Лифчики и метлы - Млиновски Сара - Страница 47

А потом к толпе присоединились папа с Дженнифер, все вдруг начали дергаться и трястись, и у меня просто не осталось выбора.

Совершенно не попадая в ритм и дергаясь так, словно меня бьет током, я присоединилась к семье и друзьям. И это было потрясающе.

Глава 23

Не полное счастье, но довольно близко

— Привет! — крикнули мы, входя в квартиру. Сейчас воскресное утро, и мы вернулись домой. Папа с Дженнифер посадили нас на поезд, отправили Присси к дедушке с бабушкой, а сами улетели на Гавайи наслаждаться медовым месяцем.

— Привет, девочки, — сказала из кухни мама. — Я готовлю тофу с арахисовым маслом, по-моему, вам в прошлый раз понравилось.

Она выложила еду в большое блюдо, а мы уселись за стол.

— Ну? — спросила она, вскидывая брови. — Как все прошло?

— Мило, — ответила Мири.

— Ага, — добавила я. — Правда, мило.

Она улыбнулась:

— Хорошо. — Потом она потерла шею. — Рейчел, прошлым вечером к тебе приходил очень несчастный посетитель.

— Ко мне? Кто?

— Парень. — Она наморщила лоб, вспоминая. — Рафи? Нет, Раф. На нем был смокинг, и он заявил, что пришел забрать тебя на танцы. Когда я сказала, что не понимаю, о чем он, на него напал Тайгер. Пришлось сообщить, что ты на свадьбе своего отца.

Не могу в это поверить. Я ни на секунду не допускала, что он может прийти, что захочет показаться со мной на людях.

— А дальше? — прохрипела я.

А ты как думаешь, что дальше? Он ушел. Я же не пошла с ним на танцы.

Я вскочила со стула и бросилась к телефону в своей комнате. Я набрала номер (вот уж не думала, что когда-нибудь у меня хватит мужества набрать его). Один гудок, второй, третий.

Возьми же трубку, Раф!

— Алло? — произнес низкий голос.

— Раф? Мне так жаль. Я чувствую себя идиоткой.

На другом конце провода повисла тишина.

О, нет.

— Я не думала, что после всего случившегося ты захочешь пойти со мной на танцы…

— Рейчел? Это ты? Это не Раф, это Уилл. — Час от часу не легче.

— Прости, — пробормотала я. Дура, дура, дура. — А… Раф дома?

— Нет, — ответил Уилл. — Он с родителями в Новом Орлеане.

— Ах да. — Я забыла. Я обмотала провод от телефона вокруг шеи.

— Почему ты приняла приглашение брата, если свадьба была назначена на это же время? Это нехорошо. Он так хотел пойти с тобой на танцы. Ты действительно нравишься ему.

Его тон мне не помог.

— Мне очень жаль, — повторила я.

Снова тишина. Похоже, нам больше не о чем говорить.

— Пока.

— Пока.

Не могу поверить, что я сама окончательно все испортила. Ведь даже после моего позора я продолжала нравиться ему, но теперь все пропало. Я воткнула иголку в воздушный шарик моего потенциального счастья. Нет, не иголку — железный штырь. Я упала на кровать и разрыдалась в подушку. Мама постучала в дверь.

— Да? — сказала я через подушку. Я даже не поднимала головы, чтобы глотнуть воздуху. Мне плевать, если я задохнусь.

— Вы помирились? — спросила она. Какой простой кажется ей моя жизнь.

— Нет еще.

— Ладно. Когда помиритесь, верни ему перчатку. Она, наверное, выпала из кармана, когда на него напал Тайгер. Обед будет готов через десять минут.

Перчатка?

Я села.

Серая шерстяная перчатка лежала на моем одеяле, Серая шерстяная перчатка, принадлежащая Рафу.

Я уставилась на перчатку. Перчатка смотрела на меня.

Я знаю, что мы решили больше не пользоваться любовными заклинаниями. Но это же не просто перчатка. Это знак.

Зачем Тайгеру нападать на него, если не для того, чтобы он ее уронил?

Еще одно маленькое заклинание никому не причинит вреда.

Что говорила мама? Когда магия замешана с самого начала, можно сделать исключение. Верно?

— Эй, Мири…

Магия вернется в «Лягушках и французских поцелуях».