Когда ты рядом - Талан Светлана - Страница 57

— Зачем ей перчатки?

— Чтобы СПИДом не заразиться.

— А теперь не надевает?

— Теперь я сама меняю себе постель и засовываю все в мешок. Она мне так сказала делать.

— Нянечка не злая, просто она мало знает об этой болезни.

— Злая! Она еще сказала, что меня выплодили какие-то наркоманы.

— Точно злая. Но ты на нее не обижайся.

— Теперь не буду. Попадет в ад, тогда узнает. А еще у нас медсестра Люся злая. Она даже в перчатках боится ко мне прикасаться. Когда у девочек из нашей группы проверяют головы…

— Как это «проверяют головы»? — спросила Даша.

— Не знаешь? — Аленка засмеялась, и смех ее был похож на тоненький звон колокольчика. — На вши проверяют! Так вот, она всем головы проверяет, а меня заставляет расчесываться над листом бумаги. Тоже боится СПИДа.

— Всех плохих и злых перечислила?

— Колька Чуйко остался. Но с ним я сама расправлюсь.

— И как?

— Он ужасно боится, чтобы я его не поцарапала. А я вот… — Аленка вытянула руки и растопырила пальцы. — Пытаюсь отрастить ногти, но эта дура Люся заставляет меня постоянно их состригать в ее присутствии. Но я уже придумала, как ее обмануть.

— И как же?

— Буду делать вид, что обрезала ногти на всех пальцах, а на мизинце оставлю. Этот пальчик можно припрятать, она и не заметит.

— Зачем тебе царапать этого Кольку?

— Он меня дразнит СПИДом, говорит, что я скоро умру, а я хочу его поцарапать и заразить. Путь его дразнят Колька-СПИД.

— Думаю, это не очень хорошая идея.

— Почему?!

— Потому что ты станешь злой, как они. А еще потому, что этот Колька в тебя влюбился.

— Да ну-у! — протянула Аленка, и ее бледные щечки мгновенно порозовели. — А откуда ты знаешь?

— Я же женщина! Я знаю все их штучки.

— А тебя тоже в детстве дразнили?

— Всех дразнят. Меня — тоже.

— Скажешь как — или это секрет?

— Скажу. Когда я была такой, как ты, меня дразнили жирафом за длинную шею.

— У тебя была такая же тонкая шея, как у меня?

— Точно такая же! А потом стала нормальная.

— Значит, у меня есть шанс?

— Без сомнения! А почему ты не в летнем лагере?

— Кто захочет брать детей со СПИДом? В этом году меня не нашли, куда пристроить, — так сказала наша заведующая. А вообще я бо?льшую часть времени провожу в больницах. Так всем спокойнее.

— Кому это «всем»?

— И мне, и воспитателям.

— Аленка, а ты бы хотела жить с нами? — спросила Даша и затаила дыхание.

— Хотела бы, но не буду, — сказала Аленка и снова оттолкнулась ногой от земли, давая понять, что доверительный разговор окончен.

— Но почему?! Мы тебя удочерим, ты будешь жить с нами, мы будем тебя любить…

— Не буду!

— Разве тебе здесь лучше?

— Здесь плохо! Но я сделаю вид, что потеряла сознание, и меня снова отправят в больницу. Там хорошо.

— Что же хорошего в больнице?!

— Там меня никто не будет дразнить. Там девочки будут со мной дружить. Там все больны СПИДом и не боятся друг друга! Поняла теперь?! — прокричала девочка последние слова.

— Мы с Сергеем не будем тебя дразнить…

— Вы будете бояться меня, как все! Как все они! Я не хочу к вам!

Даша сделала глубокий вдох и сказала:

— Мы не будем тебя бояться. Я обещаю.

— Я не верю тебе! Я верила одной Виталине, но она в раю.

— Послушай меня, прошу тебя.

— Говори, — безразлично сказала Аленка, продолжая качаться.

— У меня и у дяди Сережи ВИЧ-инфекция.

Девочка на миг замерла, потом повернулась к Даше и внимательно посмотрела на нее.

— Не обманываешь? — спросила она.

— Нет, — ответила Даша. — К сожалению, это правда.

После разговора с девочкой Даша с Сергеем сразу же пошли в кабинет заведующей и сообщили, что хотят удочерить Аленку.

— Вы знаете, что она больна ВИЧ? — спросила пышногрудая заведующая.

