Алые нити прошлого - Голуб Елена Сергеевна - Страница 96

Медичи замешкался. Он то и дело переводил прицел с одной из девушек на другую, но никак не мог решиться выстрелить: никто не знает, что кроется за поворотом, а если он убьёт хотя бы одну — он действительно может лишиться всего, что так долго планировал заполучить для укрепления своего собственного положения в общине. Кроме того, если им вновь попадётся какая-нибудь головоломка наподобие той, что была с газом — в одиночку или без одной из сестёр им уж точно не справиться. И не выйти отсюда в принципе. Хотя Медичи не был уверен, нутром он чувствовал: выход кроется во входе, то есть в чём-то, что распознает только кровь Балтимора Кроу. Упрямствовать сейчас было бы глупо, с этим ничего не поделаешь.

Глубоко вдохнув, Медичи убрал пистолет, и мрачно взглянув на сестёр — решительно устремился прямо по коридору, на ходу бросив: «Держитесь ближе ко мне, и старайтесь ступать шаг в шаг за мной — в этом холодильнике может быть опасно».

Медичи был наслышан о том, что кладбище Дарквилля не совсем такое, как все другие — но сам никогда особенно не интересовался его историей. Считалось, что в этом месте следует находиться с большой осторожностью: ещё в раннем детстве он слышал рассказы старожилов о том, как люди, избравшие в этом месте «неверный тип поведения» — бесследно исчезали, и никто и никогда больше не слышал о них, тем более что тела так и не были найдены. В чём же заключалось это загадочное поведение, Ли выспросить так и не удосужился — по той простой причине, что сам уехал из города сразу же, как только окончил старшую школу.

Сейчас, приближаясь к непредсказуемому повороту в конце коридора, зеленоглазый полисмен не то чтобы боялся, но испытывал некое неприятное чувство, сродни тому, которое ощущает предатель — столкнувшийся нос к носу со своими бывшими единомышленниками. В его голове упорно крутилась мысль, что прежде чем спускаться в это «Убежище», следовало собрать о нём больше информации. Почему-то Медичи казалось, что он упустил из вида какую-то маленькую деталь — маленькую, но при этом очень существенную.

Когда до угла оставалось не больше десяти шагов, Ли вытащил свой пистолет и поднял его «на изготовку». Перед самым поворотом он слегка замедлил шаг, и кивнул сёстрам, чтобы те держались непосредственно за его спиной. Однако всем им и так не надо было объяснять: как по команде, девушки выстроились «в струнку» точно за спиной своего «рыцаря». Остановившись в нескольких сантиметрах от края стены, Медичи глубоко вдохнул — и резко выскочил вперёд, оставляя сестёр «под защитой» гладких каменных плит. Син невольно хмыкнула: уж больно вся эта сценка походила на стоп-кадр из старомодного полицейского сериала, однако не признать, что Медичи проявил некоторую степень ответственности — она не могла. Тот, в свою очередь, немало удивился: прямо перед ним стояла его точная копия во весь рост и смотрела на него расширенными от волнения бледно-зелёными глазами, сжимая в таких же, как у него, узких изящных руках чуть подрагивающий стальной «ствол».

Секунду спустя Медичи облегчённо выдохнул, и даже в шутку помахал своему столь же прекрасному двойнику — в нескольких метрах перед ним стояло большое прямоугольное зеркало, и именно в нём он увидел испуганное отражение самого себя. Хохотнув от дурацкого положения, в котором он оказался, Ли повернулся и сказал сёстрам, что бы те спокойно выходили из своего «укрытия».

— Зеркало? — неприкрыто удивилась Син. — Откуда здесь может быть зеркало? Я так понимаю, что это место не предназначается для частых визитов — тогда к чему весь этот «антураж»? — Черноволосая девушка вплотную приблизилась к загадочной зеркальной поверхности: та была вмонтирована непосредственно в мраморную стену, и таким образом получался эффект «зеркального тупика». Но это было абсолютно бессмысленно: несмотря на то, что зеркало отражало противоположную серую стену, и по идее, должно было с ней «сливаться» — тот, кто попадал в это пространство, неизбежно видел себя. Следовательно, версия о хитроумной пространственной «обманке» отпадала сама собой, и данный предмет интерьера предназначался для какой-то иной цели.

