Танец страсти - Лонг Джулия Энн - Страница 57

– Мадам Габон рассказала тебе об Этьене? – Сильвии придется серьезно поговорить с этой болтливой женщиной. – Она слишком разговорчива.

– Мадам Габон сказала, что он разыскивал тебя, и ей пришлось сказать ему, что ты уехала в Англию. Он очень занервничал, узнав, что тебя нет в Париже. – После короткой паузы Сюзанна робко спросила: – Ты влюблена в него?

Сильвия засмеялась. Ей совсем не хотелось отвечать на этот вопрос.

– Он очень красив.

Сюзанна отнюдь не была глупа. Она с любопытством смотрела на сестру, чем немало ее смутила. Сильвия вдруг начала осознавать, что сестры могут быть близки, даже если их характеры не совсем схожи. Это так славно, когда о тебе беспокоятся и внимательно смотрят на тебя. И ничего, что от этого становится немного неловко.

– Как ты узнала, что влюблена в Кита? – Сильвия отважилась задать вопрос, который никогда раньше ни одной женщине не задавала.

Задумавшись, Сюзанна немного откинула голову.

– Я не знаю, когда я это поняла. Да это и не важно. Мне кажется, что я всегда так чувствовала. Поначалу он не казался мне таким, каким я хотела бы видеть своего мужчину. Но, – она смущенно засмеялась, – он был тем, в чем я всегда нуждалась. Он был как… воздух. – Сюзанна снова покраснела. – Извини, я не могу этого объяснить.

Сильвия молча любовалась своей сестрой. Сюзанна оказалась очень симпатичной и, по всей видимости, очень умной. Сильвия была безмерно счастлива, что у нее именно такая сестра.

– Ты так считаешь? – Сильвия отвернулась, в задумчивости вычерчивая пальцем фигурки на покрывале.

– О да. Помню, как я встретила его. У меня перехватило дыхание. Он стоял рядом со мной…

Сильвия взглянула на сестру и быстро отвела глаза.

– Мистер Шонесси выглядит иначе. Хотя… – Она сделала паузу. – Что-то в нем напоминает мне Кита.

По тому, что Сюзанна промолчала в ответ, Сильвия поняла – сестра пытается угадать, что она имеет в виду. Сильвия была одновременно и рада, и раздражена и подумала, что так, вероятно, и должно быть.

– Ты поедешь к нам или хочешь остаться здесь, в «Белой лилии»? – немного застенчиво спросила Сюзанна.

Сильвия наконец перестала терзать покрывало и подняла глаза на Сюзанну.

Как соблазнительно было остаться, когда знаешь, что совсем близко есть маленькая комнатка и в ней – мужчина. Но при одной мысли о том, что эта комната однажды ночью оказалась пуста, у Сильвии защемило сердце. Она поняла, что оставаться здесь – опасный соблазн.

«Почти каждую ночь».

Нет! Оставаться под этой крышей и дальше – просто нелепо. Бессмысленно, опасно, глупо.

– Я могу погостить у вас? – Сильвия смутилась, задавая этот вопрос. Но ей хотелось снова увидеть дворецкого – мистера Бейла. Возможность показать ему в спину язык очень воодушевляла Сильвию.

– О да, пожалуйста!

Они бросились друг другу навстречу и, как маленькие девочки, стали радостно душить друг друга в объятиях.

Сюзанна весело помчалась вниз по лестнице сообщить мужу новость об их долгожданной гостье.

Решение было принято, и Сильвии осталось собрать вещи.

Открыв саквояж, она увидела свое траурное платье. Сильвия вспомнила, как Том Шонесси сразу определил, что этот наряд – всего лишь маскировка. Ну да, как выяснилось, он – большой знаток женских нарядов.

Сильвия сняла с крючка на стене плащ. В задумчивости подержав его в руках, она отчетливо вспомнила, как ночью пробиралась по темным коридорам «Белой лилии» в комнату Тома.

Сильвия знала, что никогда не забудет блеск его глаз, едва она сбросила с себя плащ. Он смотрел на нее тогда, как на драгоценный подарок, который он не надеялся получить.

– Почему вы мне сразу не сказали, что вы – Сильвия Ламорье? Или вы – Сильвия Холт?

Сильвия вздрогнула от неожиданности. Оглянувшись на голос, она увидела Тома. Его внушительная фигура почти полностью загораживала собой вход в маленькую комнату. Сердце слегка, но ощутимо подпрыгнуло, словно плоский камешек, брошенный чьей-то ловкой рукой над водной гладью.

