Я – сталкер. Слепая удача - Исьемини Виктор - Страница 24

– Ты уже обещал Всплеск, Пригоршня, еще вчера, – напомнил Слепой.

– Со вчерашнего дня жду, – солидно ответил тот. – У меня это чувство заранее приходит.

– Точно, я тоже вроде что-то такое ощущаю, – покивал Миша. – Так что идем, значит. Поищем подвал.

Слепой помог Вере подняться и поплелся рядом с ней. Ему хотелось ободрить женщину, которая попала в такую историю, хотел было сказать, что у него тоже первая ходка, но раздумал. Ничего себе утешение получится: Вере, которая оказалась посреди Зоны с незнакомыми людьми, еще и узнать, что один из них сам не очень-то разбирается в местной флоре и фауне.

Тем временем Пригоршня с Конокрадом завели разговор о Всплесках, каждый знал с десяток историй о сталкерах, которым пришлось переждать это явление, не имея надежного укрытия. Истории были разные, но с неизменно печальной развязкой. Вера слушала и вздыхала. Потом сзади донесся протяжный вой, несколько мутантов выражали какие-то свои мутантские чувства, сплетя голоса в едином хоре.

– Как они воют, – произнесла Вера, – просто жуть берет.

– Сейчас перестанут, – обернувшись, пообещал Миша.

И точно, вой вскоре смолк.

– Это они медведя жрать приступили, – пояснил Конокрад. – К утру от него одни косточки останутся.

– Идемте быстрее, а? – поежившись, попросила Вера.

Когда лес закончился, взгляду открылась залитая серебристым лунным сиянием полянка, в центре которой горбились руины. Округлый бетонный купол, окруженный кустами, которые мешали толком разглядеть сооружение. Видно было только, что оно не очень велико – метров десять шириной и высотой около пяти метров.

Между опушкой и зданием метались серебристые блики. От игры света и тени рябило в глазах, и сперва Слепой не понял, что именно он видит. То ли природное явление, то ли искусственный свет.

– Вот влипли, – тихо прошептал Миша. – Не пробиться нам в дом.

– Что это?

– Бесы.

Слепой всмотрелся в мечущиеся серебристые тени и постепенно стал различать, что это живые существа, только движутся они очень быстро. Тощие фигуры скакали и носились по поляне, как будто играли в странную игру. Они мчались с невероятной скоростью, с места набирая разгон, потом замирали ненадолго – и тогда Слепому удавалось разглядеть тощие угловатые тела, вытянутые небольшие головы. Непропорциональность их конечностей мешала толком разобраться, что представляют собой эти мутанты. Одна из рук бесов – если можно так назвать их верхние конечности – была гораздо длиннее другой и заканчивалась клешней. На бегу твари выбрасывали эту лапу далеко в сторону, клешни описывали вокруг них круги и восьмерки, щелкали, шуршали. Под топот и щелчки клешней бесы скакали по поляне, никогда не останавливаясь надолго.

Вера держалась позади Слепого – должно быть, он показался ей наиболее безобидным и способным к нормальному общению. Сейчас она осторожно выглянула из-за дерева и уставилась на игру серебряных бликов.

– Что это такое?

– Мутанты.

– Красиво.

– Вообще-то они хищники. И очень опасные, – напомнил Слепой. – При такой скорости! Представляете, на что они способны? Я думаю, мы уйдем отсюда. Пригоршня, Миша?

– Да, сваливаем, – согласился Конокрад.

Они медленно, стараясь не шуметь, ушли от поляны, где бесы играли в свою странную игру, и остановились, когда мутанты уже не могли услышать и учуять присутствие человека.

– Они Всплеск чуют! – убежденно заявил Конокрад. – Чтоб мне в «электру» провалиться! На рассвете, не позже, накроет. Нужно убежище искать.

– Там, на поляне, хорошая такая домина, – протянул Пригоршня. – Мощная. И вообще, солидное место для ночлега.

– Сквозь бесов не пробиться, – уныло возразил Миша.

Слепой поглядел на него и осторожно спросил:

– Миша, я смотрю, ты такой хозяйственный, аккуратный. Всякие вещицы собираешь, к делу приспосабливаешь. Так вот, когда по старым выработкам бродил, взрывчатку не находил там случайно?

– Случайно находил. А ты что задумал?

