Как развеять скуку - Болдырева Ольга Михайловна - Страница 80

— Это другое. — Габриэль криво усмехнулся и поднялся на ноги. Ниточка света, что связывала его с эльфийкой не давая проваливаться во тьму, была не видна даже ему. — Ладно. Надо вернуть эту чёртову книжку. Элли, где ты? — позвал он, оборачиваясь. И тут же рядом возник улыбающийся паренёк. Оглядев всех собравшихся, он не стал ничего комментировать, а просто отошёл в сторонку. — Я сам нащупаю нити. Алир хочешь с нами? Мы вернёмся быстро, — Тёмный Князь говорил сухо, чётко, опустив взгляд в пол.

— Я с вами!

Не задумываясь, Анабель сделала шаг вперёд, но Габриэль даже не повернул голову в её сторону. Он дождался кивка Алира и на мгновение замер, будто к чему-то прислушиваясь, а потом щёлкнул пальцами.

Стало темно, будто кто-то применил заклинание ночного полога, и эльфийка почувствовала, что это её последний шанс хоть что-то понять из того, что творилось с Габриэлем — её собственное желание, чтобы понимала не она, а понимали её — было сейчас не главным. В конце концов, и не с таким живут. Поэтому она просто вцепилась в Тёмного Князя, крепко-крепко прижавшись всем телом.

Она звала меня. Я чувствовал её мягкие прикосновения. Тьма витала вокруг, касаясь полупрозрачными летящими одеждами, прижимаясь сухими губами к щеке, узкой ладонью трепала волосы. Всё такая же красивая. Её тихий вкрадчивый шёпот раздавался внутри моего сознания, и сосредоточиться на реальности становилось всё труднее и труднее. Родственники просчитали всё прекрасно — надо только чуть-чуть разозлить меня… и всё вернётся на круги своя. Тьма не угрожала, не кричала, не просила. Полные алые губы изгибала понимающая улыбка. Она знала, что я долго не выдержу и совсем скоро сдамся, но в тоже время дорожила каждой секундой, которую можно было отвоевать у феи Разлуки.

«Сын, не упрямься, прошу. Разве я когда-нибудь делала тебе больно? Вспомни ту грязную клетку, оскорбления, удары. Он отнял у меня тебя, а потом возненавидел. Я же всегда была рядом, готовая помочь. Ну же, впусти меня в своё сердце… Вспомни обиды, печали, как трудно было научиться чувствовать… тебе и сейчас трудно. Вернись и всё это исчезнет. И память, и боль, и чувства… сын…».

В один момент прорвало плотину. Столько веков я старательно укреплял её. Не только я. Габриэль согласилась пожертвовать своей самостоятельностью и свободой, Элли отрезал себя от Света, потеряв крылья… а потом раз — и всё сломалось.

Столько лет я сражался с ней, противился её зову. Сейчас понял, как устал. Надо проигрывать. Днём позже, днём раньше — только бы не причинить больше никому вреда.

А что ещё делать? На третье слиянье никогда не пойду. Пора оставить сестру в покое… Время уходить. Только вот дело завершу. Не привык бросать всё на полдороге.

Анабель стояла рядом и следила за каждым моим движением с нешуточным беспокойством. Ни следа от обиды или недавней ярости. Хоть сопли с сахаром размешивай. Я с удивлением понял, что думаю о друзьях с пренебрежением и раздражением. Чего и следовало ожидать. Только вот если вспомнить прикосновение эльфийки, сразу становится легче. Может быть, это и есть выход, сразу не замеченный мною?

Потянувшись к нитям, я быстро обнаружил след перемещения Ририэля. Очень грамотно составленный портал. Сразу чувствуется рука, точнее мысль кого-нибудь из Творцов. Значит, на месте нас, точнее меня, уже ждут. Элли, возможно, сможет как-нибудь помочь. А Алира, как смертного, перекинуть обратно, чтобы он смог рассказать о случившемся, будет куда легче и почти не потребует внимания и времени. А вот брать с собой эльфийку я не намерен.

Скоро всё закончится. Боковым зрением я увидел улыбающегося Элли, он как всегда всё воспринимает как интересную игру и добрую сказку. На лице Алира написана решимость. Пора!

