Мило и волшебная будка - Джастер Нортон - Страница 22

— Эти копи из числа крупнейших в моем королевстве, — гордо проговорил Матемагик.

— А драгоценные камни тут есть? — с замиранием сердца спросил Мило.

— ДРАГОЦЕННЫЕ КАМНИ? — пуще прежнего заревел король, после чего склонился к Мило и тихонько прошептал: — Клянусь восемью миллионами двумястами сорока семью тысячами тремястами двенадцатью нитями моей одежды — разумеется, есть. Гляди-ка сюда.

Он подошел к одной из вагонеток, выудил из нее какую-то крошечную штучку, тщательно отер ее о рукав, а затем поднял к свету — штучка ярко заиграла.

— Но ведь это же пятерка, — не поверил своим глазам Мило.

— Разумеется, — кивнул Матемагик. — Не меньшая драгоценность, чем все остальные. Посмотри-ка на них.

Он выудил целую пригоршню камушков и ссыпал в ладони Мило. Там были все цифры от единицы до девяти, не считая множества нолей.

— Мы откалываем их, извлекаем из породы и полируем прямо здесь, — заметил Додекаэдр, указав на группу работников, склонившихся над полировальными кругами, — а затем рассылаем по всему миру. Изумительно, не правда ли?

— Просто слов нет, — тявкнул Тактик, и сам большой мастер откалывать номера с цифрами.

— Так вот откуда они, — проговорил Мило, с испугом глядя на искрящуюся россыпь цифр.

Он осторожно протянул их Додекаэдру, стараясь не выронить, и все же одна цифирка выскользнула из его рук, стукнулась о каменный пол и раскололась на две половинки. Ляпсус вздрогнул, а Мило ужасно огорчился.

— Ничего страшного, — успокоил его Математик. — Кусочки цифр мы используем для дробей.

— А как у вас насчет алмазов, изумрудов и, с позволения сказать, рубинов? — недовольно буркнул жучило, разочарованный увиденным.

— Ах вот вы о чем, — молвил король. — Этого добра мы не считаем, — и повел их в глубь пещеры.

Там почти до самого потолка высились груды не только алмазов, изумрудов и рубинов, но еще и сапфиров, аметистов, топазов, лунного камня и граната. Это были такие горы сокровищ, каких никто никогда не видел.

— Одна беда, — вздохнул Матемагик, — никак не можем придумать, что со всем этим делать. Мы их выбрасываем, выбрасываем, а их все не убывает. — С этими словами он поднес к губам серебряный свисток и дунул в него изо всей мочи: — Время обедать!

И впервые за всю свою жизнь жучило Ляпсус так удивился, что не нашелся что сказать.

Глава 15

Дорога в бесконечность

Тут же восьмеро самых крепких цифродобытчиков внесли в пещеру огромный кипящий и булькающий котел, от которого к потолку медленными спиралями подымались густые струи пара. Аппетитные запахи витали в воздухе и, легко перепархивая, дразнили то один нос, то другой, а в ответ текли слюнки и в животах урчало. Мило, Тактик и Ляпсус с нетерпением ждали, пока горняки, отложив инструменты, не соберутся все у котла, чтобы подкрепиться.

— Думаю, вы не откажетесь, — сказал Математик, подавая гостям каждому по полной миске.

— Не откажемся, государь, — сказал Мило, у которого все животики подвело.

— Вот спасибо так спасибо, — добавил Тактик.

Ляпсус же ничего не сказал, потому что с набитым ртом разговаривать неприлично, и в мгновение ока все трое съели все подчистую.

— Не хотите ли прибавить к первому второе? — спросил Матемагик и вновь наполнил их миски, которые тут же были опустошены с не меньшей скоростью.

— Где второе, там и третье, — продолжал король, вновь и вновь наполняя миски, —

и четвертое…

и пятое…

и шестое…

и седьмое.

«Чудно! — думал Мило, вылизывая седьмую миску. — Чем больше я ем, тем больше хочется».

— Лучше восемь раз по разу, — продолжал Матемагик, — чем ни разу восемь раз. — И они продолжили есть, есть, есть.

Мило съел девять порций, Тактик — одиннадцать, а Ляпсус в один присест целых двадцать три — только после этого Матемагик снова дунул в свисток, котел унесли, и цифродобытчики вернулись к работе.

