Маски Черного Арлекина - Яковлев Олег - Страница 22

В двадцати милях севернее границы им повстречался один из ищеек Верховного Вождя, который возвращался с новыми вестями из Ронстрада. Пустынник поразился мастерству орка – издали его спокойно можно было принять за человека, обычного видавшего виды странника в зеленом капюшоне с зубчатой пелериной, коричневом кафтане и таких же штанах, заправленных в пыльные сапоги. В руке путник сжимал посох, а за плечами горбился потрепанный дорожный мешок.

– Гар’рон?! Это ты, шакалий сын?! Ты нашел ее? – Грышган ожидал своего разведчика еще тринадцать ночей назад, но тот сильно задержался.

Каждый день без вестей был для Верховного Вождя подобным каменному молоту, падающему на его сердце. И каждый закат ожидания он отмечал у себя на запястье кривым ножом. Тринадцать длинных шрамов теперь алело у него на левой руке.

Разведчик склонился в поклоне:

– Непогода и людские происки задержали меня. Мерзкие эльфы подарили королю Повелительницу, Верховный Вождь. Люди держат Повелительницу в клетке, как раба, – зло говорил ищейка, опустив голову, не в силах смотреть в разъяренные глаза предводителя. – Они издеваются над ней, клянут ее имя и род... они избивают ее и кидаются в нее камнями. Я слышал, как она звала тебя, мой вождь...

Разведчик не договорил – Грышган безумно зарычал, схватил его за горло и оторвал от земли.

– Следовало бы сожрать тебя за плохие вести, собака...

– Нет, друг, – вступился за задыхающегося беднягу Кариф. – Отпусти его, он и так сделал все, что мог. Отпусти, говорю, или дальше пойдешь без меня!

Пустынник яростно сверкнул глазами, он вовсе не нанимался быть нянькой для Верховного Вождя Со-Лейла. И ему отнюдь не доставляла радости мысль о том, что придется еще не раз взывать к голосу разума своего спутника (если такой, конечно, присутствует в зеленой орочьей голове) по дороге на север.

У Грышгана не оставалось другого выхода, кроме как швырнуть ищейку на землю. Тот хрипел и вжимался в ковыль, ожидая безжалостной кары повелителя. Он был готов к смерти и уже смирился с тем, что через мгновение кованый сапог Верховного Вождя раздавит ему горло.

– Разведчик, как лучше всего пройти к Гарбадену? – спросил человек у распростертого ниц орка.

Бывать в северном королевстве ему раньше не приходилось, и, видят пустынные ветры, по собственной воле он не ступил бы и шага по земле рыцарей, но нынче вынужден идти туда. Многое изменилось, и теперь Пустынник отправился бы в саму бездну, если бы это потребовалось, потому как собственная глупость и самоубийственная недальновидность в молодости не оставляли ему иного пути. Страшный долг, который висел над ним, точно огромный камень на тонкой ниточке, готовый в любое мгновение сорваться и раздавить его, дожидался возвращения в столице государства Льва и Лилии, и если он не явится, то лишится самого дорогого, что у него есть.

– Иди через баронство Теальское, мой вождь. – Орки всегда держат ответ лишь перед своим предводителем. – После через мост Торнберри переберись через реку Илдер и иди прямо по тракту, пока не достигнешь мерзкого Гарбадена. За воротами направляйся по главной улице, потом на пятом переходе – люди называют их кварталами – свернешь, где дом в виде арки, на Торговую. В конце этой грязной улочки будут ворота с надписью «Рынок». Именно там стоит клетка с Повелительницей. Ее сторожат простые городские стражники, которым ничего не стоит свернуть шею, но есть там и несколько Стальных Людей.

– Стальных Людей? – не понял Кариф.

– Это огромные белокожие, одетые в сталь, у них мечи с мой рост и еще вот столько, – орк согнул руку и показал над своей головой; если Кариф верно подсчитал, всего около шести футов, – а на шлемах сидят золотые быки и лошади с одним рогом на лбу.

Пустынник прикинул – мечи длиной в человеческий рост в этих землях могли быть, судя по слухам, только у гвардейцев короля Ронстрадского. О них даже среди песчаных барханов порой ходили невероятные истории. Верховный Вождь лишь усмехнулся угрозе встретиться в бою с гвардией короля Инстрельда V.

