Сияющее Эльдорадо - Хаксли Элизабет - Страница 23

Мы приземлились на каменистом пустыре. К забору был приколочен большой почтовый ящик, в который пилот засунул несколько писем и сверток с бакалейными товарами.

Маленький самолет, который прилетает сюда раз в неделю, открывает окно в мир; бакалею заказывают по радио, и выполненный заказ спускается с неба по субботам. Кое-какая дорога есть, но она труднопроходима, пыльная, утомительная и ненадежная. Стоит, наконец, начаться дождю, как каждый крик превращается в поток шириной в несколько сотен ярдов. Другая дорога жизни — это санитарная авиация. Она имеет свою радиосвязь, используя которую можно поболтать дважды в день с другим миром.

Обмениваются обычно всеми новостями, хотя приоритет отдается дождю, если таковой идет. В основном же говорят о проделках детей, здоровье овец, их стрижке, даже о том, сколько котят принесла кошка или какой получился пирог. Ничто не рассматривается здесь как слишком обыденное или же слишком удивительное. На этих удаленных от населенных пунктов станциях люди живут на виду друг у друга, открыто, почти ничего не утаивая. Может быть, сдержанность это вообще защитный механизм при перенаселении? Во всяком случае, тут в пустыне преобладает стремление принять участие в чужой судьбе. Санитарная авиация спасла многих женщин от помешательства. Она помогает оторванным от человеческого общества людям преодолеть чувство одиночества.

Сейчас с организацией медицинской помощи по воздуху охотно знакомят туристов. В Брокен-Хилле посетителям вежливо предлагают стул в небольшом зале с установками кондиционирования воздуха, где можно наблюдать за врачом, который точно в назначенный час отвечает на вызовы, не обращая внимания на многочисленные вспышки блицов туристов. Вызовы следуют один за другим, резкие отрывистые голоса возникают из пустоты.

— Добрый день, г-жа Браун.

— Добрый день, доктор. Я даю ребенку по девять капель ежедневно. Это достаточно или нужно давать два раза в день?

— Следует давать по восемнадцать капель в день. По девять два раза.

— Спасибо, доктор. Всего хорошего.

— Всего доброго.

— Вызывает 321 Пайнди, 321 Пайнди. Здравствуйте, доктор.

— Добрый день, госпожа Форд.

— Она все еще болеет. В среду вышли глисты величиной по крайней мере в два дюйма.

— Возможно, острицы, они действительно около двух дюймов длиной. Продолжайте внимательно наблюдать за стулом, следите за появлением аскаридов, давайте лекарство. Через несколько дней все должно прийти в норму.

— Спасибо, доктор. До свидания.

Затем последовали самые разнообразные случаи. Кого-то укусила пчела; где-то лекарство плохо подействовало на ребенка; кто-то разбил спину. И наконец, эфир загадал настоящую головоломку. Раздался женский голос:

— Вызывает П. М. Кью Теро-Крик. Молодая кобыла, четырехлетка, рост пятнадцать ладоней, упала и разбила голову. Десять минут находилась без сознания и сейчас ослепла. У нее головокружение и лучше ей не становится.

— Принимает она пищу и воду?

Пауза. Пробивается другая станция, требуя сообщить о каких-то порошках.

— Нет, доктор, лошадь не пила и не ела.

— Очевидно, у нее проломан череп. В таком случае надежды мало. Может быть, это сильное сотрясение. Тогда следует дать ей английской соли, чтобы снизить количество жидкости в организме.

— Хорошо, доктор. Какая доза?

Пауза.

— Я пытаюсь рассчитать вес лошади ростом в пятнадцать ладоней.

— Ладонь — это четыре с половиной дюйма, доктор.

Пауза.

— Четыре столовых ложки английской соли дадите сейчас и повторите дозу утром.

— Спасибо, доктор. Четыре столовых ложки английской соли с водой. До свидания.

— До свидания.

