Замок Белого Волка - Белянин Андрей Олегович - Страница 79

– Это полог! А полог смерти непробиваем! Так что сейчас он захлопнется, и ты как миленький пойдёшь за мной в Вальгаллу, потому что иначе я суну тебя в такие мрачные казематы Ледяного ада, что ты пожалеешь о том, что вообще посмел! Мне! Перечить!

Вязкий звук разрываемой плоти купола, полога или как она там наговорила, подтвердил, что ярость моей девочки невозможно остановить. Она буквально рухнула между нами, но тут же вскочила на ноги, принимая боксёрскую стойку и загораживая меня спиной.

– Как ты… – только и успела спросить богиня смерти, когда тяжёлый кулак моей дочери прилетел ей в челюсть. Хель снесло на три шага.

– Гори в аду, дьявольское отродье! – грозно проревела Хельга, отчаянно тряся отбитыми пальцами. – Па-а, кто эта блондинка? Чего она на тебя наезжала? Я не всё слышала, прозрачная стенка мешала. Но давай я ещё раз пну её под копчик, и пошли домой…

– Это твоя мама, – как можно торжественнее ответил я, с трудом сдерживаясь, чтобы бесстыже не расхохотаться над побитой богиней, проверяющей пальчиком сохранность своих зубов.

– Чё?!

– Хельга! – строго прикрикнул я. – Веди себя прилично и не включай это уличное пацанство, оно тебе не идёт. Познакомься. Твоя мама, моя бывшая жена, богиня смерти Хель, древнескандинавский пантеон богов, двоюродная или какая там сестра дяди Эдика.

– Па, ты чего, серьёзно?

– Она же мне чуть челюсть не свернула, – наконец включилась в разговор и Хель. – Да, девочка выросла и входит в силу. Что ж, дитя, твой отец не соврал. Иди же ко мне и обними свою настоящую мать!

– Не вздумай даже! – сразу предупредил я. – Для живых её объятия – это мгновенная смерть. А мёртвой ты будешь подчинена ей вечно…

– Мама? Папа. Стойте, я сбилась. – Хельга сжала ладонями виски. – Сначала ты говорил, что моя мама стюардесса…

– Кто-о? – не поверила Хель. – Это те вертихвостки в бесстыжих юбках, что летают в вашем мире? Ну спасибо, бывший…

– Потом ты сказал, что она богиня?

– Да, – подтвердил я.

– Но умолчал, что богиня смерти! – возмущённо хлопнула себя по коленям наша эмоциональная дочь. – Нет, какого… Почему не… Я что, теперь… «Хельга, ты опоздала на урок, срочно родителей в школу!..Ага, мама подойдёт?…Да, разумеется, а кто у нас мама?» – «А она древняя богиня смерти!» И всё, хлоп, завуч в обмороке, директриса в психушке, а мне не светит никакое высшее образование, потому что если ваша мама богиня смерти, то все педагоги дружно хотят в этом удостовериться, а потом мрут со страшной силой, так, что ли?!

Пока окончательно выдохнувшаяся Хельга переводила дух, я деликатно поманил свою бывшую супругу в сторону.

– Ты уж не напирай так сразу. Ей просто нужно время…

– Ты назвал меня стюардессой?! Козёл ты из упряжки Одина!

– Ну знаешь… Я хоть как-то пытаюсь спасти ситуацию, настроить вам пути понимания. А по сути, мне оно надо? Я же мертвец, труп! Пойду скажу ей правду, что меня грохнули по твоему приказу…

– Только попробуй! Я сама убью тебя!

– Меня уже убили, не забыла?

– Ах ты подлец…

– Вы наговорились? – напомнила о себе Хельга.

Мы виновато обернулись. В её глазах стояли слёзы обиды, губы дрожали, а лицо было бледнее бледного.

– Лапка, – осторожно начал я, потому что у моей бывшей супруги способности к дипломатии были где-то между единицей и нулём. – Прости, что всё так получилось. Но увы и ах, она действительно твоя мама. И ты у неё в гостях. Поэтому будь воспитанной девочкой и…

– И? – с нажимом уточнила Хельга, вновь сжимая кулаки.

– Ну, по крайней мере, не бей её больше и не обзывай дьявольским отродьем. Это не очень сложно?

– Я попробую. – Она изобразила внутреннюю борьбу с самой собой, поиграла бровями, позакатывала глаза, позаламывала руки и наконец решилась: – Здравствуй, мама! Не обижайся, что не вешаюсь тебе на шею, папа сказал, ты вроде как заразная. Спасибо, что родила меня! И ещё большее спасибо за то, что оставила с папой. В первом случае имела место ирония, во втором нет. Чмоки! Мы пошли.