— Знаем, — сказал Сергей. — Это не меняет нашего решения.

— Вы мало знаете об этом заболевании. — Заведующая поправила свою гордость, выставляя из глубокого разреза сарафана бо?льшую ее часть. — Девочка может заразить вас неизлечимой болезнью. К тому же она обречена. Такие дети рано умирают и…

— Мы хотим удочерить эту девочку, — четко выговаривая каждое слово, решительно произнес Сергей. — Завтра же я пришлю своего адвоката, который займется всеми формальностями. Сколько это займет времени?

— О, все не так просто. Это длительный процесс, да и девочка больна…. — начала было заведующая, откинувшись в кресле, но несколько «зеленых», которые выложил на стол Сергей, смягчили ее тон и улучшили настроение. — При желании можно сократить процедуру до трех месяцев.

— Это очень долго, — сказал Сергей и добавил еще несколько купюр. — Мы не можем столько ждать.

— Максимум полтора месяца, — ответила заведующая, и ее толстые пальцы с золотыми перстнями плавно опустились на зеленые купюры.

Глава 50

Аленка оказалась таким чудесным ребенком, что не любить ее было невозможно. Казалось, что она жила в этом доме с папой Сережей и мамой Дашей, как она их теперь называла, всю жизнь. Правда, с разрешения Сергея фотография Виталины, стоявшая на камине, перекочевала в спальню Аленки.

Здесь девочка не чувствовала себя ущемленной, не такой, как остальные. Она была сама собой и с каждым днем демонстрировала все больше и больше положительных качеств.

Даша, реально все оценивая, надеялась на лучшее, но всегда была готова к худшему. Иногда она размышляла о том, что может в любой момент исчезнуть из жизни дорогих ей людей. В такие минуты она думала больше о Сергее, вспоминая, как тяжело он перенес разлуку с Виталиной. Однажды ночью она поняла, что если ее не станет, то Аленка, только она, эта смышленая, не по годам взрослая девочка, может стать надежной опорой в жизни Сергея. И стала делать все, чтобы еще больше их сблизить. Она заставляла Сергея отвозить и забирать Аленку с занятий большим теннисом, посылала их в зоопарк, на выставки — куда угодно, лишь бы они чаще бывали вместе. А кроме того принялась учить девочку готовить, убирать в доме и уделять больше внимания отцу.

— Понимаешь, Аленка, — говорила Даша, обучая девочку премудростям приготовления, — мужчины как маленькие дети. Что они могут без нас, женщин? Ничего. Стоит один раз не сварить им борщ, и они будут ходить голодными весь день. Мало что голодными, но и на жизнь обиженными. Казалось бы, нет в доме ничего, чтобы поесть, — сбегай в ближайший магазин, купи десяток яиц и кусочек колбаски, положи на сковородку — и готов обед. А что делают в таком случае мужчины?

— Что? — спрашивала Аленка, и в большом доме звенел ее веселый смех.

— У них соображалка перестает работать, и они, оказывается, мало что безголовые — только это наш женский секрет! — но и безрукие. Но это еще не все!

— А что еще?

— Они еще и слабые. Это только с виду они кажутся большими, сильными, готовыми горы свернуть или, по крайней мере, поднять тяжеленную штангу. На самом деле они только снаружи богатыри. А стоит заглянуть внутрь…

— И что? — заливалась смехом девочка.

— Они слабенькие, нуждающиеся в нашей женской помощи и поддержке.

— И как же их, таких больших, женщине поддержать?

— А вот об этом я и хотела тебе рассказать, — шепотом ответила Даша. — Только пусть это будет нашим маленьким секретом. Хорошо?

— Идет! — согласилась Аленка и кивнула. Ее косички весело подпрыгнули.

Конец октября выдался в этом году на удивление красивым и теплым. Раз в неделю шли дожди, но они были не унылыми и затяжными, какие обычно случаются поздней осенью, а теплыми, похожими на летние. И сразу после дождя появлялось солнце. Сергей уже несколько дней обещал своим «дамам» свозить их в лес по грибы, но текущие рабочие вопросы заставляли его откладывать эту поездку. И как только в выходные у него выдалась свободная минутка, Аленка сразу же напомнила о его обещании. Хитро улыбаясь, она обняла Сергея за шею и спросила:

— Папа Сережа, а как ты считаешь, обещания надо выполнять?