Первый инженер [СИ] - Геманов Олег Алексеевич - Страница 62

— Прекратить, балаган! — свирепо прорычал Николай. — Смотрю что-то у всех настроение чересчур игривое! Не рановато ли?

Естественно королю никто не ответил, и в штробе воцарилась могильная тишина. Нарушил её вернувшийся от завала Ранбарт.

— Государь. Сверху сильно надавило, думаю, порода шагов на сто по штробе села, — паренек с досадой махнул рукой и непроизвольно посмотрел на красного как лава гиганта. — Назад дороги нет. Это мы крепь зацепили, вот оно и того…

— Ладно, нам все равно обратно этим путем не возвращаться, — мудро рассудил Осипов, вылез из носилок и скомандовал. — Пошли. Разведку ждать не будем, не разминёмся. Дорога-то одна.

По пути инженер не отказал себе в удовольствии и практически дословно процитировал пятый параграф из инструкции по охране труда при работе в шахте. При этом Николай особо напирал на то, что рудокопам запрещается самовольно выполнять работы, не относящиеся к их обязанностям. К примеру, ломать крепь в штробах.

Мудрыми речами король так поразил окружающих, что некоторые гномы на всякий случай затаили дыхание, а Ранбарт так вообще, потрясенно прикрыл глаза и в такт шагам восхищенно покачивал головой.

Перейти к шестому пункту инструкции и просветить окружающих насчет требований охраны труда при проведении взрывных работ Осипову помешал Эдбарт. Разведчик еще издали разразился радостными криками, и инженер даже без доклада понял, что всё в порядке.

Примерно через полчаса штрафной батальон Рудного королевства втянулся в большой, почти идеально круглый зал. Пламя факелов, не достигая его потолка, металось по стенам, высвечивая забитые пылью ниши и ржавые остатки креплений для фонарей и светильников. В противоположном конце зала, красновато отсвечивала гранитная плита, за которой начинался вход в родовую штробу правителей Рудного.

Осипов немедленно улегся на пол, устало вытянул ноги и принялся наблюдать за тем, как гномы под чутким руководством Эрикбарта приводят заброшенное помещение в порядок.

Вскоре факелы заняли предназначенные для них места, а ниши засияли первозданной чистотой. Ранбарт протер дверь мокрой тряпкой, и на граните отчетливо стали видны древние магические руны. Этой же тряпкой паренёк поелозил по полу, сделав таким образом подобие дорожки, ведущей от короля к двери.

Гномы сгрудились возле входа, и к королю почтительно подошел Эрикбарт, склонил голову и обвел рукой вокруг себя.

— Всё готово, Государь. Можно начинать.

Осипову, очень не хотелось ничего начинать. Более того, у него даже мелькнула мысль, что было бы весьма неплохо вздремнуть пару часиков, потом плотно подкрепиться, а после этого еще немного поспать. Но увидев, как нетерпеливо посматривают на него воины, Николай всё же поднялся на ноги и решительно направился к двери. Постоял перед ней несколько секунд, вспоминая, что в таких случаях необходимо делать, потом прикоснулся к холодному камню правой ладонью и громко закричал:

— Я Шлюксбарт из рода Шлюксбартов. И я хочу войти.

Раздался тихий шелест, дверные руны на мгновенье блеснули бледно-синим светом, а в нишах полыхнуло багровым. Но, к сожалению, этим всё и закончилось.

Николай непонимающе посмотрел на закрытую дверь и еще раз произнес условную фразу.

Руны послушно посинели, а в нишах снова забился багровый огонь. Но каменная плита даже не шелохнулась.

Осипов еще несколько раз безуспешно попытался открыть дверь, потом отступил на пару шагов и прикрыл глаза рукой. Инженер всё никак не мог понять, что же он делает не так. Вроде всё правильно. Отец дверь именно так открывал, да и сам Шлюксбарт, когда приходил сюда с Ламбартом тоже быстро управился. Тогда гранитная плита без проблем пропустила мальчишку внутрь.

Как только Николай вспомнил про хранителя, то у него моментально вспотели ладони, и защемило в груди. Перед глазами короля отчетливо встала сцена последнего посещения родовой штробы.

Заботливый Ламбарт, с добрыми, полными сочувствия глазами, объясняет восьмилетнему Шлюксбарту, как правильно обращаться с охранным заклинанием. После этого мягко подталкивает мальчика к двери и протягивает ему Рудную кирку.

