Асино лето - Михеева Тамара Витальевна - Страница 21

— А то все равно делать нечего, — сказала Сашенька. — Скучно.

— Спасибо, — немножко не к месту сказала Ася. Она просто не знала, что сказать. Не кинешься ведь им на шею и не скажешь, что еще бы чуть-чуть — и она бросила бы эту затею, но теперь не бросит ни за что.

Глава 13

С этого дня началась у Аси, Азата и Сашеньки совсем другая жизнь. Они вставали в семь часов утра, одевались, умывались и бежали в сад. Ася первым делом шла к дедушке Эхо.

— Все в порядке, милая, — говорил он. — Она-то, гадюка, конечно, сердится и грозится всех искусать, но я за ней строго слежу, не бойся.

Однажды дедушку Эхо увидела Саша.

— Ой, какой чудесный! — воскликнула она. — Вы гном, да? Или леший? Вы здесь живете, да? Ой, я знаю: вы домовой, только для сада, да?

Подошел Азат:

— Ух, ты! Заводной, да?

Дедушка Эхо застеснялся и спрятался в траву. Целый час до зарядки Ася, Саша и Азат выдирали крапиву, репейники, одуванчики и полынь. Дело шло медленно, очень медленно, потому что не было ни лопат, ни мотыг, ни грабель, а корни у крапивы и репейников такие, что, казалось, идут до самого центра Земли. Даже перчаток не было, и ребята обвязывали руки полотенцами и футболками.

— Надо корни выкапывать, — сказала Саша. — А то все опять зарастет.

Пробовали выкапывать палками, но это было долго и утомительно. Руки у них потемнели, в одежду накрепко впитался травяной сок, из-под ногтей не вымывалась грязь.

На третий день работы к ним присоединились Кирилл Евсеев и Гошка Конаков. Мальчишки посовещались и куда-то убежали. Ася с Сашенькой сели на выполотый участок земли, сняли платки, вытерли разгоряченные лица. Сашенька сказала:

— Знаешь, я прямо вижу, как здесь здорово будет. Все оживет… Я папу попрошу — он удобрения привезет… Видела, на смородине ягодки завязались?

— Ага, и на малине.

— Если побыстрее всю траву выполоть, удобрить землю, может быть, они и вызреют.

— Может быть.

— А я, Ась, так и вижу: всю крапиву выдерем, забор новый поставим…

— Где мы его возьмем-то?

— Ну… где-нибудь, неважно! Я папу попрошу, он привезет. Во-от… и деревья побелим. А еще, знаешь, можно здесь везде дорожки протоптать, выложить плиткой… ой, не плиткой, раз ее нет, просто камнями. Все равно, знаешь, как красиво будет!

— Наверное, — согласилась Ася и посмотрела на большую яблоню. — Саш, скажи, а яблоки когда поспевают?

— Ну-у… к сентябрю, наверное, может, чуть пораньше. Но это поздний сорт, у нас дома такие же, зимние, они долго зреют, зато до весны хранятся. Ты чего расстроилась, Ась? Попробовать хотела? Да они все равно кислые, одичали же… Ой, мальчики!

Азат, Кирилл и Гошка перепрыгнули через забор. У каждого в руке было по лопате, а у Азата еще и ведро.

— Где взяли?

— Откуда?

— Мы вернем! — успокоил девочек Кирилл. — Мы только на часочек.

— Михалыч все равно до обеда дрыхнет.

— А его собаки тоже? Они вам пятки не пооткусали? — насмешливо прищурилась Саша.

— Ладно вам, работать давайте, а то подъем скоро, — улыбнулся Гошка.

Глава 14

Иногда Ася приходила в сад одна, ходила между деревьев, рвала потихоньку траву. Сегодня сбежала с сончаса: столько времени пропадает!

— Дедушка Эхо! — позвала Ася. — Ау! Вы где?

Тишина в саду.

Не отзывается дедушка Эхо. Неужели что-то случилось? Осторожно Ася двинулась к гадюкиному логову. Но не сделала и двух шагов, как из травы выскочил на нее один, второй, третий… Ася даже не знала, как их назвать.

— Вы кто?

— Я — чумсик Федя!

— Я — чумсик Петя!

— Я — чумсик Миша!

— Я — чумсик Гриша!

— Я — чумсик Витя!

— Я — чумсик Митя!

— Я — чумсик Даня!

— Я — чумсик Ваня!

— Я — чумсик Паша!

— Я — чумсик Саша!

