Тайное сокровище олигарха - Александрова Наталья Николаевна - Страница 44

Леня прыгнул в свою машину и ринулся следом за «Маздой».

Теперь он не гнал как ненормальный. Он совсем не хотел, чтобы похититель заметил его раньше времени. Поединок на улице не входил в Ленины планы – не потому, что он кого-то или чего-то боялся, просто не хотел подвергать опасности Лолину жизнь.

Он осторожно ехал за белой машиной, стараясь держаться на небольшой от нее дистанции.

Они выехали из центра города, миновали пригороды, проехали аэропорт Пулково, возвышенность возле Пулковской обсерватории и повернули в сторону Павловска.

Глеб подхватил Лолу сильной рукой и не позволил ей упасть.

– Тихо, милая, тихо, – приговаривал он, – не нужно резких движений, не нужно падать в обморок… бросаться мне на шею с криками тоже не нужно, – добавил он, хотя Лола и не собиралась этого делать.

Она вообще как-то одеревенела и воспринимала все происшедшее с трудом, как сквозь толщу воды. Она продолжала бессмысленно таращиться на Глеба. Уши ее были заложены, она видела только, как шевелятся его губы, но не слышала ни звука.

Глеб поддерживал ее и настойчиво направлял куда-то.

– Пойдем, дорогая, пойдем, – бормотал он, – нам обязательно нужно с тобой поговорить в более спокойной обстановке… Что нам тут делать, на улице, наше место не здесь…

Последние его слова Лола кое-как уловила. В ее мозгу внезапно всплыло воспоминание, как они встретились на Невском, как он глядел на нее, улыбаясь, и говорил те же самые слова. В тот раз встреча закончилась так страшно – она проснулась и обнаружила рядом с собой его труп…

Лола внезапно застыла на месте. Ведь он умер, ну да, Глеб убит! Она сама видела его рядом с собой, окровавленного, со страшной дыркой во лбу! Лола вспомнила, в каком ужасе она выскочила тогда ночью из квартиры, как стояла целый час под душем, пытаясь смыть с себя липкую кровь, и страх, и слезы…

В голове у нее немного прояснилось, Лола осознала, что она идет куда-то по улице рядом с ним. Глеб крепко держал ее за локоть, и еще – что-то жесткое и холодное уткнулось ей в бок. Лоле в ее состоянии понадобилось довольно-таки много времени, чтобы понять: это пистолет. Они миновали длинный дом и почти дошли до салона красоты, прежде чем Лола поняла, что Глеб, ее Глеб, не только оказался живым и здоровым, но и встретил ее, и куда-то тащит, да еще и приставил пистолет к ее телу.

– Не дергайся, – прошипел он, уловив перемену в ее настроении, – чего встала? Шагай!

Совершенно машинально Лола постаралась расслабиться, чтобы он не так сильно ее опасался. В голове ее постепенно появились здравые мысли. Во-первых, Глеб жив! Это – бесспорный факт. Стало быть, убийство в той квартире было талантливой инсценировкой. Лола вспомнила, что Глеб в свое время был мастером грима, во всяком случае, он всегда гримировался перед спектаклем самостоятельно. И, когда вел у них в школе кружок, сам гримировал малолетних артистов. Еще шутил, что на старости лет, мол, будет у него кусок хлеба, – из актеров он подастся в гримеры…

Он все правильно рассчитал. Он-то знал, что Лола придет в страшный ужас при виде его трупа и не только не вызовет полицию, а даже не посмеет прикоснуться к телу. Предполагалось, что она опрометью убежит из страшной квартиры – что Лола и сделала.

Лола по-прежнему шла, как сомнамбула, еле передвигая ватные ноги. Они миновали салон красоты. Лола не делала попыток вырваться из рук Глеба – пистолет впечатлял. Кроме того, ей вдруг ужасно захотелось узнать: что же все это означает? Неужели это он, Глеб, стоит за всем? В таком случае, как он ее нашел? И зачем она ему нужна?!

В том, что она нужна Глебу для чего-то важного, Лола не сомневалась. Он похищает ее, чтобы шантажировать Леню! Он хочет обменять ее на чемоданчик! Да, но как он узнал, что чемоданчик оказался у них? На этот вопрос ответа у нее пока что не было.

