Трагедия 22 июня: блицкриг или измена? - Мартиросян Арсен Беникович - Страница 162

Зачем и кому нужно была эта бессмыслица?! Что за дурь-то такая планировать по условиям игры удар противника, но на следующий после его удара день вести разведку противника, а через день начинать «внезапный» контрблицкриг превентивного характера, никак не пояснив е условиях игры, а что, собственно говоря, два дня делали наши войска (т. е. «восточные»). Противник 12-го собирается ударить, а наши только 14-го с криком «Ура!» двигают вперед, да и то в превентивный контрблицкриг?!

А что, за эти два дня ни «западные», ни «восточные» ни одного «гостинца» не послали друг другу, т. е. ни разу не выстрелили?! Да и вообще, хоть как-то, но должна же была быть предусмотрена ну хотя бы минимальная оборона у «восточных»?! Не говоря уж о невесть откуда взявшейся удивительной мощи чересчур прыткой 6-й армии…

Ежели всем рулит «органическая ненависть к штабной работе», то… Но это были еще «цветочки»…

По сути дела, то был армейский прототип будущего «безграмотного сценария вступления в войну» (т. е. «гениального» плана от 15 мая 1941 г.).

Заметьте при этом, что подготовленный Шапошниковым проект «Соображений…» еще не рассматривался — это произойдет только 18 сентября 1940 г. И Сталин тоже еще не рассматривал этот проект, а Жуков уже собрался в контрблиц-«Дранг нах Вестен»-криг!

И в это же время начинается бурчание Тимошенко насчет определения направления главного удара вермахта — маршал требует, чтобы супостаты наступали на южном и Юго-Западном направлении, т. е. против КОВО. Супостаты же, пораскинув мозгами и ссылаясь на успехи абвера на Украине, уже фактически склонялись к отказу от нанесения главного удара на этом поправлении и в конце концов утвердили северный вариант в качестве основного, а на юге всего лишь одно из трех направлений. А чуть позже и ГРУ стало фиксировать переброски войск согласно утвержденному гитлерюгами северному варианту развертывания вермахта.

Но за супостатов чего-то ради забеспокоился все тот же Жуков — в декабре 1940 г. в Генеральный штаб из КОВО наступает записка, в которой утверждалось, что основные силы Германии будут нацелены против КОВО (ЮЗФ), а значит, «здесь следует ожидать главный удар противника»…[657] С чего в КОВО так решили, почему Жуков пришел к такому выводу — пойди разберись теперь. Центральный аппарат ГРУ еще толком не знал, что конкретно замышляет противник, а Жуков уже знал? К слову сказать, эти «данные» КОВО чуть позже были включены в доклад ГРУ от 20 марта 1941 г. (см. главу II первого раздела).

Не будем гадать, на каком основании в КОВО пришли к такому мнению, лучше посмотрим, какие выводы в плане обороны сделал тот же Жуков, коли «установил», что окаянные супостаты будут наступать главным образом именно там. А вывод у него был такой — в конце 1940 г. начальник штаба КОВО подготовил план действий округа, в котором уже проступали контуры будущего «гениального плана» от 15 моя 1941 г.

По указанию командующего округом Жукова начальник штаба КОВО подготовил в конце 1940 г. план военных действий войск округа. Ближайшей стратегической задачей войск Юго-Западного фронта был «разгром, во взаимодействии с 4-й армией Западного фронта, вооруженных сил Германии в районах Люблин, Томашув, Кельце, Радом и Жешув, Ясло, Краков и выход на 50-й день операции на фронт р. Пилица, Петраков, Оппельн, Нейштадт, отрезая Германию от ее южных союзников. Одновременно округ должен был прочно обеспечить госграницу с Венгрией и Румынией. Ближайшая задача — во взаимодействии с 4-й армией Западного фронта окружить и уничтожить противника восточнее р. Висла и на 10-й день операции выйти на р. Висла и развивать наступление в направлении на Кельце, Петраков и на Краков». Соответственно Западный фронт имел задачу «ударом левофланговой 4-й армии в поправлении Дрогичин, Седлец, Демблин содействовать Юго-Западному фронту в разгроме Люблинской группировки противника и на 15-й день операции выйти на р. Висла. В дальнейшем наступать на Родом»[658].

