Нашествие чужих: заговор против Империи - Шамбаров Валерий Евгеньевич - Страница 140

Решение принималось в последний момент, при общей путанице даже команда «отбоя» прошла неорганизованно. В некоторых местах ее не получили и восстания все же начались. Баррикадные бои шли в Гамбурге, «советские правительства» образовались в Саксонии и Тюрингии. В Лейпциге возникла даже ЧК во главе с Крыловым. А в Мюнхене поднял «пивной путч» Гитлер. Совпадение по времени (9 ноября) было, конечно, не случайным. Ведь и Радек упоминал об опоре не только на коммунистов, но и на «националистов». Так что первое открытое выступление будущего фюрера произошло по сути в союзе с Троцким. Но мятежи в Германии не стали всеобщими, вспыхнули отдельными очагами, и части рейхсвера под командованием фон Секта и Меркера сумели быстро подавить их.

Что же случилось? Почему столь масштабная и дорогая кампания завершилась жалким «фальстартом»? Но сперва коснемся еще одной загадки. Троцкий всегда горячо отстаивал свою идею «перманентной революции», которая, загоревшись в одной стране, должна, подобно пожару, перекидываться в другие. Утверждал, как и Ленин, что в одном государстве социализм долго просуществовать не сможет, империалистическое окружение рано или поздно его раздавит. Но в предшествующих попытках экспорта революции действовал вяло и двойственно. По сути лишь отрабатывая заказ своих покровителей из «мировой закулисы».

А вот в 1923 г. Троцкий и впрямь ухватывается за подготовку общеевропейского взрыва, проявляет колоссальную энергию и заинтересованность, даже требует, чтобы для руководства революцией в Германию направили его самого. Почему? Ответ напрашивается. Потому что с политической арены сошел Ленин. Троцкий теперь действовал в своих личных интересах, без конкурентов. Вопрос о власти при этом решился бы просто «попутно», автоматически, Сталин в ту пору для деятельности на международной арене явно не годился. Но, используя ресурсы России, получив неограниченную власть, Троцкий и в европейской революции мог действовать на себя, а не на хозяев! Лавры «нового Бонапарта», президента «Соединенных Штатов Европы» выглядели реальными!

Такой поворот не устраивал не только Сталина и его сторонников. Другим советским лидерам он тоже не мог понравиться. Не могла им понравиться и перспектива «бросить на карту все» в европейской войне. Стоило ли ради амбиций Троцкого рисковать собственным высоким положением, обретенной властью и благами?.. Но мало того, в данном случае инициатива Троцкого шла вразрез и с планами «мировой закулисы»! Революции в Германии и Австро-Венгрии требовались ей в 1918 г. А в 1923 г. воротилам мирового бизнеса это было совершенно не нужно. Например, Барух, Кун, Лоеб, Мортимер Шифф, Отто Кан, Пол Варбург в данное время деятельно занялись «возрождением европейской экономики». И кризис в Германии они тоже использовали. Но не для революций, а для внедрения американского капитала. Принялись оказывать немцам «помощь» по «плану Дауэса», а их партнерами стали германские Варбурги. И тут вдруг на богатое и выгодное поле деятельности, которое они готовятся «осваивать», намеревается ворваться Троцкий с бандами головорезов, чтобы превратить это поле в хаос и властвовать самому! Льва Давидовича занесло. Он вышел из-под контроля и попытался перейти дорожку своим могущественным покровителям. А у них были и другие эмиссары в Советской России. И планы Троцкого неожиданно для него самого забуксовали. Посыпались, как карточный домик…

В Коминтерне всю вину за провал операции свалили на «группу Брандлера», объявили ее «правой» и исключили из компартии Германии. И решено было делать отныне ставку на «группу Маслова — Рут Фишер» (которая впоследствии стала ядром троцкистской компартии Германии). Руководитель берлинской резидентуры Яков Самуилович Рейх, сумевший в рекордные сроки «испарить» в неизвестных направлениях колоссальные суммы, был отозван в Москву. По его делу началось расследование. Но за него горячо вступились Зиновьев, Радек, Крупская. И Рейх не только не понес уголовного наказания, но выкрутился даже без партийных взысканий. После чего под первым же благовидным предлогом выехал за границу и сбежал в США, где зажил очень богатым человеком[552].

58. Вождь умер — да здравствует… кто?

Ленин доживал последние дни. Лечащий врач, профессор В. П. Осипов, свидетельствует, что с середины октября появились угрожающие симптомы, кратковременные потери сознания. И в ноябре начал разыгрываться очередной раунд борьбы за власть. Троцкий и его сторонники повели атаку на Сталина под флагом «дискуссии» о методах управления и строительства нового общества. Здесь Лев Давидович ввел свой знаменитый впоследствии тезис о противопоставлении в рядах партии «бюрократов» и «революционеров». Под таким лозунгом он получил шансы привлечь на свою сторону часть «патриотического» крыла коммунистов. Тех, кто остался не у дел после гражданской войны — умел ниспровергать, командовать, сражаться, а от других занятий отвык или вообще не владел ими. Тех, кто считал НЭП поражением, а то и предательством революции. Города теперь гремели музыкой открывшихся ресторанов, где оттягивались нэпманы, силясь подражать дореволюционным купцам — а сумрачные ветераны в рваных сапогах риторически вопрошали «за что боролись?»

Таким революционерам и льстил Лев Давидович, сваливая все беды и ошибки на «бюрократов». Они извращают настоящую революцию. Они затирают настоящих героев. Они оторвались от народа, просиживая штаны в удобных креслах. (Характерно, что М. С. Горбачев начнет свою «перестройку» тоже с кампании против «бюрократов», под старым троцкистским лозунгом). Хорошим поводом для нападок на Сталина стал и провал в Германии. И Троцкий пугал коммунистов, что «бюрократы» ведут страну «к термидору». Он любил исторические сравнения, любил щегольнуть эрудицией выпускника реального училища. Для отступивших красноармейцев устраивал «децимации», казакам призывал «устроить карфаген». А «термидор» — переворот в ходе Французской революции, когда буржуазная Директория свергла и уничтожила якобинцев. После чего и сама продержалась недолго, сменившись диктатурой Наполеона. И ведь какой удивительной силой обладают порой исторические параллели! Иногда представляется, что они гипнотизируют людей. Ляпнул Троцкий — «термидор», и до сих пор исследователи повторяют. Хотя в российском варианте сопоставление с Францией имеет очень существенную неувязку. А именно — на роль Наполеона претендовал сам Троцкий.

С той же целью, привлечь рядовых коммунистов, а особенно молодежь, выдвигались требования расширить «партийную демократию». Несмотря на то, что в устах Троцкого с его крутыми методами призывы к «демократии» звучали просто абсурдно. В ходе этой дискуссии пошло и широкое использование «политического завещания». Если летом эти документы оставалось достоянием узкого круга партийных лидеров, то в ноябре-декабре они попадают в «массы», тайно распространяются в копиях, зачитываются на некоторых собраниях партактива. Тогда-то, кстати, и внедряется термин «политическое завещание». Но… расклад «в верхах» оказывается уже совершенно неблагоприятным для Троцкого В последующую литературу была внедрена еще одна легенда, о «триумвирате» Сталина — Зиновьева — Каменева. В действительности никакого триумвирата не существовало. Как мы видели, Зиновьев с Бухариным, а с большой вероятностью и Каменев, в августе держали сторону Троцкого против Сталина. Однако после германских событий все резко переменилось!

Все единым фронтом действуют против Троцкого, и на его атаки обрушивается шквал контратак. Вся центральная пресса поливает его бешеной критикой. Ему достается и от Зиновьева, и от Каменева, и от Бухарина. Вытаскиваются на свет все его действительные или мнимые ошибки. Как ранее отмечалось, термин «троцкизм» был впервые употреблен Лениным еще в 1917 г., до объединения со Львом Давидовичем. Этот термин оказывается очень кстати, во время дискуссии «троцкизм» превращается в обвинительный ярлык. Начинают использоваться и цитаты из всевозможных работ Ленина, где Владимир Ильич указывал на ошибки Троцкого, ругал его. А подобных документов хватало, они были куда более известными в достоверными, чем сомнительное, передающееся из-под полы «завещание». Сталин, пользуясь положением Генсека, широко применял и «кадровые» методы, расставляя на ключевые посты «своих» людей. А сторонников оппозиции перемещая — может быть, даже с повышением, но на должности, где человек обладает меньшими реальными возможностями. Прижимать троцкистов позволяли и продолжающиеся ревизии, проверки…