В погоне за мечтой - Мартин Марси - Страница 65

На лице Мэлии мелькнула улыбка.

— А-а… И вы, я вижу, готовы встать на ее защиту?

— Да, — бросил Джек. — Но мне необходимо знать, что, черт возьми, случилось в ту ночь.

— К моей подруге это не имеет никакого отношения, — немного помолчав, ответила Мэлия. — Той ночью я пришла к Кайле очень поздно, и она просто сделала то, о чем я ее попросила. Кайла рассказывала мне о семейной паре, которая остановилась в доме, где она работала. По ее словам, это были хорошие люди, и они тогда только что потеряли новорожденную дочь.

— И вы решили дать им другого ребенка? — воскликнул Джек.

Поначалу Мэлию, возможно, и смущали его вопросы, но потом она взяла себя в руки и сейчас совершенно невозмутимо взирала на него.

— Моя работа заставляет меня ко многим людям относиться как к подозреваемым, — резко продолжал Джек. — Иногда на преступление их толкают нелепые, часто просто глупые мотивы. Но признаюсь, зная вас, я ничего не понимаю. Почему все-таки вы это сделали?

Некоторое время Мэлия молча изучала Джека, а потом промолвила:

— Теперь уже и не вспомнить, по какой причине ребенку лучше было исчезнуть из дома в ту ночь.

Джек едва не заскрежетал зубами.

— Так почему ребенку было лучше исчезнуть из дома в ту ночь? — попытался он выяснить правду. — Он был в опасности?

— Я уже сказала вам, что запамятовала.

Наклонившись вперед, Кейзи встретился с Мэлией глазами.

— Вы не до конца откровенны со мной, Мэлия. Было совершено федеральное преступление.

— В мире существуют более совершенные законы, чем те, которые создал человек. Я верю в Высший суд.

— Вы украли ребенка, — отчетливо произнес Джек. — Из-за этого девочка не знала, кто она такая, не знала, кто ее родители, на что она имеет право… Она вообще ничего не знала!

Мэлия спокойно выдержала его осуждающий взгляд.

— Сердце подсказывало мне тогда, что это единственный выход. Я спасла ее.

— От кого? — настаивал Джек. — От Остина Палмера?

Мэлия встала, с шумом отодвинув стул.

— Довольно вопросов, Джек.

— Вы хотите, чтобы его допросили власти?

— Это входит в ваш план? — спросила Мэлия, складывая одеяло. — Передать дело властям?

Угрюмо посмотрев на нее, Джек тоже встал из-за стола.

— Нет, этого я делать не собираюсь.

— Но вы сделаете то, что велит вам долг. В точности так же, как я сделала тридцать лет назад. А теперь, если, конечно, у вас нет ордера, я попрошу вас уйти. — И, не дожидаясь ответа, Мэлия пошла прочь. Джек глядел ей вслед, думая о том, что эта женщина с глазами голубки и нежным голосом обладает несгибаемой волей. Она призналась, что отчасти виновата в преступлении, но дала при этом понять, что ни под каким видом не будет сотрудничать — даже с полицией, даже для спасения собственной жизни! Ни под каким видом — если только для этого надо было выдать Остина Палмера. Джек направился к ступенькам. Как жаль, что Мэлия не помогла ему сразу прижать Остина Палмера к стенке!

С южной стороны Гавайского вулканического национального парка Пали Ваипио, или, как его еще называли, Утес Водяного Свода, поднимался на шесть тысяч футов над берегом напротив знаменитого залива Алоа-Блоу-Хоул в форме подковы. Во время отлива вода в заливе была спокойной. Но когда Тихий океан набрасывался на скалистое побережье, в заливе поднимались неистовые высокие волны, выбрасывающие в воздух сотни фонтанов.

Последнее извержение вулкана Пали, произошедшее в конце восемнадцатого века, оставило после себя целую гору из лавы, пронизанную множеством тоннелей, по которым вода стекала в океан. Алоа-Блоу-Хоул был соединен с этими тоннелями, и его подковообразная форма всегда привлекала внимание посетителей ресторана «Домик у вулкана».

Однако большинство из них предпочитали наблюдать за заливом с белого песочка, на котором стоял ресторан, а не взбираться к самому кратеру вулкана.

Сделав последний глоток из фляги, Ники повесила ее на ремень. Ветер на этой высоте дул с ужасающей силой, трепал волосы и куртку девушки. Ники внимательно огляделась по сторонам.