Операция Юго-Западного фронта была разбита на три этапа. Первым этапом была «оборона на укрепленном рубеже по линии госграницы» с задачей «не допустить вторжения противника на советскую территорию, а вторгнувшегося уничтожить и обеспечить сосредоточение и развертывание армий фронта для наступления», то есть операция прикрытия. Вторым этапом было наступление для выполнения ближайшей задачи фронта на глубину 120 — 130 км. Предусматривалось «начать наступление с утра 30-го дня мобилизации»[659]. Третьим этапом операции было «завершение выполнения ближайшей стратегической задачи фронта» на глубину до 250 км, на что отводилось 20 дней. В этом случае главный удар наносился силами 6-й, 12-й, 26-й и конно-механизированной армий в направлении Катовице — Краковского района. Остальные армии фронта обеспечивали это наступление с фронта Варшава — Лодзь и вдоль границ Чехии, Словакии, Венгрии и Румынии, где должен был быть создан новый фронт. «При разгроме главных сил противника восточнее р. Висла фронт переходит к преследованию в общем поправлении главных сил в район Катовице — Краков. В первом эшелоне фронта подвижные соединения. Стрелковые соединения, усиленные танками и артиллерией, в свою очередь наступают во вторых эшелонах в готовности отразить контрудары и сломить попытки к сопротивлению».

В плане были подробно расписаны задачи армий фронта. Так, 5-я армия должна была «форсировать р. Буг разбить противника и к исходу 3-го дня выйти на фронт — Михельсдорф, Завадувка, Войсловице, подвижными частями захватить Люблин. В дальнейшем, наступая в общем направлении через Люблин, па 10-й день выйти на р. Висла. 19-й армии следовало «с началом наступления главных сил фронта нанести удар в направлении Томашув, Замостье. Используя успех 5-й и 6-й армий, на 12-й день операции выйти на р. Висла па участке Солец, Завихост». Войскам 6-й армии предписывалось «ударом на Тарногруд прорвать фронт противника, пропустить в прорыв конно-механизированную армию. К исходу 3-го дня операции овладеть северными выходами из таневских лесов в районе Билгорай и районом Ежеве. Подвижными частями захватить переправу у р. Сандомир, на 10-й день операции выйти на р. Висла». 26-армии следовало форсировать р. Сан и, нанося удары обоими флангами в общем направлении на Жешув, к исходу 3-го дня операции овладеть Жешув и рубежом р. Вислок, а подвижными частями захватить переправы через Вислу и Дунаец. В дальнейшем, наступая через Радомысль, на 10-й день операции выйти на фронт Щуцин, Опатовец, Тарнув». 12-я армия должна была «обеспечить ударную группу фронта с юга со стороны Венгрии и Словакии для чего, нанося главный удар в направлении Кросно, Ясло, разбить противостоящего противника и на 3-й день выйти в район Кросно, а на 10-й день операции выйти на фронт Тарнув, Грыбув». 18-я и 9-я армии получили задачу прикрывать границу с Венгрией и Румынией и быть в готовности среагировать на вступление Румынии в войну. В частности, 9-я армия должна была немедленным ударом через Тульча на Меджидив и Констанца занять северную Добруджу и выйти на границу с Болгарией, отрезав Румынию от моря»…[660]

И хотя в этом плане штаба КОВО частично, но в минимальном объеме еще сохранялась логика плана Шапошникова, но тем не менее уже четко проглядывали элементы будущего немедленного встречно-лобового контрблицкрига, на «сценарий» которого и будет подменен замысел официального плана.

Короче говоря, вы видите, откуда «ноги растут» у «безграмотного сценария вступления в войну». Но главное во всем этом то, что Сталин тут ни при чем — если не все, то многое изобреталось «органической ненавистью к штабной работе» тогда еще командующего КОВО — генерала Жукова. Но и это еще не все. В декабре 1940 г. «южаком», т. е. сторонником Южного направления главного удара вермахта, почему-то заделался также и начальник ГРУ генерал Голиков, да так, что с тех пор информация о том, что гитлерюги планируют нанести наиболее сильный удар «левым крылом» (т. е. по северному варианту, сиречь силами ГА «Север» и ГА «Центр»), странным образом попросту утаивалась от Сталина! А когда Сталина не стало, то у Жукова виноватыми оказались Голиков и агентурная разведка ГРУ, а у Голикова — Жуков, которому направлялась вся информация! А Тимошенко молчал-молчал, а потом о «безграмотном сценарии» брякнул! Но те миллионы, чьи жизни уже никогда не вернешь, едва ли отказались бы узнать, почему сценарий вступления в войну был не только безграмотным, но и полностью бессмысленным, без какой-либо стратегической цели, просто «гениальным» ударом контрблицкригом в никуда, в пространство…