Первый инженер [СИ] - Геманов Олег Алексеевич - Страница 65

Осипов выругался, оттолкнул попытавшегося ему помочь юношу и выпрямился во весь рост. Над его головой ярко вспыхнул светильник, а слева раздался неприятный треск. Большой кусок стены на миг заискрился молниями и исчез. В образовавшейся нише Николай увидел невысокий черный постамент, с лежащими на его поверхности семью небольшими каменными рунами.

Ранбарт потрясенно вскрикнул и отступил на несколько шагов в сторону.

Инженер подошел к пульту управления охранным заклинанием, прислонил к нему топор, закрыл глаза и прикоснулся ладонями к холодным камням. Кончики пальцев неприятно кольнуло, а руны привычно засветились синим. Николай из-за нехватки времени не стал корить себя за непроходимую тупость, а вместо этого принялся напряженно размышлять.

Хорошо. Он знает, как отключить заклинание. Для этого необходимо в определенном порядке прикоснуться к каменным плашкам. Вот в таком.

Желание. Безопасность. Право. Власть. Подчинение. Две оставшиеся руны имели самые обычные, даже заурядные названия. Кирка и борода. Понятно, что они обозначают право монархов Рудного, на отдачу приказов заклинанию. Также ясно, что и эти руны каким-то образом необходимо использовать. Но вот каким?

Осипов точно знал, что решение крайне простое и лежит на поверхности. Ведь этим заклинанием обязаны управлять и совсем юные отпрыски королевского рода. Инженер прикусил губу, и решил попробовать самый логичный вариант. Активировал сперва руну обозначающую зрелый возраст, а потом нажал в обратном порядке на остальные. Ничего не произошло.

Ранбарт дернул за рукав короля, и буднично сообщил:

— Государь! Я вижу слабый свет в дальнем конце штробы. Значит, скоро мы предстанем перед Владыкой.

— Не понял! — удивился инженер. — А почему так быстро до нас добрались?

— Нет, Государь, — почтительно возразил паренек. — Не быстро. Вы уже почти полчаса здесь стоите.

— Надо же! А я и не заметил. Ну ладно, сейчас еще попробуем. Как говорится попытка не пытка, — бодро проговорил Осипов и неожиданно застыл с открытым ртом. Он понял, что если он сейчас оживит охранные чары, то они немедленно убьют всех, кто находится в штробе. Ну, кроме короля конечно. А вот остальных уничтожат без разбора. Николай с ненавистью посмотрел на постамент и перевел взгляд на Ранбарта.

— Вот что парень. Беги к нашим и передай мой приказ, — Николай закашлялся и протер предательски заблестевшие глаза. — Пусть немедленно разворачиваются и со всех ног выметаются из штробы.

Ранбарт покачнулся и умоляюще выставил перед собой руки.

— Это приказ короля! — злобно прорычал инженер и несколько раз гневно притопнул. — Я лучше знаю, что надо сейчас делать. А если кто-то заупрямится, то скажешь ему, что я его и в небесных Чертогах найду, бороду вырву, а потом буду мыть ей полы в конюшне. Понял?

Юноша побледнел, поклонился и немедленно умчался, словно за ним погнались подземные демоны.

Инженер находился в одиночестве минут десять. Всё это время он неотрывно рассматривал руны, а в одну из них даже потыкал несколько раз пальцем. Потом он услышал дробный стук сапог и тяжелое, надсадное дыхание. Первым мимо него промчался охранник, весьма успешно проводивший допрос пленных. Доспехи на нем были настолько изрублены, что от них на ходу отваливались пластины и мелкие обрывки кольчуги. Воин притормозил возле короля, и раскрыл рот, явно намереваясь что-то сказать. Но Осипов без разговоров стукнул охранника рукояткой топора, чуть пониже спины, и яростно заорал:

— Бегом в зал! Бегом! Это приказ!

Следом за дознавателем поддерживаемый под руку Ранбартом, прохромал почтенный глава артели. Он только мельком взглянул на разгневанного короля, почтительно кивнул и поспешно заковылял к выходу

Вслед за отцом прибежал Хелфбарт, забрызганный кровью с ног до головы. Гигант бережно нес на руках десятника, явно пребывавшего в бессознательном состоянии. Великан тоже попытался что-то сказать, но Осипов оскалился, страшно зарычал и угрожающе взмахнул топором. Хелфбарт испуганно вжал голову в плечи и как ошпаренный выскочил из штробы.