— Я уже ничего не понимаю, — откровенно призналась Минни. — Для чего было устанавливать тут зеркало, если никакой ловушки нет, да и идти больше некуда — вход же ведь индивидуальный? Тогда никто, кроме нас, попасть сюда не в состоянии…

— С чего ты решила, что это не может быть ловушкой? — приподняв бровь, переспросил девушку Медичи. — Наоборот, скорее всего, так и есть: зеркало, допустим, действительно стоит здесь для отвода глаз — создаёт, своего рода, эффект «внезапности». Тогда, возможно, создатель этой капсулы как раз и рассчитывает, что мы сделаем нечто, что приведёт в действие ещё один, скрытый, механизм.

Грослин внимательнее пригляделась к высокой зеркальной панели. Вслед за младшей сестрой, она также близко подошла и притронулась пальцами к поблёскивающей в ярком белом свете поверхности.

— Но ничего не происходит, — задумчиво произнесла блондинка. — Если бы здесь был «подвох» — зеркало бы выполняло роль «двери», ведущей в следующую комнату. Значит, нужно прикоснуться к ней также втроём — в книгах обычно есть определённая точка, нажав на которую — можно без труда отодвинуть мнимую преграду. Минни?

Грослин позвала среднюю сестру, которая стояла чуть в стороне, с неудовольствием наблюдая за всем происходящим. Она кожей чувствовала, что им нельзя здесь находиться, но другого выбора у неё не было: что бы там ни случилось, а помочь сёстрам было её прямым долгом. В конце концов, они вляпались во всё это втроём — втроём им из этого и выбираться.

Медичи молча посмотрел на шатенку, когда та прошла мимо него, всей своей фигурой излучая по отношению к нему чистейшее презрение. Он засунул руки в карманы и облокотился на соседнюю стену, изобразив на лице скучающее выражение. Ему оставалось лишь наблюдать, как эти маленькие женщины исполняют своё прямое историческое предназначение — открывают для него путь к неиссякаемому источнику могущества. Мечтательно улыбнувшись, Медичи представил, как счастливы и довольны будут все Члены Совета — получив из рук своего преданного ученика величайшую реликвию со времён Хрустального Черепа.

Сёстры старательно нажимали на весь периметр рамы зеркала, и даже «продавили» его середину — однако никакого видимого изменения в поведении зеркальной пластины явно не намечалось. Синайя заметила в отражении, как Медичи предаётся каким-то своим, очевидно весьма сладким, мечтам — и в тот же момент ей нестерпимо захотелось свернуть его гладко выбритую шею.

— Прекрасно, — пробурчала она себе под нос. — Он тут стоит, ни хрена не делает, даром что у него пистолет, и можно было уже давно выстрелить в это долбаное зеркало! И посмотреть — что за ним.

— А ведь это мысль! — замерев, отозвалась Грослин. — Ли, здесь нет скрытой «кнопки», зато есть пули, способные ускорить процесс… — обратилась светловолосая девушка к «замечтавшемуся» детективу.

Медичи словно очнулся ото сна, и недовольно посмотрел на девушек:

— Вы уверены, что проверили всю поверхность?

Син отвернулась от своего отражения и ехидно переспросила мужчину:

— А вы уверены в том, что Президент вручил вам абсолютно все награды, детектив? Естественно, мы осмотрели всё, хотя если бы ты помог нам — дело, может, и впрямь пошло бы быстрее.

Син сложила руки на груди и отошла от зеркала, давая понять, что больше не намерена делать ничего из того, что скажет Ли. Грослин по-прежнему смотрела на полицейского, однако тот проигнорировал её просьбу. Только Минни оставалась сидеть на корточках, ощупывая что-то в нижнем левом углу зеркальной стены.

— Мин, что ты там делаешь? — поинтересовалась Синайя. — Хватит, ничего там нет…

— Нет, там что-то есть. Точно. — Минни прижалась щекой к прохладному серебряному стеклу. — Я слышу, за зеркалом что-то шуршит…

— Ну-ка, подвинься, — Медичи присел рядом с бывшей любовницей, и тоже стал прислушиваться к происходящему по ту сторону зеркала. Мгновением позже, он подтвердил слова шатенки: