Где умирают сновидения? - Любимова Ксения - Страница 63

– Я?! – взвизгнула девушка и вскочила с кресла. – Да вы в своем уме?

– Если бы знали меня чуть лучше, вы бы не задавали такие глупые вопросы, – невозмутимо ответил Эрик. – Я утверждаю, что вы Виктория Виноградова. А ваша бедная соседка в настоящий момент находится в морге. Мне интересно, каково вам сейчас? Последние годы вы жили единственным желанием – отомстить и восстановить справедливость. Только вы сами же ее и нарушили. Месть хороша только тогда, когда она не ущемляет интересы третьих лиц и тем более не забирает чужие жизни.

Девушка похлопала глазами, но неожиданно успокоилась и села на место.

– Я поняла, – спокойно сказала она. – Вы сами сумасшедший. И поэтому не буду тратить свои нервы и пытаться вам что-то доказать.

– Эрик, – ошеломленно проблеял Голубев, – ты серьезно насчет того, что Валя – это Вика?

– А ты сомневаешься? – вскинул брови сыщик.

– Но какие у тебя доказательства?

– Извольте, я расскажу, – кивнул он. – Давайте по порядку. Когда мы приехали к Валентине сообщить о смерти ее соседки, она уже знала о трагедии. Объяснила это просто. Парень, обнаруживший тело Вики, позвонил домой и сообщил о находке. Но до этого я уже слышал историю обнаружения тела. Как парень мог позвонить Валентине, если в сумочке Вики не было телефона? Кроме того, он вполне определенно сообщил, что никуда, кроме как в полицию, не звонил. Тогда меня это не зацепило, но по мере продвижения вперед все эти мелочи выстраивались в вполне ясную картину. Поехали дальше, – кивнул сам себе Эрик и продолжил: – Валя не стала дорисовывать картину. Она объяснила это тем, что совершенно выбита из колеи. Вместе с тем накануне она совершенно ясно сказала, что должна срочно сдать работу, иначе ей не заплатят. Насколько я знаю художников, Валя никогда бы не бросила работу, даже по такой уважительной причине. Наоборот, работа помогла бы ей отвлечься. А то, что она сделала потом, и вовсе потрясло меня до глубины души, – она пнула мольберт и даже не подняла картину после того, как та упала на пол. Теперь-то я понимаю, почему она это сделала. Вика не умела рисовать, и ей нужно было как-то объяснить свое бездействие. Но по-настоящему подозревать Валентину я начал после того, как она сообщила, что ее преследует серая машина. В этом не было никакого смысла. Однако Вике нужно было отвести от себя подозрение, и она притворилась, что тоже находится под прицелом убийцы.

– Так, значит, за Валей никто не следил? – с глупым видом спросила Мариша.

– Нет, – покачал головой Эрик. – Зря она придумала историю с машиной. Меня это сразу насторожило. И бутылку в окно кинула зря. Она явно переборщила. Слишком много улик – не всегда хорошо. Сразу наводит на подозрение, что здесь не все чисто.

– Но у Вики была на пальце змейка, а у Валентины нет, – растерянно произнесла Мариша.

– С чего ты взяла? – удивился Эрик. – Когда мы приехали к Вике в первый раз, Валентина была в перчатках. Змейка была именно у нее. Вика всего лишь попросила подругу нарисовать ей такую же картинку.

– Но Валя рассказала нам целую историю, связанную со змейкой, – потрясенно сказала Мариша. – Якобы вся Викина жизнь пошла наперекосяк после нанесения этой татушки.

– Не забывай, что во время этого рассказа перед нами уже была Вика в образе Вали. А она могла рассказать все, что угодно. Никита был мертв и не мог поведать, была ли у его невесты наколка. А больше никто правды не знал. Помнишь, Валентина рассказывала нам, что долго не могла найти себе соседку, потому что ей сложно было уживаться с девушками? А я думаю, все было совсем наоборот. Это Вика меняла девчонок как перчатки. Она искала ту единственную, которая была очень на нее похожа. Только так можно было бы провести замену одной девушки на другую.

– Эрик, то, что ты говоришь, очень интересно, но где доказательства? Слова к делу не пришьешь, – немного придя в себя, сказал Голубев.

– Есть у меня пара фактиков, – задумчиво проговорил сыщик. – На первый из них меня натолкнула Мариша, сама того не подозревая. Когда мы разглядывали девушек на сайте знакомств, она подметила, что Голубеву пишет одна и та же девица. Правда, с первого взгляда определить это было весьма проблематично. Цвет волос и прическа изменили ее внешность до неузнаваемости. Вот я и подумал, а что, если Вика всего лишь поменяла внешность. Могло быть такое? – Он сделал паузу и сам себе ответил: – Могло, причем никакого труда это не составило бы.

– Можно было бы и не касаться моих личных отношений, – проворчал следователь.

– Ничего! Зато они помогли мне в раскрытии этого дела.

– А второй факт? – полюбопытствовала Мариша.

– Я думаю, найти тату-салон, в котором Валентине сделали наколку, не составит труда. А вдруг мастер, который накалывал змейку, сможет ее вспомнить?

– Если бы да кабы, – засмеялась Валя-Вика. – Зря вы надеетесь на память мастера. Через его руки ежедневно проходит не один клиент. Даже если парень меня опознает, я всегда смогу сказать, что он ошибся. У вас все?

– Нет, – по-прежнему задумчиво произнес Эрик. – Вика ведь была брюнеткой?

– Да, а я, как видите, натуральная блондинка.

– И отрастить волосы за один день невозможно, – подхватил он.

– Вот именно, – улыбнулась девушка.

– Как ни странно, но в этом вопросе я с вами совершенно согласен. Поэтому у меня остается только один выход.

Сыщик быстро пересек комнату, сделал молниеносное движение рукой и… в его ладони оказались волосы Валентины. Девушка замерла, видимо, не понимая, что происходит, а потом схватилась за голову. Мариша в изумлении смотрела на темный ежик, непокорно торчащий на голове Вали-Вики. В гостиной воцарилась полнейшая тишина. Даже Голубев, который больше всего любил поспорить во время Эриковых выступлений, молчал, раскрыв рот.

Первым отмер Савелий.

– Так Вика жива? – ошеломленно спросил он.

– Как видишь, – невозмутимо ответил сыщик.

– Тогда я хочу сделать заявление.

– Какое?

Он встал и торжественно произнес:

– Это я убил Никиту, Василия, Валентину, а также покушался на убийство Ангелины Сергеевой.

– Я не понимаю, как Вика уговорила Валю подстричь волосы и сделать такую же прическу, как у нее? – вопрошала Мариша, когда дом опустел.

После того как Эрик сорвал с Вики парик, из нее словно выпустили воздух. Она сникла и больше уже не произнесла ни слова. Зато много говорил Савелий. Правда, его никто не слушал.

– Я не думаю, что это было сложно, – ответил Эрик, помешивая кофе. – Виктория искала такую соседку, которая бы легко поддавалась ее влиянию.

– Но ведь Вика действительно страдала, когда умер Никита. Она много плакала, а такое сложно сыграть.

– Я считаю, что она действительно полюбила Никиту, – задумчиво произнес сыщик. – Он был неплохим парнем. Совесть мучает только тех людей, которые способны на жалость и осознание собственных поступков.

– Любила и убила? – ужаснулась Мариша.

– Справедливость превыше всего, – грустно улыбнулся сыщик. – Так сказал кто-то из участников этого дела. Вика хотела отомстить, и она добилась этого, даже ценой собственной любви.

– Жесть! – только и произнесла Мариша.

Глава 30

Мариша выползла из кровати ближе к обеду. Вчерашнее собрание совершенно лишило ее сил. С трудом доковыляв до кухни, она щелкнула кнопкой чайника. Эрика почему-то не было дома. Однако не успела она подивиться этому факту, как во дворе послышался шум мотора, и сыщик, весело напевая себе что-то под нос, вылез из автомобиля.

– Проснулась? Молодец! – похвалил он ее, входя в кухню. – Прекрасно выглядишь!

Мариша покосилась на себя в зеркало. Волосы всклочены, под глазами синяки. Да, редкостная красотка!

– Хочешь со мной прокатиться? – весело поинтересовался он и щелкнул девушку по носу.

– А куда? – пробормотала она, прихлебывая чай.

– В одно место.

– Нравится тебе говорить загадками… – проворчала Мариша и уткнулась в чашку.