– Есть идея. Мне понадобится твой рюкзак, вся взрывчатка, какая есть, и для детонатора гранату бы.

– Это все имеется, но рюкзак мой…

– У тебя же другой сейчас, который ты из разоренного лагеря унес, отдай его.

– Ну, знаешь… Эх, ладно! Так что ты задумал?

– Попробую фокус бесам показать. Если не получится, мы ничего не теряем. Я сам схожу, вы с Верой здесь подождете. Если придется убегать, прикроете огнем.

– Убежишь от них, как же… – по инерции возразил Миша, но послушно стал разгружать рюкзак.

Динамитные шашки были невесть какого возраста, но Миша уверял, что подобрал их в старой штольне, там они не должны были «протухнуть», потому что воздух в пещерах такой, консервирующий. Слепой отрезал полы слишком большой брезентовой куртки Веры, полосами обмотал взрывчатку, щедро накладывая между слоями брезента гильзы, болты и прочий металлический мусор, который нашелся в карманах. Сталкеры по привычке таскали с собой болты, которыми иногда приходилось проверять подозрительные места на предмет наличия аномалий. Сейчас эти запасы пошли в ход.

Поучился довольно объемистый сверток, в середине которого находилась обложенная динамитом РГД-5. К кольцу Слепой привязал шнур, конец которого торчал наружу, когда затянули горловину рюкзака. С этим снарядом Слепой отправился по уже знакомой дороге к поляне с бетонным куполом посередине. Вера на прощание пожелала ему удачи.

– Спасибо, – проникновенно сказал Слепой. – Удача – это именно то, что мне нужно. У вас верный подход к делу, Вера. А вот эти двое в мою удачу не верят.

– Нет, ну почему же, – потупился Конокрад.

– Понимаю, понимаю. Тебе просто жаль рюкзака. Когда я иду рисковать жизнью, тебе просто жаль рюкзака.

Слепой скорчил скорбную мину и укоризненно покачал головой.

– Иди уже… камикадзе, – напутствовал его Пригоршня.

Когда Слепой выглянул из-за дерева, бесы по-прежнему носились по поляне, и лунный свет играл тенями при их стремительном движении. Слепой несколько минут следил за движением мутантов. Только на первый взгляд ему показалось, что в их танце отсутствует порядок, потом он начал разбирать очередность и ритм. Улучив момент, когда ни один из бесов в его сторону не глядел, Слепой выступил из-за дерева и дернул шнур, торчащий из рюкзака. Услышал характерный щелчок детонатора и, размахнувшись, швырнул рюкзак на середину поляны. Бесы на мгновение замерли, когда над их головами с шорохом пронесся достаточно объемистый предмет. Когда рюкзак шмякнулся в траву, они дружно бросились к нему, протягивая лапы и щелкая клешнями. Секунда, другая… Слепой уже привалился к стволу с дальней от поляны стороны и замер, готовясь услышать взрыв. Мутанты, вереща, сгрудились над рюкзаком – и тут бахнуло!

Взрыв вышел такой, что столпившихся мутантов расшвыряло по поляне. Слепой, прижавшись к дереву, слышал сквозь звон в ушах, как куски тел звучно шлепаются на землю. Потом осторожно выглянул. Поляна разительно переменилась. Несколько еще живых тварей лежали на окровавленной траве и вяло шевелились, от их прежней прыти и следа не осталось. Тут позади затопали шаги, прибежал Пригоршня, стал хлопать по плечу и приговаривать:

– Живой! Ну, Слепой, ты в самом деле удачливый! Живой, а? Громыхнуло так, что я уже плохое подумал! Подумал – всё!

– Я надеюсь, ты зарыдал при этой мысли? – сварливо спросил Слепой. – Впрочем, можешь не отвечать, черствый равнодушный человек. Я и так знаю, что ты рассмеялся.

За Никитой, немного отстав, появились Конокрад и Вера. Все трое осматривали Слепого и старались как можно явственней выказать радость по поводу того, что он жив. В конце концов Слепой смутился и заявил:

– Слушайте, мне уже просто обидно становится. Вы, значит, все считали, что я такой лопух, что не смогу спрятаться, когда сам же бросаю гранату? Ну что за мнение у вас обо мне, ей-богу!

Держась вместе, все четверо выступили из тени и остановились у края поляны. Зрелище было такое, что Вера даже смотреть не смогла.