В наше время труд врача, особенно вылетающего на вызов, окружен ореолом славы. Помощь его эффективна, но и нагрузка очень велика. Некоторые пациенты живут на расстоянии более чем пятисот миль от медицинского пункта. Район, за который отвечают врачи, в семь раз больше всей территории Британских островов. На него приходится два врача; у них более пяти тысяч пациентов. Один из врачей всегда на вызовах; оба вылетают каждый день… На станции работают три пилота, имеется два самолета скорой помощи. Квалифицированных летчиков много, а вот подбирать врачей становится все труднее. С каждым годом привлекательность городской жизни растет. Одна или две станции даже закрылись. Но задачи, которые выполняют остальные, по-прежнему продолжают оставаться первостепенными.

В районе Теро-Крика (отделения диких животных КСИРО) расположен домик из алюминиевых деталей. Вокруг жесткая земля, мало тени, нет воды. Два молодых человека заманивают кенгуру в ловушку, чтобы их пометить. Их задача — наблюдать за образом жизни кенгуру, чтобы понять, как эти существа живут, питаются, размножаются, мигрируют. Это часть обширного научного проекта по изучению всего лишь одного млекопитающего. Такого рода работа, как сообщил мне в Канберре начальник Отделения доктор Гарри Фрит, проводится впервые.

Удивительно, как мало научных сведений о кенгуру и валлаби было получено в течение двух веков, прошедших с тех дней, когда капитан Джемс Кук написал об этом странном животном[50]: «Я чуть было не принял его за дикую собаку, если бы не увидел, что оно передвигается и бежит, подпрыгивая как заяц или олень». Зоологи много спорили и спорят еще до сих пор о том, какое животное видел Кук. Его экспедиция привезла два черепа, один из которых, возможно, принадлежал гигантскому кенгуру (Macropus giganteus), а второй кистехвостому валлаби (Wallabia elegans).

Со времен Дж. Кука миллионы кенгуру и валлаби были истреблены. Они изображены на эмблеме Австралии, но изучены еще далеко не полностью. Не уточнена, например, продолжительность жизни каждого вида. Неизвестно, чем точно они питаются, как далеко продвигаются, как регулируется их размножение и т. д. Мы хорошо знаем лишь такие очевидные факты, что они скачут, едят траву и вынашивают своих детенышей в сумке.

Вопрос о будущем семейства кенгуру — предмет жарких споров. Является ли это животное — естественно, с точки зрения человека — хорошим или плохим? Что это — безобидное, очаровательное и уникальное создание, символ Австралии, которое нужно защищать и заботливо за ним ухаживать, или же вредитель, такой же, как кролики и динго, пожирающие пищу овец, которых необходимо уничтожать? Объект ли это, привлекающий туристов, или жертва профессионалов-охотников? Являются ли те, кто печется о сохранении кенгуру, людьми близорукими и просто-напросто сентиментальными? И в конце концов, действительно ли кенгуру истребляют или, наоборот, число их увеличивается?

Понимать под термином «кенгуру» одно какое-либо животное — миф. Имеется от сорока пяти до пятидесяти различных видов кенгуру и валлаби, от миниатюрных кенгуровых крыс длиной меньше фута (без хвоста) до крупных экземпляров, которых большинство людей называет кенгуру. Это в первую очередь рыжий гигантский кенгуру (Macropus rufus) и гигантский кенгуру; самцы этого вида зачастую превышают рост человека и весят до двухсот фунтов, хотя средний вес самца рыжего гигантского кенгуру около восьмидесяти фунтов (кстати, только самцы этого вида имеют красноватую шерсть, самки же — серые, а детенышей женского рода за их окраску называют «голубые пилоты»). К этому семейству относится и валлару или горный кенгуру, шерсть которого гуще, чем у крупных кенгуру.

Поразительна география распространения этих видов, представляющих огромный полумесяц, который охватывает большую часть континента. Само название древесных кенгуру говорит о том, что они обитают в лесной зоне страны. Этот вид широко распространен.

Большинство экспертов считает, что нет непосредственной опасности серьезного сокращения числа гигантских кенгуру (тут нужно, правда, обратить внимание на слона «непосредственной» и «серьезного»). Главный спор идет вокруг рыжего гигантского кенгуру, основного обитателя Нового Южного Уэльса, который скачет по сухим открытым внутренним равнинам страны. Этот вид, возможно, находится в серьезной опасности, о чем говорит, например, засуха 1959–1966 гг., когда в западной части Нового Южного Уэльса были по существу уничтожены их пастбища.