Было странно видеть Тома Шонесси здесь, в этой комнатушке, похожей на монашескую келью. Привлекательность и импозантность этого мужчины вызывали ассоциации исключительно с чувственными наслаждениями в шикарных апартаментах.

Вряд ли то, что сказал сейчас Том, можно считать обвинением. Скорее, его слова были лишь поводом для начала разговора. При том, что он смотрел на Сильвию немного застенчиво, а на его лице блуждала растерянная улыбка.

– Я хотела рассказать тебе… – Сильвия запнулась, – я приходила к… – Нет, она не расскажет Тому, что приходила ночью к нему в комнату и не застала его. Каково ей было представить, что в ту ночь он предпочел ее объятиям ласки другой женщины! Сильвия дерзко взглянула на Тома: – Ты относился бы ко мне иначе?

– Только потому, что ты – Сильвия Ламорье, знаменитая балерина, а твой ближайший родственник – виконт Грэнтем, весьма известная личность в Лондоне? – Том не скрывал иронии.

– Мне было страшно, что ты примешь меня за самозванку, называющую себя сестрой леди Грэнтем. Я очень не хотела, чтобы ты так думал.

– И за обещанную награду сдал тебя в руки полиции, – сухо продолжил Том.

Сильвия покраснела.

– Ты не годишься в самозванки, Сильвия. Мне и в голову не пришло бы подумать о тебе нечто подобное. Глядя в твои глаза, легко сказать, кто ты есть на самом деле. – Том говорил спокойно и уверенно.

Слова Тома и удивили, и опечалили Сильвию. Она в смятении отвела взгляд и принялась складывать плащ – лишь бы чем-то занять руки.

– Твоя сестра счастлива, что ты решила погостить у нее. Сильвия почувствовала, как ее щекам сделалось тепло.

– Я так рада, что у меня есть сестра.

Том зачарованно смотрел на Сильвию. Так, словно вместе с ней не мог насытиться радостью.

– И я рад.

Продолжая складывать нехитрые вещи в саквояж, Сильвия старалась не задумываться, отчего Том с такой готовностью разделяет ее радость.

– Ты от него пряталась в почтовой карете?

Этот неожиданный вопрос несколько удивил Сильвию.

– От Этьена?

– Да. – Том загадочно улыбался.

Этот мужчина снова застал ее врасплох и вынудил сказать больше, чем Сильвия хотела бы, – назвать имя любовника. Том был прав: вероятно, она никудышная самозванка.

– Да, я… я не имела права причинять ему боль. И мне не хотелось, чтобы он отговаривал меня от поездки в Англию. Вот почему я скрыла, что уезжаю.

Сильвия понимала, что в таком объяснении – только часть правды. Она до сих пор не могла понять, в чем же состоит истина. Постичь ее только умом, вероятно, невозможно. Скорее всего Сильвия сама старательно отгоняла любые догадки. Потому что боялась.

– А-а…

Выражение лица Тома стало непроницаемым, и он отвернулся. Однако в этой комнате было не слишком много интересных предметов, чтобы можно было зацепиться за них взглядом. Тому вновь пришлось наблюдать за Сильвией, делая вид, что он всего лишь вежливо поддерживает разговор.

– И ты вернешься к нему? После… того как погостишь у сестры?

– Да. – «Если он возьмет меня».

Сильвии хотелось думать, что сейчас она сказала истинную правду. Том, казалось, равнодушно кивнул, как бы принимая ее ответ к сведению, и взглянул на часы. Том Шонесси и сейчас не изменил себе – он оставался прежде всего деловым человеком.

– Сегодня представление. Я пришел узнать: ты сейчас уезжаешь или до конца недели согласишься остаться в «Белой лилии»?

Такой поворот в разговоре Сильвию обрадовал.

– До конца недели я буду феей, пираткой или девицей. Для тебя.

Он не отозвался на шутку.

– Именно такой я тебя и представляю.

Вздрогнув от неожиданности, Сильвия нашла в себе силы беззаботно рассмеяться.

Том еще больше удивил ее, когда, протянув руку, дотронулся пальцем до ее подбородка.

Сильвия непроизвольно закрыла глаза, как бы позволяя коже в последний раз вспомнить и ощутить прикосновения этого мужчины.

– До свидания. Желаю тебе всего самого наилучшего, Сильвия Ламорье.