Трагедия 22 июня: блицкриг или измена? - Мартиросян Арсен Беникович - Страница 157

Ну так все-таки, какого же хрена начальники приграничных УРов именно 9 июня получили приказ занять предполье по всей западной границе?[625] Кирпоносу 1 июня за то же самое втык, а 9 июня та же история по всей западной границе? А того самого хрена, что ежели нельзя, но шибко хочется, то можно, но втихаря, негласно, во всяком случае от Кремля, а там — хоть трава не расти! А и в самом деле, как ей расти-то, на костях 27 млн. жизней?

Когда же дали по рукам и запретили лезть в предполье, но той же директивой от 11 июня обязали «срочно разработать планы вывода и занятия по тревоге Уровскими частями боевых сооружений укрепленного района, а полевыми войсками — сооружений предполья», то как вы думаете, чем занялись в округах? Правильно, во-первых, форменным идиотизмом и откровенной профанацией — одним дивизиям командованием округами был определен срок занятия УРов (по тревоге же!) в 30 часов, другим — в 9 часов! Стреляйте, немчики дорогие, сколько хотите, мы вам мешать не будем — «привет пошлем через сутки с лишним, в крайнем случае, не ранее чем через 9 часов) (см.: Сандалов Л. М. Первые дни войны. М., 1989. С. 12).

Во-вторых, разминированием, да так, что едва ли не все мосты через погранреки сохранились! Гитлерюги в своих мемуарах так и не смогли скрыть своего изумления…

А бывший начальник штаба 4-й армии ЗапОВО Л. М. Сандалов — четверть века после трагедии и, к сожалению, в унисон с недобитыми, но по-прежнему изумленными супостатами «недоуменно» вопрошал со страниц своих мемуаров. «А почему, собственно, в полосе 48 армии сохранялось так много мостов через Буг?»[626]

А куда его 4-я армия ЗапОВО собиралась-то? А все туда же, в немедленный встречно-лобовой контрблицкриг, как и весь Западный особый военный округ! Сам Сандалов в тех же мемуарах, не моргнув глазом, совершенно откровенно написал, что «все предвоенные учения по своим замыслам и выполнению ориентировали войска главным образом на осуществление прорыва укрепленных позиций», что «командно-штабные учения и выходы в поле в течение всего зимнего периода и весны 1941 г., проводились исключительно на наступательные темы», что «в марте — апреле 1941 г. штаб 40 армии участвовал в окружной оперативной игре на картах в Минске», на которой «прорабатывалась фронтовая наступательная операция с территории Западной Белоруссии в направлении Белосток, Варшава», что «в мае 1941 г. уже е войсках 48 армии проигрывались наступательные действия 28-го стрелкового корпуса армии совместно с Пинской флотилией в том же направлении»[627]. Даже на последнюю неделю июня, например, штаб ЗапОВО запланировал очередную игру опять-таки на наступательную тему. Даже на утро 22 июня было запланировано учение подобного типа — «Преодоление второй полосы укрепленного района» (см.: Сандалов Л. М. Первые дни войны. М., 1989. С. 40 — 41, 57).

Вы только вникните в этот без сомнения преступнейший бардак! ! 8 июня объявляется боевая тревога по всей РККА, командующие округами обязаны привести войска в боевую готовность, а тот же Павлов, к примеру, 20 июня вновь просит разрешения на выход в предполье, что ему запретили («Красная Звезда», 24 июня 2001 г.). Тут важно то, что он свое прошение формально увязал с директивой ГШ от 18 июня, а ведь все учения проводились на наступательные темы (учения по контрблицкрига, тем более немедленным встречно-лобовым, тем и характерны, что хрен отличишь их от учений по сугубо наступательным действиям)!

Это уже даже и не преступное бездействие — это попросту откровенный преступный саботаж обороны Родины в особо угрожаемый период! И свой расстрел Павлов заслужил как никто.

Все верно, коли «светлые головы» дуумвирата Тимошенко — Жуков втайне от Правительства, но в соответствии со своим «безграмотным сценарием вступления в войну» умышляли отражать агрессию стратегическими (фронтовыми) наступательными операциями, т. е. немедленным встречно-лобовым контрнаступлением в формате одноименного контрблицкрига! Да к тому же подготавливавшегося в точном соответствии с концепцией пограничных сражений Тухачевского.

Между прочим, и, очевидно, сам того не желая, а, возможно, даже и не подозревая, это же подтвердил в своих мемуарах, например, и другой участник тех мартовских (1941) игр в Минске, где отрабатывалась именно Фронтовая наступательная операция, — командир 3-го дальнебомбардировочного корпуса Н С. Скрипко (впоследствии маршал авиации). В частности, он отметил, что во время этих учений на его корпус была возложена «выброска воздушно-десантного корпуса (в тыл противника. — А. М.) в интересах фронтовой наступательной операции, которая должна была проводиться одним рейсом при прикрытии выброски десанта захватом господства в воздухе![628]

Откройте главу III настоящего раздела и посмотрите сравнительную таблицу «красного» и «коричневого» блицкрига, и вы срезу увидите 100%-ную аналогию между тем, что «придумал» Тухачевский, и сутью этих игр! То же самое вы увидите и в приводившейся выше цитате из докладной Тухачевского Ворошилову еще в 1934 г.[629]

Только при такой подготовке именно к немедленному встречно-лобовому контрблицкригу мосты обязаны были уцелеть!

Да вот и уцелевший гитлерюга Блюментритг, генерал, между прочим, в полном обалдении от случившегося написал в своих мемуарах (а он, кстати, и наступал 22 июня против 4-й армии ЗапОВО): В 3 часа 30 минут вся наша артиллерия открыла огонь… И затем случилось то, что показалось чудом: русская артиллерия не ответила… Через несколько часов дивизии первого эшелона были на том берегу р. Буг. Переправлялись танки (а переправляться они могли в первую очередь по уцелевшим мостам. — А. М.), наводились понтонные мосты, и все это почти без сопротивления со стороны противника… Не было никакого сомнения, что застали русских врасплох… Наши танки почти сразу же прорвали полосу приграничных укреплений русских и по ровной местности устремились на восток»[630].

Итог этого «чуда — немыслимо гигантские потери в живой силе и ликвидация Западного фронта (быв. ЗапОВО) как такового менее чем за неделю боев…

А суть же «чуда», как уже отмечалась выше, в том, что готовящиеся для немедленного встречно-лобового контрблицкрига войска находятся в состоянии крайней неустойчивости с точки зрения обороны и даже собственного прикрытия.

А уже на это всем своим негативом наложился еще и хорошо известный бардак в этом округе и… катастрофа грянула не только молниеносно, но и в самых коллапсовых формах именно на этом фронте! Какие уж тут чудеса, хотя бы и в кавычках?

Когда же стали разбираться по поводу причин, способствовавших катастрофе Западного фронта, то член Военного Совета ЗапОВО корпусной комиссар А. Фоминых в своей докладной записке от 17 июля 1941 г. указал, что на всех предвоенных учениях «всегда давались задания прорабатывать варианты наступательной операции при явном несоответствии реальных сил. Но откуда-то появлялись дополнительные силы и создавался, по-моему, искусственный перевес в пользу нас. Теперь при анализе совершившихся событий стало ясно, что отдельные работники Генерального штаба, зная, что в первый период войны превосходство в реальных силах на стороне Германии, почему-то проводили и разрабатывали главным образом наступательные операции и только в последнее время (в конце мая 1941 г.) провели одну игру по прикрытию границы, тогда как нужно было на первый период войны, с учетом внезапности нападения, разрабатывать и оборонительные операции»[631].