Трагедия 22 июня: блицкриг или измена? - Мартиросян Арсен Беникович - Страница 176

Вот и пошел Сталин по пути строительства школ как объектов двойного назначение (см.: Жданов Ю. А. Взгляд в прошлое. Ростов н/Д., 2004. С 150). Мудрое, государственное решение!

Военному командованию все более внятно намекалось, какую конкретно систему обороны необходимо избрать. По большей части именно намекалось, ибо вслух говорить о варианте 1812 г. политически было нецелесообразно — потому Сталин и говорил о необходимости для армии научиться отступать, чтобы не подвергнуться разгрому, но внешне никак не связывал это с вариантом 1812 г.

К глубокому сожалению, если кто и понял (точнее, захотел понять) Сталина из числа военных, то, за исключением нашего Б. М. Шапошникова, «пальму первенства» приходится отдать гитлерюгам.

Еще в первой главе первого раздела говорилось, что сразу же после подписания Договора о ненападении от 23.08.1939 германский Генеральный штаб заказал генералу П. Краснову аналитический обзор на тему «Поход Наполеона на Москву в 1812 г. Теоретический разбор вопроса о возможности такого похода в ХХ в. и возможные последствия подобной акции», а в одном из примечаний в главе IV второго раздела вскользь было указано, что о конкретной причине такого заказа будет сказано отдельно.

Так вот, выходит, что не прошло и восьми лет, как гитлерюги сообразили-таки, что в конце концов означают эти перемежавшиеся между собой публикации исследований о Наполеоне и одних и тех же трудов А. Жомини.

Основным импульсом к такому заказу послужил в первую очередь все-таки выход гитлерюг на тот же рубеж, с которого Наполеон начал свое нашествие. И, как представляется, это предположение обоснованно — в конце-то концов ничто не мешало нацистским шакалам сделать такой заказ раньше. Ан нет, как только оказались на этом рубеже, тогда и заказали. Это явно было связано с упоминавшийся выводом по итогам командно-штабных игр 1936 — 1937 гг. — там же четко говорилось, что «никакого точного решения относительно восточной кампании не будет найдено, пока не будет разрешен вопрос о создании базы для операций в самой Восточной Польше». Но как только они появились у Гитлера, тут же был сделал этот заказ.

Но куда более поразительно то, что наши генералы и за десять-то лет так и не услышали ни намеков, ни тем более прямых призывов Сталина, особенно в период с 1938 по 1941 г., т. е. после ликвидации заговора Тухачевского. Кроме Шапошникова, никто даже и не задумывался над этим. А Тимошенко и Жуков, очевидно, даже и не обратили никакого внимания на это сообщение разведки 1941 г.

Сталин говорил о необходимости для армии научиться отступать, иначе ее постигнет неминуемый разгром — генералы, наоборот, в немедленный встречно-лобовой контрблицкриг собирались!

Сталин говорил о могучих заслонах вдоль границы — эти же создали статический фронт «узкой лентой», понатыкав в нем дырок от бубликов при фланговых группировках, но при разрывах между эшелонами!

Сталин говорил о могучих заслонах в ближнем, а не в ближайшем тылу — генералы же настаивали на выдвижении чуть ли не всех войск к границам! Но когда дали санкцию, то так и не смогли ничего толком сделать!..

Поразительно и то, что даже спусти десятилетия после войны, когда о плане «Барбаросса» стало известно едва-ли не все в самых тончайших нюансах, маршалам и генералам и в голову не приходило, что, настаивая — в ретроспективе-то (!?) — на необходимости выдвижения всех войск к границам, они, по сути дела, не только четко подтверждали, что готовились именно же в немедленный встречно-лобовой контрблицкриг, но и абсолютно точно воспроизводили в своих сетованиях решение Гитлера, который, как известно, согласился со своими штабными на расположение группировок вторжения в один эшелон (т. е. если зеркально откопировать, то это уже подвижный фронт, но все той же «узкой лентой», правда, с исключительно высокой линейной плотностью живой силы и техники), чтобы они наступала одновременно в едином порыве! Выше уже указывалось, что с 4.00 утра переход границы начали одновременно 103 дивизии, 57 — чуть позже. Наши генералы своими сетованиями фактически пытались обвинить Сталина в том, что он не дал им сделать точно так же, как и Гитлер! Неужели ни разу не читали хотя бы дневниковые записи того же Геббельса, который предвкушал невероятный разгром уже сосредоточенных у границ (на флангах же!) советских войск?! Не говоря уже о том, что обвинить-то — обвинили, но ведь тогда-то, в 1941 г., все делали вопреки своим же послевоенным сетованиям.