Чумсики были разноцветные, яркие, невысокие, Асе по пояс, с огромными остроконечными ушами. На ушах торчали рысиные кисточки. У чумсиков были мохнатые лапы и круглый живот, а еще большие глаза с пушистыми, как у телят, ресницами.

— Что вы здесь делаете? — весело удивилась Ася.

— Сад охраняем, — дружно ответили чумсики, а красный Федя спросил:

— Ты — Прасковья?

— Да, а дедушка Эхо где?

— Дедушку ревматизм замучил. От сырости. С реки дует.

— Ой, это я виновата!

— Раз виновата, сходи навестить, — сказал коричневый Ваня.

— Варенья какого-нибудь захвати.

— Он черешневое любит.

— А где он живет?

— Девочки тебя проводят.

Оранжевый Петя свистнул, и из травы выскочили разноцветные чумсинки.

— Я — Маша!

— Я — Даша!

— Я — Вера!

— Я — Лера!

— Я — Аня!

— Я — Таня!

— Я — Оля!

— Я — Поля!

— Я — Маринка!

— Я — Иринка!

— Очень приятно, — сказала Ася. — А я — Прасковья.

— И нам очень приятно! — хором ответили чумсики и чумсинки.

— Пойдем, мы тебя проводим. Дедушка Эхо про тебя спрашивал.

— Он скучает.

— Очень!

— А за сад ты не волнуйся.

— Мальчики справятся.

— Они у нас такие…

— Молодцы!

Окруженная толпой разноцветных чумсинок, Ася шла по лагерю и удивлялась, что никто особенно не удивляется. Не останавливают их, не оглядываются. Только вожатая первого отряда Света воскликнула:

— Ой, у малышей маскарад! Дети, где вы такие костюмы потрясающие взяли?

— На складе, — спокойно ответила бирюзовая Иринка. — Тетя Валя выдала.

Надо же — чумсинки, а тетю Валю знают!

Они прошли через весь лагерь и вышли на дорогу, ведущую к спортивному лагерю «Олимпик», потом свернули налево на еле заметную тропинку, потом прошли вдоль Гнилой речки, через Волчий лог, вышли на Партизанскую тропу и по ней вернулись к «Светлячку».

— Мы в лагерь идем? — удивилась Ася, которая уже устала плутать.

— Мы идем к дедушке Эхо, — строго сказала зеленая Таня.

Они поднялись по тропинке, с трудом продрались сквозь заросли черемухи и вышли к пятому корпусу.

— Это же наш корпус! — возмутилась Ася. — Я здесь живу!

— Здесь живет дедушка Эхо.

Чумсинки подошли к большому старому дубу. Про этот дуб ходили легенды. Он, конечно, был волшебный. Еще бы! Ведь это был Единственный дуб на многие, многие километры соснового леса. Как он вырос здесь? Кто посадил его? Может быть, ему поклонялись Белые монахи? Но этого никто точно не знал, даже Аленка Чаплашкина. Единственный дуб очень большой, просто огромный. Нужны трое взрослых или пятеро ребят из седьмого отряда, чтобы обхватить его. А какая крона! Не крона — дремучий лес! Резные плотные листья величиной с Жорину ладонь! А желуди — с грецкий орех! Залезть на Единственный дуб невозможно. Ни сучка, ни выемки в коре. До нижней ветки не дотянуться даже с перил веранды.

Многие в лагере, особенно малыши, верят, что, если родители долго не приезжают, надо Единственный дуб полить водой из реки. Тогда сразу приедут. А если хочется в этот лагерь еще вернуться, то надо от Единственного дуба в любую сторону сделать столько шагов, сколько тебе лет, плюс количество букв в твоем имени, плюс номер своего отряда, и, где остановишься, на земле свое имя написать. Обязательно вернешься!

— Железно работает! — уверяла Аленка Чаплашкина. — Я пять раз проверяла.

Вот к какому замечательному дереву привели Асю чумсинки. Замечательное-то оно замечательное, но растет у самого пятого корпуса, Ася мимо него по сто раз на дню ходит, а что-то дедушку Эхо ни разу не видела.

— Значит, плохо смотрела, — улыбнулась золотистая Маша.

— Да зачем вы меня кругами-то водили?

— Чтобы интереснее было.

У сиреневой Оли появилась в лапах банка с вареньем, она протянула ее Асе, а желтая Вера, встав на цыпочки, постучала по дереву. Ася, все еще не привыкшая к чудесам, но уже знающая, что ждать можно чего угодно, затаила дыхание. В дереве было тихо. Вера постучала еще раз. Тишина.