Из темноты вышел пошатывающийся бледный телохранитель. Он оперся об стену, болезненно скривился, приложил руку к груди и еле слышно прохрипел:

— За мной больше никого нет. Они завал из трупов разобрали и сейчас… — у охранника подкосились ноги, и он плашмя упал на пол. Из дверного проема выскочил Хелфбарт и, стараясь не смотреть на короля, подхватил раненного воина и быстро пятясь, вышел из штробы.

Темнота дальнего конца штробы разорвалась светом факелов, и до Николая донесся торжествующий вой. Множество сапог топало по полу, громыхали доспехи и стучали топоры по щитам.

Осипов отбросил в сторону топор и возложил руки на постамент.

Бегущие в первом ряду мятежники увидели короля, счастливо заорали, с какими-то неприлично сладострастными переливами и широкими прыжками бросились к Осипову.

Кирка. Подчинение. Власть. Право.

Николай резким движением разделил следующую руну на две половины.

Опасность. Желание.

Сон, длившийся сорок семь лет прервался. Охранное заклинание хоть и состояло из сознаний трех эльфийских магов, но само разумом не обладало. Древние чародеи Рудного оставили заклинанию только несколько чувств и жгучее желание убивать. Как только заклятие проснулось, оно сразу почувствовало жуткий голод. Первая составляющая заклинания, не теряя ни одного мгновенье, обволокла ближайшую пищу, но тут же отшатнулась. Потому что пища оказалась Властью. Разочарованно полыхнув багровым, огненная часть заклятия устремилась вглубь штробы. Там уже счастливо пропарывая воздух синими молниями, вовсю насыщалась вторая часть, а третья, выбрасывала из себя белоснежные ледяные иглы и радостно смеялась, ощущая, как еда исступленно орет от ужаса и бессилия.

Ледяная составляющая заклинания полностью насытилась и осмотрелась по сторонам. Кроме Власти в штробе еды почти не осталось. Только пять кусков снеди бежали к выходу в тщетной надежде спастись. Их догнали Багровый с Синим и закружились возле ничтожных комков плоти в смертельном вихре. Но к огромному удивлению Белого куски пищи хоть и стали двигаться гораздо медленнее, но продолжали упорно идти к выходу. Белый подлетел поближе и понял, что еда покрыта какой-то прочной оболочкой, до предела насыщенной магией. И чтобы вскрыть этот панцирь надо хорошенько потрудиться. Создав огромный ледяной шар, наполненный смертоносными шипами, Белый бросил его прямо в центр сопротивляющейся пищи. Шар раскололся на множество кусков, шипы немедленно впились в защитные панцири и начали их раздирать.

Багровый и Синий слаженно ударили всей своей мощью в еду и оглушительно захохотали. Белый тоже довольно посек стены ледяными осколками и вдруг заметил, что один кусок снеди, всё же уцелел и вот-вот выскочит из прохода. Снежный вихрь пронесся по штробе и Белый бросил вперед ослепительно сверкающую, пахнувшую смертью стрелу. Она ударила еду по ногам и выбросила ту из прохода.

Части заклинания слились в одно целое, и оно медленно вращаясь вокруг своей оси, принялось неспешно летать над полом. Летало до тех пор, пока Власть не погрузила охранное заклятие в сон.

Из всего штрафного батальона передвигаться на своих ногах могли лишь великан и Ранбарт. Теперь они, поддерживая под руки короля, стояли над лежащим на полу Ламбартом. Хранитель тяжело дышал, и ничего не видящими от боли глазами неподвижно смотрел прямо перед собой. Его ноги ниже колен были раздроблены, а оплавленный в нескольких местах доспех зиял страшными рваными отверстиями.

Осипов смотрел на хранителя и вспоминал, как он его обожал его в детстве. Гном, заменивший ему семью, ставший самым родным и близким, сейчас умирал под ногами короля. Николай покачал головой, философски поразмышлял над превратностями судьбы и общим несовершенством мироздания. Потом наклонился и вырвал из крепко сжатой ладони хранителя Рудную кирку. Махнул Хелфбарту рукой, отвернулся, и обессилено сел, прислонившись спиной к стене. Сзади раздался глухой удар топора.