– Ты принес важные вести, Гар’рон, – все еще тяжело дыша, сказал Грышган. – И я прощаю тебя. В этот раз твоя голова останется при тебе. Ты можешь идти. Я даю тебе новое задание.

Ищейка поднялся на ноги и склонился в ожидании.

– Отправляйся в хребет Дрикха и найди там вождя Ваштаргха. Скажи ему, что я велю быстрее строить Клык. Пусть ускорит работы. Передай, что скоро я сам появлюсь там.

– Слушаюсь, мой Вождь. – Ищейка распрямился, повернулся и пошагал на запад.

Путь же Грышгана и Карифа лег к Междугорью и устью Илдера, а оттуда – вдоль Великой Реки к мосту Торнберри.

Все баронство Теальское они прошли за два дня. Заночевали в придорожном трактире «Корона с обломанным зубчиком», где завсегдатаи были на удивление тихими и неразговорчивыми. Трактирщик посоветовал путникам не задавать лишних вопросов и быть благоразумными, если они не хотят повиснуть на каком-то их местном Дубе Справедливости, и больше не сказал ни слова, лишь весь вечер продолжал подозрительно коситься на Грышгана в плаще с капюшоном, впрочем, так и не распознав в нем орка.

– Что-то странное творится в этом Теале, – прошептал товарищу Кариф.

– Мне все равно. – Выходец из степей одним махом перевернул в глотку содержимое большой кружки с элем, рыгнул на весь зал и взял в руки вторую. – Лишь бы пройти быстрее и добраться наконец до Гарбадена.

– До Гортена еще путь неблизкий. – Пустынник откинулся на спинку жесткого деревянного стула. – Так что придется тебе, друг мой, немного потерпеть.

Кариф прекрасно понимал Грышгана: его любимая в беде, и орк стремится как можно скорее ее освободить. Силы Ветров, как же схожи бывают порой судьбы!

– Не буду я терпеть, – прорычал орк. – Она, может быть, уже и не жива...

– Не нужно опасаться чего-то, если точно не знаешь, друг мой, и я бы...

– Простите меня великодушно, что вмешиваюсь в ваши делишки, сугубо тайные и личные... – За плечом Карифа возник невысокий лысеющий человек с широким, гладким, как слива, лицом и хитрыми глазками, лихорадочно шныряющими по углам.

Он появился из ниоткуда – будто из стоявшей рядом бочки с элем вылез. И говор у него был под стать лицу – приторный и сладенький, да такой, что плеваться хотелось.

– Проваливай, покуда башку не оторвали, – рыкнул Грышган – церемониться с белокожими он не собирался.

Кариф молчал, готовый в случае чего вмешаться и не дать бешеному орку себя выдать.

В незваном госте, влезшем в их разговор, Пустынник углядел множество скрытых черт, недоступных взору простого, как деревяшка, Грышгана. У незнакомца были ловкие пальцы с мозолями от веревки, и если не от висельной, то ловец удачи совсем перестал что-либо понимать в мозолях от веревок. По глазам и лицу незнакомца можно было прочесть, что сей персонаж готов совершать любые мерзости, если того потребует какая-то его цель, и он ни перед чем не остановится, чтобы добиться своего. Похожее выражение лица было и у самого Пустынного Карифа, только он об этом не знал или предпочитал не задумываться.

– Я тут самым краешком ушка услышал несколько словечек из вашего разговорчика, – мерзко пропиликал человек с бегающими глазками. – Мне послышалось, но, возможно, я и ошибаюсь, что господа хорошие говорили о Гортенчике?

– Даже если говорили, то это, сударь, не ваше дело, – вежливо, но жестко ответил Кариф.

– О, смею вас заверить, господа хорошие, очень даже мое. – Человечек незаметно, даже для Карифа, пустынного убийцы, засунул руку за спину, нашарив рукоять кинжала. – Я из тайной стражи сеньоров Бремеров, баронов и сюзеренов Теальских.

– Да плевать нам, кто ты. – Грышган поднялся во весь свой рост и схватил за грудки надоедливого человека с приторным голосом.

Завсегдатаи таверны тут же рассеялись по углам, и чем дальше и темнее был угол – тем лучше.

Одной рукой агент тайной стражи умудрился сорвать с Грышгана капюшон, а другой... вовремя остановить удар своего кинжала, нацеленный в горло здоровяка в плаще.