С самого начала я понял, что что-то пошло не так. Только больно ударившись о мраморный изумительно красивый пол, я понял, что не так пошло всё. Рядом удивленно оглядывалась по сторонам Анабель, видимо, в последний момент уцепившаяся за меня. Элли уже поднялся на ноги и теперь с любопытством озирался. А вот приземление Алира прошло куда как хуже. Судя по его перекошенному лицу и тому, как он схватился за неестественно вывернутую ногу — перелом.

Вылечу. Но только после того, как пойму, куда я закинул нашу компанию.

Могло показаться, что мы попали в храм. Куполообразные своды были выложены цветной мозаикой — портретами странных людей. И на меня с укором взирали спокойные лица с чёрными радужками и цветными зрачками. Сквозь них просачивался яркий свет, заливающий круглую залу ровными цветами. Стены так же были выложены мозаикой, но только не портретами или картинами, а непонятными плавными линиями на светло бежевом фоне. Пол был расчерчен на правильные тёмные и светлые квадраты. В чёрном мраморе — странно, я такого ещё не видел, — были видны красные прожилки. А в светлом — синие.

— Добрый день, господа, — обернувшись на голос, я обнаружил Ририэля, который стоял возле единственного окна в этом храме — буду называть это место так. Окно кстати было большим, витражным и тоже очень красивым. Эльф, скрестив руки на груди, с интересом нас разглядывал, словно встретил первый раз в жизни. Книга Света, открытая на середине, небрежно валялась на подоконнике.

Ририэль искренне улыбнулся мне и Элли, сочувствующе покачал головой, осмотрев Алира, и удивленно вскинул бровь, переведя взгляд на Анабель.

— Ани? Не ожидал… Думал, тебя будут оберегать, как величайшее сокровище, но, видимо, Габриэль окончательно растерял не только инстинкт самосохранения, но и решил, что все остальные также обладают даром бессмертия. Как неосмотрительно, друг мой.

Анабель посмотрела в пол, я нахмурился, не понимая дружелюбного тона Ририэля, сам же эльф наоборот весело вскрикнул.

— Не может быть! Друг, ты стал слишком невнимателен. Ну, чужие тайны я не выдаю, но всё будет слишком просто.

Всегда поражался его скорости. Только моргнул, отвлекшись буквально на долю секунды, как коротко сверкнуло лезвие, и маленький кинжал остановился в сантиметре от сонной артерии эльфийки.

— Итак, я обезопасил себя от твоих выходок, Габриэль, и думаю, Элли так же не станет вмешиваться, помня, что в любом случае я успею её убить.

Анабель коротко всхлипнула, не в силах пошевелиться, и бросила в мою сторону отчаянный взгляд. Ну, уж я тут не причём. Сама полезла за мной. Хотя какие-то странные намёки Ририэль делает, словно я упустил что-то жизненно важное. Что? Люблю решать загадки, но сейчас я продолжаю ощущать присутствие Тьмы, и время играет на другой стороне.

— Хорошо, никаких выходок. Просто поговорим, — тут же согласился я. — Признаюсь, ожидал увидеть здесь не тебя, а моих милых родственничков. Но, похоже, они как не любили марать руки, так и продолжают брезговать грязной работой, сваливая её на других. В данном случае на тебя. Мне интересно узнать, как ты собираешься меня убивать и зачем разыграл этот дурацкий спектакль, когда я на протяжении скольких веков и так позволял тебе убивать меня всеми известными способами.

— Убийство убийству рознь… — философски изрёк Ририэль. Похоже, он был расположен к беседе.

Впрочем, грех его винить. Это только в не совсем умных книгах главный плохой герой начинает рассказывать свой злодейский план, не учитывая всех возможностей главного хорошего героя. И тот его убивает. Эльф прекрасно знал, что ни я, ни Элли не станем на него нападать. К тому же, если честно, мне просто хотелось его послушать. Всегда считал Ририэля если не другом, то очень хорошим знакомым. Сколько было забавных моментов с нашими экспериментами. Хоть вспомнить про тот, когда он, что-то намудрив, поменял нам с Элли пол, и как мы разъярёнными фуриями гоняли его по всем окрестным мирам. А потом таки превратили в милую чёрнокудрую девочку. Или…

Но тут Тьма обняла меня за плечи, вынуждая закрыть глаза, отрезая себе путь к воспоминаниям. «Только позови меня, сын, и тут же всё закончится. Ведь это больно, быть преданным? Позови меня — боль пройдёт…»