Она попробовала привычно подцепить меня под локоть и только после третьей попытки поняла, что её рука свободно проходит сквозь мою…

– Пап, ты чё, умер?!

Я виновато пожал плечами.

– А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!!

Пока моя дочь надрывно голосила на одной ноте, я обернулся к Хель:

– Вот видишь, что ты наделала?

– Да брось, она ещё ребёнок… Сейчас поревёт, а через час забудет, о чём плакала. Правда, малышка?

Хельга прекратила рёв только для того, чтобы врезать маме второй раз.

Лицо богини потемнело от ярости…

– Глупая девчонка, как смеешь ты поднимать руку на мать?!

– А ты не тронь моего папу!

– Он мёртв и больше не принадлежит миру живых!

– Я… я… я его не отдам!

Хель влепила ей звонкую пощёчину прежде, чем я успел вмешаться. И прежде чем я открыл рот с просьбой прекратить, Хельга дала сдачи! Вмешиваться в дальнейшее не стоило…

– В конце концов, не поубивают же они друг друга, – решил я, отворачиваясь к стене купола и затыкая уши, чтоб не слышать происходящего за моей спиной.

Бой за замок Кость достигал своего апогея, и было ясно, что мы проигрываем. Усталые люди по одному отступали к воротам, больше половины монахов уже никогда не поднимут оружие во славу матери-церкви. Рыжий вампир, бросив свой пост, пробивался к замку, неся на плече совершенно бесчувственную Дану. Залитая своей и чужой кровью, она представляла собой довольно жуткое зрелище, от её красоты и манер не осталось и следа…

Дробный грохот пулемётов прекратился, на стенах давно дрались врукопашную. Павших мужчин всё чаще подменяли женщины. С западной стороны над замком поднимался чёрный дым. Наверное, кто-то из драконов пробрался и подпалил конюшни. Значит, скоро всё кончится. Никто не ожидал, что мы победим. И всё-таки жаль…

Я обернулся на взаимные всхлипывания как раз вовремя, чтобы рявкнуть:

– Не обнимай её!

Мать и дочь, побитые и растрёпанные, послушно отшатнулись друг от друга.

– Я виновата перед тобой, моя девочка…

– Ты… ты бы знала, как я мечтала о маме, – шептала Хельга.

– Я наблюдала за тобой. Я всегда была рядом и… не могла к тебе даже прикоснуться…

– Понимаю. Ты будешь приходить?

– Да, – кивнула Хель. – Ты точно не хочешь занять своё место в пантеоне?

– Моё место рядом с папой. Ну, по крайней мере, пока не выйду замуж, а мне не к спеху.

– Ну да, учёба, образование, карьера…

– Вот именно. – Моя умничка решительно вытерла нос и кивнула в мою сторону. – Верни мне его.

– Я не могу.

– Мам?

– Это невозможно. Мёртвые не возвращаются.

– Мам?!

– Прости. Нельзя нарушать законы, общие для всех миров.

– Мам!!!

– Пойми же это… – Моя бывшая жена посмотрела в глаза своей дочери и первой опустила взгляд. – Он твой. Я не знаю, как буду оправдываться перед богами, но… – Лицо Хель осветила тёплая, давно забытая улыбка. – Ты обещаешь мне, что тоже будешь хоть иногда заглядывать ко мне за Грани?

– Да, мам. – Хельга ответила ей такой же улыбкой, и в этот миг они стали удивительно похожи друг на друга. Даже не как мать и дочь, а как две сестры…

– Идите. – Богиня смерти жестом подтолкнула нас к стене купола. – Присмотри за ним, детка, он не худший из смертных.

– Да, мам. Спасибо тебе, я… Я буду приходить, обещаю.

Золотоволосая Хель выпрямилась, вновь приняла десятиметровый рост, улыбнулась мне и хлопнула в ладоши. Купол исчез, в глаза ударил резкий свет, и первый удар вновь ожившего сердца, казалось, едва не сломал мне грудную клетку. Битва не кончилась, мы стояли позади наступающей армии мертвяков, но…

Эхо от хлопка ладоней великой богини ещё не стихло, как трупы начали падать рядами, превращаясь в тлен и пепел. Договор с Некромантом был разрушен в одностороннем порядке, Смерть просто забирала своё, и никто не мог ей этого запретить. А мы, кажется, всё ещё будем жить, нет?

– Ты предала меня, грязная северная девка! – истерично взвыл кто-то за нашими спинами.