Пожалуй, нужно сделать попытку вырваться. Лола остановилась и заговорила с интонациями абсолютной дурочки:

– Глебушка! Как же я рада! В первый момент я так растерялась… Но я ничего не понимаю, я ведь видела твое мертвое тело… Дорогой, это был страшный сон, и теперь он кончился… Как же я счастлива…

– Заткнись, – прошипел он, дернувшись, – заткни свой рот! Иди и молчи, а не то…

– За что? – Лола повысила голос. – Что я тебе сделала плохого? Почему ты со мной так обращаешься?!

Краем глаза она заметила, что шедшая навстречу им женщина пристально на них посмотрела, потом какая-то старуха с хозяйственной сумкой на колесиках неодобрительно покачала головой.

– Ты будешь стрелять прямо на улице? – с усмешкой осведомилась Лола.

– Ты права, не буду, – усмехнулся он в ответ.

Они остановились возле машины, дверца ее призывно открылась, и Лола заметила на месте водителя ту самую девицу, которую они с Ленькой так легкомысленно выпустили из виду в котельной.

– Вот теперь я смогу выстрелить, – тихо сказал Глеб Лоле на ухо. – Пистолет с глушителем, я стреляю, мы втаскиваем тебя в машину… никто ничего не заметит. Может, не стоит это проверять, поверишь мне на слово? Убивать я тебя не стану, пока что ты нужна нам живой.

– Какая же ты дрянь! – устало констатировала Лола очевидный факт и забралась в машину.

Белая «Мазда» свернула с шоссе на разбитую колесами грузовиков грунтовую дорогу. Леня немного переждал – здесь его неминуемо тут же заметили бы, кроме того, он находился на небольшой возвышенности, с которой грунтовка хорошо просматривалась, и не терял «Мазду» из виду.

В том направлении, куда белая машина увозила Лолу, виднелись только два строения: слева от дороги – то ли недостроенное, то ли полуразрушенное производственное здание, справа – строящийся жилой дом.

Невероятно высокие цены и огромный спрос на квартиры вкупе привели к тому, что новые жилые дома растут как грибы после дождя, в любом удобном и неудобном месте. Только вчера здесь зеленел сквер, играли дети – а сегодня уже огорожена забором стройплощадка, и на ней гордо полощется транспарант, утверждающий, что до сдачи жилого дома остался месяц. И неважно, что через три месяца на заборе будет висеть тот же самый, только изрядно уже вылинявший транспарант, и до сдачи дома будет по-прежнему месяц, а если позвонить по указанному на транспаранте телефону застройщика, вам гордо ответят, что непроданных квартир в этом доме давно уже не осталось…

Поэтому Маркиз нисколько не удивился, что в таком глухом и неудобном месте строят жилье, особенно если учесть, что окрестности Пушкина и Павловска считаются престижным районом. Не удивился он и тому, что на стройплощадке копошатся рабочие и плавно разворачивается стрела подъемного крана.

Белая «Мазда», однако, свернула не к стройплощадке, а к бетонному монстру – скелету недостроенного завода, возвышавшемуся по другую сторону грунтовой дороги.

Проследив, как машина свернула в покосившиеся ворота «долгостроя», Леня свернул следом за ней на грунтовку, спустился с холма, проехал еще метров сто и остановился за высокими кустами, которые прикрыли его машину, дали ему возможность сквозь «окна» в ветвях наблюдать за недостроенным зданием. Он достал из бардачка свой отличный немецкий бинокль и навел его на бетонную конструкцию. Вскоре Леня увидел, как по крутой лестнице между этажами взбираются три фигурки – одна мужская и две женские. Одна из женщин явно шла против воли – ее подталкивали, подгоняли жестокими ударами…

Первым побуждением Маркиза было – броситься вслед за похитителями, напасть на них и отбить Лолу, но он не был бы самим собой, если бы тут же не понял всю глупость такого намерения. Даже если бы ему удалось как-то использовать фактор внезапности, похитители все равно успели бы убить девушку и сбросить ее тело в глубокий пролет…

Нет, нужно искать другой выход из положения!

Оглядевшись, Леня заметил дощатый забор: он огораживал строившийся жилой дом, который он увидел с холма возле поворота. На материале для забора строители явно сэкономили, и в щели могли бы проскользнуть не только мыши, но даже собаки, а немного расшатав доски, Леня и сам без труда смог это сделать.