Лифчики и метлы - Млиновски Сара - Страница 21

— Если я подмешаю это туда, она будет покрываться сыпью каждый раз после использования крема.

— Так вот что произойдет? Ее лицо покроется сыпью? С таким же успехом мы могли бы просто подбросить в ее комнату ядовитый плющ.

— Это должна быть самая уродливая в мире сыпь. Наверное, у нее вскочат кошмарные фурункулы.

— А это больно? — Одно дело — превратить ее на время в страшилище, и совсем другое — причинить физическую боль. (Я же тогда просто пошутила насчет того, чтобы сломать ноги Энни и Венди.)

— Нет. И продлится всего несколько дней. Как раз достаточно, чтобы папа вышел из своего зачарованного состояния и отменил свадьбу. — Мири посмотрела на колбу. — Скрести пальцы.

Мы увидели папу сразу, как только вышли из поезда.

— Привет, пап, — сказала Мири и обняла его.

У меня в горле стоял ком, как всегда, когда я первый раз видела его, приезжая на выходные. Это отвратительно — иметь разведенных родителей.

Мне полагалось уже давно перерасти это (я должна быть счастлива, что у меня есть оба родителя, которые любят меня, и так далее, и тому подобное), но иногда я была просто не в состоянии справиться с жалостью к себе. Я не хочу разрываться между ними. Я не хочу видеть папу раз в две недели. Я своего учителя физкультуры вижу чаще. Разве это нормально?

Папа обнял меня, и ком в горле постепенно исчез. Он взял наши сумки, и мы последовали за ним к машине, где нас ждали Присси и Дженнифер. Увидев нас, Дженнифер помахала рукой. А Присси прижалась лицом к стеклу.

Дженнифер повернулась к нам, когда мы забрались на заднее сиденье, и улыбнулась широкой фальшивой улыбкой:

— Здравствуйте, девочки. Как дела? — Она не любит наши уик-энды. Да и с чего бы ей их любить? Кому понравится заботиться о двух подростках?

— Хочу сидеть посередине, — заныла Присси, влезая между мной и Мири.

Дженнифер отвернулась от нас и принялась рассматривать свое отражение в верхнем зеркале.

— Вы хорошо провели эти две недели?

— Да, — ответила я. Я думала о том, что послезавтра ей уже не придется любоваться собой. И о том, что она не будет такой милой, когда папы не окажется рядом.

— Отлично, — сказала она. — Правда, здорово.

Да плевать ей на то, как мы провели эти две недели. Но мы обязаны были играть в эту игру.

— А как прошли ваши?

Она вздохнула:

— Были слишком долгими. Свадьбу так трудно спланировать, правда, милый? — Она нагнулась и погладила папину лысину. Если она постоянно будет до нее дотрагиваться, лысина только увеличится.

— А ведь нам потом придется планировать еще три свадьбы, ведь теперь у нас три дочери, — добавил папа.

Меня очень удивляло, что Присси, живя с моим отцом, даже не зовет его «папой». Интересно, начнет она его так называть после свадьбы? Ее собственный отец живет в Лос-Анджелесе, и она видит его всего пару раз в год. Интересно, почему они с Дженнифер развелись? Мне бы хотелось, чтобы он рассказал об этом папе. Если мы с ним встретимся, я попрошу его составить список из десяти главных причин.

Отец припарковал машину у «Дворца счастья» — расположенного по соседству с их домом китайского ресторанчика, — чтобы взять еду на вынос.

— Дорогой, возьми для меня палочки, — крикнула ему вдогонку Дженнифер, когда он уже вышел из машины. — Мири, как твои ногти? Ты перестала их грызть?

Мири сидела на своих руках.

— Нам снова придется забинтовывать тебе руки? И больше никаких истерик. Твоя мать может позволять тебе вести себя как угодно, но в моем доме я ничего подобного больше не потерплю.

Мири стала красной, как знак СТОП. Я надеялась, что она превратит Дженнифер в лягушку, но ничего не произошло. Она, наверное, практикуется в самоконтроле. Этому их учат на таеквондо.

— И, Рейчел, я была бы тебе очень благодарна, если бы ты убиралась в комнате. Я не служанка, чтобы делать это вместо тебя.

— Мамочка не любит беспорядок, — добавила Присси.

Дженнифер рассмеялась:

— Да, не люблю. А ваша комната порой выглядит так, будто по ней прошло стадо слонов.

