Отзвуки серебряного ветра. Мы – будем! Выбор - Эльтеррус Иар - Страница 89

– Понимаешь, все равно нужно где-то начинать новую жизнь, – вздохнула она. – Вариантов, вообще-то, множество. Но не так давно мне сделали одно предложение, только я не уверена, что справлюсь с таким делом. Не знаю, хватит ли мне сил, знаний и умения. Сомневаюсь в себе. Особенно после последнего боя.

– Последнего боя?

– Это я командовала силами ордена в последних сражениях в Аарн Сарт, – понурилась Дарли. – И не справилась! Слишком много наших погибло! До того ведь думала, что наставники еще несколько лет будут обучать меня, но один погиб, второй оказался в стазисе, и общее командование неожиданно свалилось на меня…

– Бр-р-р… – помотал головой господин Фарлизи. – Дочка, ты правду говоришь?

– Правду, папа. Т'Сад Говах почему-то считал меня военным гением. А я вот в этом не уверена. Была бы гением, сумела бы найти способ обойтись без больших потерь. А я не сумела! Да, умом понимаю, что ничего не могла сделать, что СПД задействовало в атаке больше сотни великих магов, но… Совести ведь не прикажешь, сам знаешь.

– Не прикажешь, время нужно, чтобы она успокоилась, – согласился отец. – Но что тебе предложили, дочка?

– Возглавить военный флот республики Трирроун, – неохотно ответила Дарли.

За столом воцарилось потрясенное молчание. Господин и госпожа Фарлизи неверяще смотрели на свою старшую дочь, пятнадцать с половиной лет назад уехавшую из родного города в огромный Эрландар, столицу планеты, а затем бесследно исчезнувшую на долгие годы. Значительно позже Дарли объявилась дома в форме ордена Аарн, из чего стало ясно, где она и что с ней. Дочь как-то говорила, что обучается военному делу, на что отец только головой укоризненно покачал – не для девочки это. Однако не стал спорить, она уже взрослая, пусть сама строит свою жизнь. Но то, что он услышал сейчас, было слишком. Неужели это правда? Представив себе меру ответственности командующего республиканским флотом, учитель физики нервно поежился.

– Простите, что прерываю, – неожиданно раздался с потолка чей-то незнакомый голос. – Дарли, времени очень мало. Решение ты должна принять сейчас.

– Это ты, что ли, Джон? – устало спросила дварх-адмирал.

– Я. – ответил лорд Рассмер.

– Ты что, подслушивал?

– Ну.

– Знаешь, ты все-таки зараза, – тяжело вздохнула Дарли. – Хоть бы с родителями поговорить дал. Знаешь же, что у меня случилось…

Она закусила губу.

– Пусть я зараза, – согласился голос с потолка. – Работа у меня такая. Я знаю, что такое терять близких и сочуствую твоему горю, но, прости еще раз, ситуация очень нехорошая. Мои аналитики почти уверены, что не пройдет и нескольких месяцев, как СПД ударит по княжеству и республике.

– Ясно, – Дарли раздраженно потерла виски.

– Кстати, под дверьми вашего дома сейчас стоит госсекретарь Трирроуна со всеми нужными бумагами. Я добился от президента особых полномочий для тебя.

– Джон, я не уверена, что справлюсь!.. – взмолилась Дарли.

– А кто тогда справится? – в его голосе слышалась усталость. – Девочка, в республике боевых адмиралов твоего уровня просто нет! Пойми, нам не с кем встречать эспедешников! Местных любителей устоявшейся тактики Мерхалак легко в порошок сотрет, ты же знаешь, на что он способен.

– Знаю… – поморщилась она. – Очень хорошо знаю. И уважаю, как профессионала. Да и как человек, он вполне достоин уважения. Жаль только – враг.

– В том-то и дело, что враг.

– Ладно, зови своего госсекретаря. Поглядим, что он скажет.

В дверь без промедления позвонили. Господин Фарлизи встал и на негнущихся ногах поковылял к входу. Человека, появившегося на пороге, он сразу узнал – не раз видел по инфору. Перед ним действительно стоял государственный секретарь республики Трирроун, Арваг Ноэго Ортин. Только в этот момент учитель физики окончательно поверил словам дочери.

– Здравствуйте, уважаемый господин Фарлизи, – наклонил голову гость. – Позволите войти?

– Д-добрый в-вечер… П-прошу…

Госсекретарь прошел к столу и низко поклонился хмуро глядящей на него Дарли.