— У-ф-ф-ф, — пропыхтел Ляпсус, вдруг ощутив, что проголодался в двадцать три раза больше прежнего, — я, с позволения сказать, не насытился.

— Я тоже, — пожаловался Мило, у которого после еды в животе стало пусто, как никогда. — А съел, кажется, ужас сколько!

— О да, — воскликнул довольный Додекаэдр, утирая свои рты, — восхитительная стряпня! Фирменное блюдо нашего королевства — числятина под минус-соусом!

— Только вот беда, есть охота пуще прежнего, — с трудом вымолвил Тактик, в изнеможении прислонившись к большому камню.

— Разумеется, — отвечал Матемагик, — а как же иначе? Чем больше ешь, тем больше хочется — это всем известно.

— Да? — протянул Мило. — Ведь так никогда не наешься?

— Что значит не наешься? — нахмурился король. — Мы в Числовенции идем от противного: едим, когда сыты, до тех пор, пока не проголодаемся. Ибо не иметь ничего — значит иметь все. Весьма экономичная система. А у вас, видно, животы были набиты, коль вы столько смогли поглотить!

— Весьма логично, — подтвердил Додекаэдр. — Ведь чем больше хочется, тем меньше получается, а чем меньше получается, тем больше имеется. Это — простейшая арифметика. Предположим, к тому, что есть, ты что-то прибавил. Значит, этого у тебя стало — что?

— Больше, — мгновенно сообразил Мило.

— Ответ правильный, — кивнул тот. — Теперь предположим, к тому, что есть, ты ничего не прибавил. Значит?..

— Значит, сколько было, столько и осталось, — уже не так уверенно ответил Мило.

— Великолепно! А теперь предположим, что к тому, что есть, ты прибавил меньше, чем ничего. Это значит…

— Это значит — НЕ-ДО-ЕСТЬ! — горестно возопил Ляпсус, вдруг сообразив, чего именно двадцать три миски он съел.

— Что не так уж и плохо, — проговорил Додекаэдр устами самого сочувственного из всех своих лиц. — Через пару часов вы снова насытитесь, как раз к ужину.

— Видите ли, — тихо и грустно заметил Мило, — мы едим тогда, когда хотим есть.

— Какой оригинальный подход, — молвил Математик и, подняв посох над головой, потер ластиком пещерный свод. — Скажи еще, будто спать вы ложитесь, когда хотите спать? Так я и поверил! — Он еще не закончил этой фразы, как пещера, цифродобытчики и Додекаэдр вдруг исчезли, а гости вместе с хозяином оказались в королевском кабинете. — Прекрасный способ передвижения, — небрежно объяснил он ошеломленным путешественникам. — Хочешь изменить свои координаты — все сотри и начни с нуля. Будьте как дома.

— Вы всегда так перемещаетесь? — спросил Мило, с любопытством оглядывая странную круглую комнату с шестнадцатью бойницами, точно соответствующими шестнадцати румбам компаса: но окружности комнаты — числа от нуля до трехсот шестидесяти, по числу градусов; на полу, на стенах, на полках и шкафах, па столах и стульях, на скамьях и даже на потолке — на всех предметах — таблички с обозначеньем высоты, ширины, глубины каждого и расстояния между ними; на треноге посреди кабинета — большущая грифельная доска со множеством висящих на гвоздиках линеек, циркулей, мерных стаканов, весов, рулеток и прочих приборов для измерения всего чего угодно любым возможным способом.

— Разумеется, не всегда, — ответил Матемагик и, прочертив острием посоха тонкую прямую в воздухе, легко перенесся по ней из одного конца комнаты в другой. — Чаще всего я выбираю кратчайшее расстояние между двумя точками. А ежели дела требуют моего присутствия сразу в нескольких местах, — и он написал на доске: 7х1=7, — я попросту умножаюсь.

Тут же семеро Матемагиков стали в ряд, и все они походили друг на друга как две капли воды.

— Как это у вас получается? — поразился Мило.

— Очень просто, — отвечали все семеро в один голос. — У нас есть волшебный посох. — Сказав это, шестеро Матемагиков вычеркнули себя и исчезли.

— Да разве это посох, — возразил Ляпсус, помахивая своей тростью, — это у вас, с позволения сказать, карандаш какой-то.

— Совершенно верно, — согласился Матемагик. — Но коль скоро вы научитесь им пользоваться, вашим возможностям не будет предела.