Мне очень хотелось, чтобы Мири сидела рядом, тогда я смогла бы сжать ее руку. Очень крепко.

Папа вернулся с едой.

— Быстро ты, дорогой, — сказала Дженнифер, приветливо улыбаясь, и все злобные нотки мгновенно исчезли из ее голоса. Папа передал ей еду и поцеловал в щеку. Как он не может разглядеть ее настоящего лица за этим сверкающим фасадом?

— Курица с лимоном, креветки «Генерал Тао», сычуанская говядина и хрустящая вермишель с тофу для Мири, — сообщил он, выводя машину обратно на дорогу.

— Ты взял мне палочки? — спросила Дженнифер.

Папа хлопнул себя ладонью по лбу:

— Извини.

— Ничего. В следующий раз.

Когда мы подъехали к дому, я помогла папе с сумками. А Мири подошла к нашей жертве:

— У тебя грязь на щеке.

Дженнифер принялась тереть щеку ладонью.

— Да? Где?

— Сейчас вытру, — сказала Мири и, прежде чем Дженнифер успела ей помешать, обмакнула палец в перчатке в колбу, спрятанную в висевшей за спиной сумке, и нанесла состав на щеку Дженнифер.

— Спасибо, — сказала Дженнифер.

Мири улыбнулась:

— Всегда пожалуйста.

Есть! Я с трудом удержалась от того, чтобы не показать Мири поднятый большой палец, и вытащила свою сумку из багажника. Ха! Она у нас увидит стадо слонов. Сама теперь будет похожа на животное.

На следующее утро, еще совсем рано, меня разбудил нечеловеческий крик.

Мы с Мири повскакивали с постелей. Секунду спустя крик повторился, став еще ужаснее.

— Похоже, сработало, — прошептала я.

Мы открыли дверь и высунули головы в коридор. Дженнифер заорала в третий раз.

Мы медленно подошли к папиной комнате и постучали.

— Эй? — позвала я. — У вас все в порядке? — Затем я шепнула сестре на ухо: — Будь осторожна.

Папа открыл дверь, он выглядел заспанным.

— Девчонки, нет у вас с собой крема от прыщей? У Дженнифер что-то с лицом.

— Нам можно посмотреть? — не очень осторожно спросила сестра.

— Мири хочет сказать, — встряла я, пихнув ее локтем в живот, — что как подростки мы постоянно сталкиваемся с прыщами. Вероятно, мы сможем помочь. Или хотя бы поддержать.

Похоже, папа согласился со мной, потому что кивнул и сказал:

— Дженнифер, выйди, покажись девчонкам.

— Я не из шоу уродцев, — крикнула она из своей личной ванной. — Наверное, у меня на что-то аллергия. Больше никаких креветок «Генерал Тао», это уж точно.

— Может, девочки смогут помочь, — сказал папа.

Дверь медленно отворилась. Сперва я увидела руку, а потом… покрытое старыми добрыми прыщиками лицо.

И это все? Где же нарывы? Фурункулы? Банальные малюсенькие прыщики — единственное, на что способна ведьма? Да у меня редко какой день обходится без появления таких. Я нахожу это очень обидным.

— Есть предложения, девочки? — спросила Дженнифер.

— Нет, — ответили мы хором. Я изо всех сил старалась не рассмеяться. — Уверена, они скоро сами пройдут.

— Вот и я так сказал, — поддержал нас папа. — Они очень даже милые. Ты теперь похожа на школьницу.

Дженнифер захихикала и погладила его по лысине.

Я уже с трудом удерживалась от смеха.

Нам с Мири не хотелось присутствовать на этом триумфе любви, и мы вернулись в свою комнату.

— Сыпь? — злобно прошептала я. — И это лучшее, что ты смогла сделать?

Мири трясло.

— Ненавижу прыщи.

Она еще долго не могла успокоиться.

— Конечно, этого недостаточно, чтобы папа разлюбил Дженнифер! Он ведь не разлюбил меня, когда на прошлое Рождество у меня на носу вскочил гигантский прыщ.

Тот прыщ (который я предпочитаю называть «подарком Сайты») так сильно напугал ее, что при одном упоминании о нем она сразу начинает трястись. Не знаю, как она будет учиться в старших классах.

— Может, если с него спадет зачарованность ее красотой, — напомнила Мири, — он увидит ее истинную сущность?