Сталин ясно и четко обозначал генералам главную геополитическую цель не только Гитлера, но и всего Запада — уничтожить СССР и Россию, для чего, особенно по условиям того времени, в чисто военном плане был только один путь: нанесение главного удара именно левым крылом, а они мало того что чисто по Тухачевскому все переакцентировали на Юго-Западное направление, так еще и в упор не желали понимать, на кой лях Гитлер сосредоточил две группировки из трех именно на левом крыле. И до того в упор не желали этого понимать, что даже спустя десятилетия пытались, да еще и в формулировках того же Тухачевского, обвинить Сталина в том, чего он никогда им не приказывал! А потом — Сталин да ГРУ виноваты?!

Между тем, неоднократно цитировавшийся выше выдающийся советский разведчик П. А. Судоплатов прямо указал в своей книге «Разные дни тайной войны и дипломатии. 1941 год», что Правительство СССР (т. е. прежде всего Сталин) сделало не только безошибочный вывод о неизбежности войны, но и о том, «что главным театром военных действий станет западное направление»[724].

Указывая на это обстоятельство, Судоплатов тем не менее подчеркнул, «что эти выводы были сделаны не на основе документальных данных о конкретных замыслах противника, а благодаря компетентной ориентире в военно-экономической и внешнеполитической обстановке»[725]. Трудно сказать, почему ныне покойный ас разведки пришел именно к такому выводу — ведь на самом-то деле имело место и то, и другое.

Сталин действительно располагал исключительно обширной, в т. ч. и документальной информацией, поступавшей к нему не только по каналам официальных советских разведслужб. Причем настолько разнообразной и из столь высоких сфер нацистской Германии, что выводы из такой информации только и могли быть безошибочными. Ведь почти вся верхушка Третьего рейха находилась «под колпаком» Сталина: Гитлер, Геринг, Геббельс, Гесс являлись, по сути дела, первоисточниками самых наисекретнейших сведений для Сталина, естественно, не подозревая об этом. Вы только вдумайтесь, какого высочайшего полета, какого ума и таланта выдающиеся люди того времени работали на обеспечение Сталина глобальной стратегической информацией:

1. Легендарный в мировой политике и геополитике первой половины ХХ в Карл Хаусхофер (27.08.1869 — 15.03.1946).

Выдающийся германский геополитик, один из основоположников-классиков этой почти весь ХХ в официально не признававшейся в России науки, автор громадного количества трудов — научное наследие оставляет 40 томов и свыше 400 эссе по различным вопросам истории, географии, культуры, политики, экономики и естественно, самой геополитики. Нередко свои работы писал на стыке многих отраслей знаний. Профессиональный военный разведчик: с 1897 г. выполнял различные военно-дипломатические и разведывательные функции и поручения в Юго-Восточной Азии, Индии, Тибете, Монголии, Синцзяне (Китай), Маньчжурии, Японии. С 1908 по 1910 г. являлся германским военным атташе в Японии и с тех пор располагал в этой стране колоссальными связями во всех кругах японского общества. По состоянию здоровья в 1911 г. вынужден был возвратиться в Германию и с того момента и вплоть до своего самоубийства накануне допроса в Нюрнбергском трибунале (был назначен на 16.3.1946) прожил на Родине, изредка выезжая за границу. С того же времени сначала научный сотрудник, затем доктор, а с 1921 г. профессор Мюнхенского университета и одновременно основатель и бессменный руководитель знаменитого в те времена Института геополитики при том же университете.