– Госпожа дварх-адмирал! – торжественно начал он, выпрямившись. – От имени президента Трирроуна обращаюсь к вам с просьбой принять под свое командование военный флот республики. Приказ о присвоении вам звания флаг-адмирала готов и подписан.

– Не спешите, предварительно мне нужно прояснить кое-какие моменты, – она продолжала тяжело смотреть на госсекретаря.

– Как пожелаете.

– Для начала хочу предупредить, что не потерплю вмешательства в дела флота ничего не понимающих гражданских инспекторов из парламента! – твердо заявила Дарли. – У вас ведь здесь дерьмократия…

– Поспешу разуверить вас, – тонко усмехнулся господин Ортин. – Под видом, как вы говорите, «дерьмократии», у нас довольно жесткая диктатура. И никто не станет лезть в дела флота, если на то не будет особых причин, и ставить вам палки в колеса. Это я могу пообещать твердо.

– Тогда еще одно. Я вышвырну с флота всех офицеров, имеющих квалификацию ниже необходимой. Раз уж я становлюсь командующей флотом республики, то намерена сделать из него безотказно работающую боевую машину, которая в любой момент сможет встретить врага. Со мной или без меня.

– Это ваше право, – поднял руки госсекретарь. – Правительство ничего не имеет против чистки ВКС от бесполезных людей. С тех пор, как флаг-адмирал Гартиен ушел в отставку, там такое творится…

– И последнее, – прищурилась Дарли. – Я не позволю ворам-бизнесменам наживаться на поставках флоту некачественного оборудования и вооружения. Расследование будет вестись особыми методами, и любой проныра горько пожалеет о своей недобросовестности.

– Да ради бога! – как довольный удачной шкодой кот, ухмыльнулся госсекретарь. – Мы только рады будем, если вам удастся приструнить этих жадных до прибыли господ. Они совсем обнаглели в последнее время.

– Что ж, давайте договор. Посмотрю.

Господин Ортин тут же открыл принесенный с собой плоский кейс и достал папку, содержащую несколько листов пластибумаги с водяными знаками. Дарли взяла их и принялась внимательно читать напечатанный убористым шрифтом текст, задействовав вживленный биокомп. Как ни странно, никаких подводных камней не обнаружилось. Да и полномочия ей действительно давались грандиозные по меркам демократического государства. Видимо, Джон постарался. Не зря он уже несколько лет, – министр госбезопасности Трирроуна. Дело свое бывший английский лорд знает.

– Если не я, то кто же?.. – едва слышно сказала Дарли, она не помнила, кому из древних принадлежат эти слова. Могла бы выяснить, но зачем?

Положив оба экземпляра договора перед собой, дварх-адмирал взяла ручку и задумчиво повертела ее в пальцах. Она все еще сомневалась, хоть и понимала, что время для сомнений прошло. Помедлив еще несколько мгновений, Дарли решительно подвинула к себе договор и подписала его.

И пусть все будет как будет.

Снова, как и два месяца назад, Илара вели по коридорам станции СПД. Но этот раз, похоже, последний. Пришло время – вскоре казнь. Командор незаметно вздохнул – кто бы знал, сколько усилий ему стоило подвигнуть эспедешников на это. Нелегко оказалось проследить за тем, чтобы новое руководство СПД не передумало! Почему-то предполагаемая смерть Командора вызывала немалые разногласия и споры. Как ни странно, многие не желали, чтобы он умирал. Почему?

На душе было легко-легко и очень светло. Он все сделал, как должно. Командор улыбался какой-то мечтательной улыбкой, вызывая потрясенные взгляды эспедешников. До них просто не доходило, как можно так радоваться, идя на смерть. Илар понимал их и жалел – несчастные слепые дети, мнящие себя зрячими.

Сочувствие в глазах Командора до онемения потрясало тех, кто успевал перехватить его взгляд. Они замирали на месте, пораженно глядя вслед Илару ран Дару. Его ведут убивать, а он жалеет своих убийц?.. Так кого же тогда они собрались убить? Кого?! У многих в душах зародились сомнения во всем том, во что верили до сих пор. Большинство из них эти сомнения привели к тому, что через несколько месяцев или лет они ушли из СПД. Искать иной путь, не имеющий отношения к власти, жестокости и корысти. Кое-кто ударился в религию, даже ушел в монастырь. Другие просто начали помогать, кому могли. Третьи нашли еще что-то. Разные дороги избрали, но двинулись к Богу, осознав, что иначе обязательно превратятся в чудовищ. Илар даже не подозревал, какую реакцию вызовет его сочувственный взгляд. Всего лишь взгляд.