Вечный Странник - Сербжинская Ирина - Страница 32

– Ну-ну…

Улицы дремали под ласковым летним солнцем. Было тихо, лишь где-то вдалеке завывали сирены: неугомонные гости города опять неслись куда-то с визитом. Тильвус с Сидором, не сговариваясь, свернули с главной улицы на боковую – звук сирен приближался, а это значило, что Красную линию скоро снова перекроют.

– Дворами, значить, лучше пройдем, – предложил осторожный Сидор, прислушиваясь. – А то еще милиция загребет за здорово живешь. С гостями этими ментов ездит – видимо-невидимо!

Во дворах тоже было тихо и немноголюдно, казалось, утомленные суетливой жизнью горожане все разом выехали на дачи. Тильвус и Сидор брели по тенистым переулкам, попутно заглядывая в мусорные баки, но улова пока что не было.

– Надо, знаешь, вечерком к «Светлячку» наведаться, – деловито планировал Тильвус. – Там теперь уличное кафе сделали, народ пиво пьет, так что бутылки быть должны.

Они пересекли проулок и нырнули в очередной двор.

– Еще по бульвару, это самое, пройдемся, – поддакнул Сидор. – Там тоже пивняков хватает…

Тильвус согласно кивнул.

– Бульвар – это какое-то сборище городских сумасшедших, – заметил он. – Иду вчера, вдруг раз – девица сигает аж со второго этажа! Причем босиком!

– И что? – заинтересованно спросил Сидор. Он открыл крышку мусорного бака – оттуда стрелой шмыгнула тощая кошка.

– Да ничего. Спрыгнула с крыши, обулась и дальше пошла. С парнем каким-то.

– Психи? – догадался Сидор, вороша бумагу на дне бака.

– Да уж, конечно, не нормальные. Вход-то рядом был. Надо как-то пораньше туда подойти, глянуть – может, она и на работу утром по крыше залазит?

Сидор обнаружил среди хлама бутылку, вытащил, посмотрел на свет – нет ли трещинок – и сунул в котомку.

– А может, это самое, воры? – предположил он.

– Вроде непохожи, хотя кто его знает… ты гляди, Сидор, тихо-то как! Прямо душа отдыхает.

Однако отдыхать душе пришлось недолго: в следующем дворе, что примыкал к зданию детского сада, обнаружились люди.

– Чего это они митингуют? – озадаченно пробормотал Тильвус, приглядываясь к небольшой компании, столпившейся возле входа в подвал.

У дверей стоял, покачиваясь, пьяненький жэковский сантехник. Над ним нависала, размахивая руками, упитанная женщина в длинном махровом халате. Рядом возвышался флегматичного вида мужчина в спортивном костюме, со скучающей физиономией. Сантехник внимал крикам дамы сосредоточенно, сдвинув брови и вытянув губы трубочкой, но по всему было видно: думал он о чем-то своем. В самый драматический момент монолога, когда женщина принялась размазывать по круглым щекам слезы, он не выдержал и хихикнул. Тут же поняв, что оконфузился, сантехник поспешно закрыл рот ладонью.

– Трубу прорвало небось! – с видом знатока оценил ситуацию Сидор, незаметно косясь на даму: он очень ценил в женщинах фигуристость.

– Но ведь животное должно дышать свежим воздухом! – возмущенно кричала дама.

– Ну и как, подышало? – флегматично осведомлялся супруг.

– Ведь он целыми днями в квартире! В четырех стенах! Он должен что-то видеть!

– Ну и как, повидал?

Дама взмахнула руками, полы халата взметнулись. Сидор остановился как вкопанный.

– Ты это… Погодим, значить, немного, – пробурчал он, делая вид, что роется в пакете. – Чем тут у них дело, это самое, кончится? Интересно же… разберемся…

Вскоре приятели разобрались. Дама, как выяснилось, вынесла во двор кота – хотела, чтобы животное, запертое в четырех стенах, подышало свежим воздухом и набралось впечатлений. Впечатлений у кота, отродясь не бывавшего на улице, оказалось выше крыши. Хлебнув свежего воздуха, кот сиганул с рук хозяйки, шмыгнул в подвал и был таков.

– Уникальный кот, таких на весь город только два! – рыдающим голосом втолковывала дама сантехнику. – Он редкой породы! Ред-кой!

Она подбежала к темному окну подвала и заглянула внутрь.

– Кис-кис! Надо вызвать спасателей. Или милицию. А лучше тех и других! Ну что ты стоишь?! – накинулась дама на супруга. – Чего ждешь?! Надо лее его искать!

– Я этого гада искать не буду! – неприязненным тоном отозвался супруг. У него с котом, видно, были давние счеты. – Он мне в ботинки недавно. Совсем новые ботинки были.

– Ботинки тебе дороже кота?!

– Теперь их только выбросить! Я дезодорантом побрызгал, на работу пришел, а секретарша верещит: «Ой, и чем это у нас в офисе так воняет! Ой, это, наверное, крыса сдохла где-то! Ой, да ведь это же ваши ботинки так…» Как будто я ее просил мои ботинки обнюхивать.

– Не будешь, да? Не будешь?! Тогда я сама полезу! – Дама с опаской заглянула в подвальное окно.

– Я и тебя искать не буду, – хладнокровно заявил супруг.

Дама с минуту сверлила его пристальным взглядом, потом, как женщина мудрая и проницательная, сменила тактику и ударила по самому больному.

– Ну а деньги? – коварно поинтересовалась она. – Денег тебе не жаль? Ты помнишь, сколько этот кот стоит? Мы ж котят от него продавать хотели. Алиментных. Два котенка – новая машина!

Супруг недовольно засопел.

Он полагал, что для розыска проклятого кота и так сделал уже немало: отыскал сантехника. Выяснилось, правда, что сантехник, ранняя пташка, Уже успел прямо с утра культурно отдохнуть. Деньги, предложенные за поимку кота, его не прельстили, а уговоры немедленно залезть в темный подвал и отыскать беглеца показались почему-то чрезвычайно смешными.

– Гляди, Сидор, – Тильвус толкнул приятеля в бок, – какие деньги там бегают, в этом подвале.

Сидор очумело покрутил головой.

Сантехник, в очередной раз услыхав о стоимости кота, залился смехом, флегматичный владелец сбежавшего животного не выдержал и заехал ему по уху. Сантехник погрозил супругам пальцем и пошел прочь неверными шагами.

– Что же делать? Ну что же делать? – причитала дама.

Супруг обреченно вздохнул и обратил взор на двух бомжей, копошащихся неподалеку.

– Эй, мужики! – позвал он их. – Заработать хотите?

Те с готовностью подошли поближе.

– Сколько? – деловито спросил Сидор. Он был по-крестьянски скуповат и умел торговаться не на жизнь, а на смерть.

– Не обижу, – буркнул хозяин кота, окидывая приятелей брезгливым взглядом.

Тут же произошел небольшой торг. Сидор, тыча заскорузлым пальцем в сторону подвала, красочно обрисовывал сложности поимки кота и напирал на большой объем работы. Тильвус топтался рядом. Он знал, что в такой момент Сидору лучше не мешать, а лишь с готовностью поддакивать. Наконец сторговались.

– Деньги, значить, из рук в руки, как кота поймаем, – деловым тоном оговорил нюансы Сидор. – Конечно, хрен мы его тут изловим, подвал здоровенный, – вполголоса пробормотал он Тильвусу, когда они шли к дому. – Но, это самое, попробуем – а вдруг? Деньги все же! И дамочке поможем… Видал, какая она?

– Изловим. Ты, Сидор, не паникуй раньше времени, – успокоил приятеля маг. – Ты иди вон туда, подальше… Вон в то окно залазь, а я здесь попробую.

Сидор кивнул и бодрой рысцой устремился к выбитому подвальному окну, самому крайнему, почти на углу дома.

Тильвус же вошел в прохладный обшарпанный подъезд. Дверь подвала оказалась гостеприимно распахнутой. Изнутри, как из норы кобольда, пахнуло запахом гнили и влаги. Тильвус осторожно спустился вниз по ступенькам, заваленным обломками мебели и мусором. Внезапно подвальная дверь со страшным грохотом захлопнулась, отсекая солнечный день.

Тильвус остановился. Вокруг царила кромешная темнота. Он мгновение помедлил, закрыв глаза, перестраивая зрение и в то же время мысленно исследуя подвал. Живых существ было немного. Где-то вдали Тильвус чувствовал присутствие Сидора: тот шурудил в дальнем конце подвала. Справа чуялось какое-то маленькое существо. Не кот. Крыса. А сам кот…

Тильвус открыл глаза: темнота отступила. Зрение стало иным, теперь он видел во тьме не хуже норлока. Маг огляделся кругом. Подвал был громадный, темный, полузатопленный гнилой водой из прорванных труб, заваленный всяческим хламом – жильцы явно не утруждали себя походами к мусорным бакам. Тильвус уверенно спустился по ступенькам, обогнул кучу гниющего проросшего картофеля и двинулся вдоль бетонной стены. Он пригнул голову, чтобы не стукнуться о ржавые, сочащиеся влагой трубы, обошел разодранный матрац с торчащими клочьями ваты – не иначе зимой в подвал наведывались бомжи, ночевали возле теплых труб. Две серые тени торопливо шмыгнули мимо, стараясь не попасться Тильвусу на глаза. Он остановился на мгновение, уточняя местонахождение кота, и повернул направо. Кот сидел, забившись между стеной и разбитым деревянным ящиком, и волны ужаса и паники, исходившие от беглеца, ощущались даже на расстоянии. Тильвус прошел еще немного и наконец заметил в темноте две зеленые светящиеся точки.