Далеко на западе виднелся почти скрытый туманом пик Мауна-Лоа; ближе к ним, у зеленого подножия горы, виднелась маленькая красная крыша «Домика у вулкана». Прямо под ними склон горы упирался в голый утес, именем которого — Пали — гора и была названа.

Пока Ники смотрела на океан, вода в заливе, вскипая и ревя, поднялась высоко в воздух. Казалось, что вверх взметнулось гигантское, сверкающее на солнце белое перо. Ники очень нравилось любоваться такими высокими волнами, которые Остин впервые показал ей двадцать лет назад. Приложив руку козырьком к глазам, Ники смотрела на беснующийся внизу залив, когда к ней сзади подошел Остин.

— Я вспоминала, как ты привел меня сюда в первый раз, — громко проговорила она, стараясь перекричать шум ветра. — Ты тогда рассказал мне сказку о Пеле — богине вулканического огня. Ты говорил, что она просто уложила Пали спать и что рев воды внизу — это всего лишь храп горы.

— Ты мне поверила?

— Конечно, поверила! А что, ты хочешь сказать, что это неправда?

Усмехнувшись, Остин посмотрел на запад.

— Уже четвертый час, нам надо спускаться. Почему бы не пойти вниз короткой тропинкой?

— Тропинкой?! — вскричала Ники. — Ты называешь эти трещины и бесконечные препятствия на горном склоне «тропинкой»?!

Остин насмешливо посмотрел на нее.

— Разумеется, ты права. Я как-то не подумал, что завтра тебе исполняется тридцать. Думаю, ты уже слишком стара для того, чтобы спуститься со сложного склона.

— Заткнись, Остин. Веди меня вперед.

Примерно через час, миновав трудные участки горы и узкие, извилистые тропы, испещренные трещинами, сквозь которые можно было заглянуть в черное нутро вулкана, они прошли половину пути. Ники даже стало жарко: сняв ветровку, она повязала ее вокруг талии. Остин футов на двадцать опередил ее — уверенный, легкий шаг выдавал в нем опытного альпиниста.

Остину Палмеру было за пятьдесят, за плечами у него висел тяжелый рюкзак, но, несмотря на это, он двигался легко, как молодой. Вот он зашел за нагромождение камней, и Ники на мгновение потеряла его из виду. Когда девушка вслед за ним обошла это препятствие, то, к собственному удивлению, увидела, что Остин сидит на самом краю глубокой расщелины.

— Давай передохнем? — предложил он.

— К чему? — недоуменно спросила Ники.

— А почему бы и нет? Мне тут нравится, а тебе? Послушай-ка. — Остин приложил руку к уху. — Отсюда слышен рев волн в заливе. — Сняв рюкзак, он положил его рядом с собой.

— Ну хорошо, — пробормотала, пожав плечами, Ники.

Бросив усталый взгляд на чернеющую пасть расщелины, она осторожно обошла ее и села на большой валун, лежащий у края.

— Ну вот. Разве тут не замечательно?

Ники осмотрелась по сторонам. Больше чем в тысяче футов под ними виднелись зеленые кроны деревьев, окружающих «Домик у вулкана».

— Именно так — замечательно, — кивнула она.

— Окажи мне услугу. Дай мне твой ремень.

— Мой ремень? — изумилась Ники. — Зачем?

— Не задавай вопросов. Это часть сюрприза, который я готовлю тебе на день рождения. — Протянув руку, Остин ждал. — Ну давай же, — поторопил он племянницу. — И куртку тоже.

Усмехнувшись, Ники развязала рукава ветровки, повязанной у нее на талии, расстегнула ремень и передала их Остину.

— Спасибо, — поблагодарил он, уложив вещи рядом с рюкзаком. — А теперь — ботинки.

— Но ты же не сможешь натянуть мои ботинки, я сама их надела в первый раз.

— Я настаиваю, Ники. Давай сюда ботинки и носки.

Недовольно ворча, Ники подчинилась. Бросив ботинки с носками Остину, она вытянула перед собой голые ноги и с подозрением посмотрела на него.

— Ты что, купил мне новый шикарный костюм для альпинизма? — спросила она. — И он лежит у тебя в рюкзаке?

— Не скажу, пока не получу остального.

— Как это — остального?

— Всей твоей одежды. Белье не нужно, а вот шорты и рубашку отдай.