Голубая кровь - Кильтина Юлия - Страница 32

   Я теперь, наверное, даже глаза смогу открыть? Хм, и правда смогла... И сразу уткнулась взглядом в глубокие синие озера чьих-то внимательных глаз. Кто это? И что за странный певучий язык, на котором переговариваются стоящие чуть поодаль люди? Тот, что с глазами цвета неба, вдруг сказал на общем, обращаясь ко мне:

   - Как тебя зовут?

   - Нита.

   - Я Тойр. Ты как сюда попала? Неужели прямиком через горы?

   Слабый кивок. На большее просто нет сил...

   - Отважная человеческая женщина, - задумчивый взгляд изучающе окидывает меня, и я замираю, как кролик перед голодным удавом. Я спасена? Или теперь меня ждет нечто еще более страшное, чем та погоня позади?

   Внезапно из темноты, что скрывала отвесную стену ущелья за спиной Тойра, выступили три высоких каменных фигуры. Изумрудное свечение глаз выдавало необузданную ярость упустивших добычу хищников. Стражи... Все, теперь нам точно не выжить.

   Прохладные пальцы на висках чуть дрогнули - наверное, в моих глазах он увидел отражение каменных исполинов за спиной, - и мягкий голос тихо прошептал:

   - Спи, Нита. Ты в безопасности.

   И уже проваливаясь в такое знакомое беспамятство, я услышала совсем тихое:

   - Я тебя никому не отдам...

   Надо же, как странно здесь все устроено - нарушителя границ, преступницу не только не наказали, но даже проводили во дворец, накормили, предоставили вполне приличную комнату ("отдохните, Нита, в горах... э-э-э... несколько утомительно гулять"). А теперь вот с десяток почтенных мужей сидят и, открыв рот, слушают рассказ о моих похождениях. Что у них тут, жизнь такая скучная, что ли? Ну да ладно, мне же не жалко - пусть слушают. Тем более что Тойр тоже здесь... При мысли об этом человеке (то есть вейре, но это совершенно не важно) по телу разлилась жаркая волна - меня к нему невероятно сильно тянуло и, кажется, это было взаимно. Для меня такие глубокие чувства были внове, потому что, несмотря на свои двадцать семь лет, все мои отношения с мужчинами не развивались дальше проведенных вместе одной-двух ночей. Да и как могло быть иначе, если жизнь наемницы не позволяла надолго оставаться на одном месте, и привязываться к кому-то было просто опасно - и для меня, и для любимого. Теперь же все было иначе. Почему-то мне стало совершенно неважно, что со мной будет дальше - лишь бы быть рядом с ним...

   Пламя свечей дрожит, отбрасывая пляшущие тени на стены маленькой комнаты, в которой для меня сейчас сосредоточился весь мир. Сильные руки самого любимого мужчины на свете ласками доводят до исступления, наши губы сливаются в страстных поцелуях, и полных нежности голос, который я готова слушать до конца своих дней, шепчет мне на ухо:

   -Нита, ты - моя жизнь. Я люблю тебя.

   И мой ответ тонет в прерывистом вздохе, растворяется в душистом мёде его губ. Боги, ради такого счастья стоило перенести все те страдания, что выпали на мою долю...

   Вот сказал бы мне кто-нибудь еще два месяца назад, что я выйду замуж, да еще и за вейра - и это при том, что половина населения Алерии считает их исчезнувшими, а другая твердо верит, что здесь живут страшные чудовища, удерживаемые только Велларийскими горами - рассмеялась бы в лицо шутнику, да еще подумала, не вызвать ли к нему врачевателя душ. А теперь вот стою у зеркала, боясь взглянуть на свое отражение. Через несколько минут я стану замужней - ох, неужели это и правда про меня? - женщиной.