— Когда руны ярко засветятся, просто прикоснитесь киркой к граниту, потом пройдите пять шагов вперед, встаньте на зеленую плиту и усыпите заклинание. Это делается так…

Николай досадливо сплюнул на пол, развернулся и в большом смятении направился к терпеливо ожидающим гномам. Они уже поняли, что произошло что-то нехорошее, нервно переминались с ноги на ногу и вопросительно поглядывали на короля.

Вместо объяснений Осипов, нервно притопнул, и произнес неожиданно севшим голосом:

— Надо в соседнюю штробу пробиваться. Здесь не пройти.

Через пару минут воины развязали огромный мешок Хелфбарта, и начали доставать из него инструменты. Заодно забрали у великана все кирки и теперь деловито раскладывали их по полу.

Инженер смотрел на деловую суету отсутствующим взглядом. Чувство тревоги охватившее его сразу после неудачи с дверью немного притупилось, но никуда не исчезло. Осипова абсолютно не волновало, то, что отряд оказался в ловушке. На самом деле ничего страшного не произошло, и всё можно легко исправить. Разумеется потом придется крепко подумать, как попасть в замок. Но тревожился сейчас Николай совсем по другому поводу. Он точно знал, что гнетущее беспокойство связано именно с родовой штробой и какой-то очень важный факт, таящий в себе немалую опасность, полностью ускользает от его внимания.

Николай расстроено вздохнул и подозвал Эрикбарта:

— Подойти ко мне, подумаем, как побыстрее проход вырубить.

Эрикбарт тревожно посмотрел по сторонам, ожесточенно потеребил несуществующую бороду и доложил, что подготовка к работе идёт крайне удачно и скоро всё будет готово.

Ранбарт вместе с младшим братом, немедленно сделали вид, что заняты таким важным делом, как подсчёт лежащих на полу кирок и мелкими шажками незаметно зашли за спину к королю. И теперь юноши с большим любопытством прислушивались к беседе старших.

Эрикбарт закончил отчет о достигнутых успехах и плавно перешел к производственным проблемам.

— Государь. Тут дело такое. Ближайшая штроба всего-то в пятидесяти шагах от нас находится. Но идет она не параллельно нашей, а уходит вниз по горизонту. Боюсь, промахнемся, ведь ни одного штейгера среди нас нет.

— Как ты сказал? — пораженно воскликнул Осипов и схватил за грудки собеседника. — Кого нет?

Эрикбарт прикусил губу, явно сердясь на себя за то, что употребил простонародное словечко в присутствии короля и почтительно пробормотал:

— Государь! Прошу простить меня, за невежество. Впредь такого больше не повторится.

Осипов опустил руки и недовольно покачал головой:

— Причем тут это! Я спрашиваю, откуда ты знаешь слово «штейгер»?

Эрикбарт явно не понимающий, к чему клонит король, почесал в затылке и взволнованно произнес:

— Ну, так это… Того… Именно так рудокопы называют опытного проходчика, умеющего точно прокладывать штробы.

— Мастер. Горный мастер. Вот что означает этот термин. Вернее раньше обозначал, — пробормотал Николай, ненадолго задумался и внезапно спросил. — А как называется штроба соединяющая две ближайшие выработки?

Глава столичной артели рудокопов наморщил лоб, сосредоточенно засопел, а потом чистосердечно признался:

— Забыл, Государь. В шахту уже лет семьдесят, как не спускался.

Стоящий рядом Ранбарт, смущенно убрал кирку за спину и сделал шаг вперед. На его лице отчетливо читалось, что парень прекрасно знает ответ.

— Говори, — разрешил Осипов.

— Государь! Такая штроба называется юберзихбрехен! — радостно выпалил юноша и залился густым румянцем.

Николай усмехнулся и одобрительно посмотрел на паренька:

— Верно. Только сейчас это слово устарело и вместо него говорят: «Сбойка».

— А где говорят? — с неподдельным интересом спросил Ранбарт.

— Как где? Конечно в небесных Чертогах Владыки, — наставительно произнес инженер и требовательно протянул руку. — Ну-ка дай мне кирку, проверю кое-что. А вы пока обсудите, как сбойку побыстрее вырубить.