одним своим видом будит где-то внутри целую бурю эмоций - от стремления защитить от всего на свете до мрачного раздражения ее назойливостью и жаждой влезть в каждую тайну своим острым носиком. Как-то некстати вспомнилось ее испуганное лицо, когда она поняла, что задала не самый удачный вопрос, растерянность в широко распахнутых глазах, закушенные губы, которые наверняка так приятно целовать... Что?!