   Решившись, поворачиваюсь к зеркалу - и замираю. Никогда ни у кого не было свадебного платья прекрасней, это уж точно! Тончайшая паутина чистого золота закрывает все тело, от шеи до кончиков пальцев, подчеркивая каждый изгиб точеной фигуры, от колен расходясь длинным шлейфом. Спина же полностью обнажена, открывая взгляду каждый мускул под золотистой кожей. Тойр всегда говорит, что у меня великолепная спина - так чего же удивляться, если он и платье создал под стать своим желаниям? Да, это свадебное платье и правда из чистого золота, потому что мой будущий муж - один из немногих вейров, обладающих магией металла. И мои робкие попытки объяснить, что по человеческим приметам жених до свадьбы не должен видеть платье невесты, натолкнулись на заявление, что, во-первых, мы в Вейране, а во-вторых, видеть платье может и нельзя, а вот насчет сделать его самому в этих моих приметах ничего не говорилось... В каштановых волосах суетятся маленькие райли - еще одно вейранское чудо, - заканчивают укладывать непослушные пряди. Пятеро серебристых фей, в тон моим серым глазам, останутся в прическе до конца церемонии - это тоже идея Тойра. А райли - они за парочку разделанных тушек местных кабанов еще и не на такое готовы.

   Оборачиваюсь на скрип открывающейся двери и снова, в который уже раз, тону в синих озерах глаз моего мужчины. Опираюсь на теплую сильную ладонь:

   - Пора, любимая. Готова?

   О чем ты говоришь, сердце мое, для тебя я пойду хоть на край света...

   Сердце пойманной птичкой колотится в груди - что он скажет? Обрадуется ли? Или наоборот... Нет, даже не хочу об этом думать! Сердито взъерошиваю свои непослушные каштановые волосы - что случилось с той Нитой, которой я когда-то была? Разве я хоть раз колебалась, придумывая себе разные варианты развития событий, когда можно просто подойти и сказать?

   Распахиваю дверь и вбегаю в нашу спальню - уютное гнездышко, где мы провели столько счастливых ночей, плод которых сейчас зреет у меня под сердцем. Капля эльфийской крови в моих венах не позволяет в этом усомниться.

   - Милый... У нас будет дочка...

   Он не оборачивается, все так же смотрит в окно. Ни один мускул на широкой обнаженной спине даже не дрогнул. Да что происходит?

   - Тойр, посмотри на меня.

   - Нет.

   Откуда эта горечь в голосе? Неужели...

   - Ты?...

   Молчание.

   Обнимаю его спину, изо всех сил сдерживая слезы. Боги, за что? Как вы могли так зло над нами пошутить? Подарить нам год безоблачного счастья, подарить ребенка - и так жестоко все это отнять? Да еще и не сразу, заставляя каждый отпущенный нам день просыпаться и засыпать с осознанием того, что еще на несколько часов приблизился час крушения всех надежд...

   - Сколько нам осталось?

   - Нита, ты же знаешь. - Неровный вздох, горячая соленая капля обжигает мне руку. - Метка появляется за три месяца до Дня Цветения.

   Три месяца. Так мало....

   - Я не смогу жить без тебя.

   - У нас нет другого выхода.

   - Есть. Я стану Дождем вместо тебя.

   - Нет! - он стремительно оборачивается и стискивает меня в железной хватке. - Я тебе не позволю. Если уйду я - не станет меня одного, но если это сделаешь ты - убьешь не только себя, но и нашу дочь.

   - Тойр, а если я - та, что снимет с вейров проклятие? Даже ради этого ты не позволишь мне уйти вместо тебя?

   - Нита, это не ты. Я знаю. Мой дар предвидения гораздо слабее целительского, но сегодня, как только появилась метка, я отчетливо понял, что наше спасение - это не ты. Твоя жертва была бы напрасной.

   Я поверила ему сразу и безоговорочно, как верила всегда. Что ж, если нам суждено это пережить - пусть так и будет. В конце концов, три месяца - это почти сто дней...

   Черный костюм из мягкой кожи плотно облегает тело. Той ночью мы решили пойти ва-банк, сыграть с Судьбой по-крупному, и пока нам всё удавалось. Дочка приняла нашу игру - мы никому не сказали, что ждем ребенка - и животик почти не был заметен. Сегодня тот самый день, когда я потеряю все, что дорого мне в этой жизни, из-за того, что две с лишним тысячи лет назад другая женщина не смогла пережить такую же потерю.

   Сильные руки последний раз сжимают меня в объятиях - я даже не заметила, как он подошел... Прижимаюсь спиной к нему, стараясь навсегда запомнить его запах, тепло его тела - потому что никогда больше его не увижу. Сегодня я уеду из Вейраны, а мой муж и отец моей дочери станет пищей для ненасытного цветка. Его кровь, что бежит сейчас по венам, даст еще год жизни тысячам вейров - но мне от этого не становится легче.