Младший - Карпович Ольга - Страница 14

— Высохла! — Вера подпрыгнула, стянула с протянутой в ванной веревки Алешину футболку и бросила ему. — Одевайся, скоро отец придет.

Алеша натянул мятую футболку, снял с веревки джинсы.

— Влажные еще… Может, погладить? — озабоченно спросила Вера.

— Да ладно, сойдет, — отмахнулся он. — А то и вправду Николай Иванович застанет меня в таком… непотребном виде. Боюсь, это его несколько шокирует.

Вера улыбнулась.

— Ага, вызовет тебя на дуэль за поруганную честь дочери.

— Не-а, — помотал головой Алеша. — Знаешь, что он скажет?

Алеша ссутулился, сложил руки за спиной, склонил голову набок и посмотрел на Веру поверх воображаемых очков. Девушка залилась смехом — настолько он сейчас похож был на ее отца.

— Молодой человек! — высоким голосом начал Алеша. — Вы злоупотребили гостеприимством этого дома. И я вынужден указать вам на дверь.

— Ну перестань, — Вера шутливо шлепнула его по руке. — Пойдем лучше чай пить.

Алеша прошел за ней на кухню. Девушка уже хлопотала у стола — расставляла чашки, насыпала в вазочку конфеты.

— Правда, Вер, я давно хотел спросить, — сказал Алеша, принимая у нее чашку с чаем. — Вот твой отец, он на вид такой интеллигентный, прямо профессор. А работает в котельной… Почему?

На Верино лицо набежала едва заметная тень, она отвела глаза и дернула плечом.

— Так вышло.

— Просто как-то странно, — не унимался парень. — Я сначала подумал, что он преподаватель какой-нибудь. Или даже писатель…

— Папа и вправду пишет, — кивнула Вера. — А из университета ему пришлось уйти. Неприятности были. Не станем об этом, ладно?

— Не станем, — с готовностью отозвался Алеша.

Но Вера все не успокаивалась, сумрачно смотрела в окно, на гомонящих во дворе детей. Леша, недоумевая, почему ее так расстроил разговор об отце, притянул девушку к себе на колени, поцеловал в шею под волосами. Вера обхватила его руками, коснулась губами виска.

— Знаешь, что я сегодня Леньке сказал? — улыбнулся Алеша. — Что хочу на тебе жениться! Видела бы ты его лицо. Я думал, у него глаза из орбит вылезут.

— А мы с тобой решили пожениться? — подняла брови Вера.

— Ага, — ухмыльнулся Алеша. — Ты не знала?

— Мне казалось, мое согласие тоже требуется.

— Да кто тебя спрашивать будет? Мешок на голову — и через седло! — Алеша с силой прижал ее к себе и спросил осторожно: — А ты что, не хочешь за меня замуж?

— Хочу! — Вера положила голову ему на плечо и шепнула вдруг: — Мне тебе кое-что надо сказать.

— Скажи! — отозвался Алеша.

— Нет, не сейчас, — помотала она головой. — Знаешь когда? В следующий вторник!

— Ну… — разочарованно протянул Алеша. — Только во вторник? Скажи сейчас…

— Сейчас не могу, — загадочно улыбнулась Вера.

— Тогда я прямо сейчас тебе скажу! — объявил Алеша.

Она выжидательно смотрела на него, и парень неожиданно смутился под взглядом серьезных, светло-зеленых в коричневую крапинку глаз.

— Закрой глаза! — потребовал он и, когда Вера смежила веки, быстро шепнул: — Я тебя люблю!

Марианна позвонила Лене только через четыре дня.

— Слушай, — сразу перешла к делу она. — Я узнала кое-что про Веру, помнишь, ты просил?

— Что узнала? — встрепенулся Макеев.

— Давай не по телефону. Заезжай за мной вечером, после работы, я расскажу, — предложила Марианна.

— Договорились, — согласился Леня.

Вечером, отправляясь на встречу с Марианной, он гадал, что такое особенное от нее услышит. Какую-то информацию она раскопала, и, по-видимому, нехорошую. Эх, вот бы девка оказалась с судимостью. Слишком молодая, конечно, но мало ли, вдруг в детской колонии срок отбывала? Если правильно это преподнести, может, и удастся отвадить от нее Алешку.

Леонид шел по бульвару. Позади, у кинотеатра «Россия», толпились москвичи, ожидая начала вечернего сеанса. Справа, на другой стороне улицы, тянулась длинная очередь молодежи, мечтающей пробиться в модное кафе «Лира». Под ногами шуршали первые пожелтевшие листья. Среди старых столетних лип клубились осенние сумерки. На скамейках, укрытые в тени, жались друг к другу парочки. Слышался тихий шепот, приглушенный смех. Леонид шагал вперед, стараясь не глядеть по сторонам. Кто его знает, может быть, где-то тут, в полутьме, прячется и его полоумный братец со своей зазнобой. Обжимаются и воркуют, как голубки. Одна пара примостилась прямо на газоне, под деревьями. На мгновение в неясном сумеречном свете Макееву показалось, что он различает тонкую гибкую фигуру и белокурые волосы брата, слышит звонкий голос Веры. Он представил себе, как Алексей дотрагивается пальцами до ее щеки, смотрит безумными влюбленными глазами, тянется к ней губами. Леонид со злостью сплюнул под ноги. Теперь, подойдя ближе, он разглядел сидевших под деревом и удостоверился, что это не Алеша с Верой. Но легче не стало. Не здесь, значит, сидят где-то еще, смеются, целуются.

Он и сам не понимал, почему сама мысль об этом казалась ему так противна. Почему в Вере, светловолосой юной девчонке, которую он почти не знал, воплотилось для него мировое зло. Ясным было лишь твердое убеждение, что брат в беде, его нужно спасать. И Леонид предпочитал доверять своим ощущениям, а не копаться в оттенках собственных чувств.

Марианна встретила его у выхода из отделения милиции, просунула руку под локоть, быстро поцеловала.

— Ну? Что ты узнала? — поторопил ее Леонид.

— Да про саму Веру, в общем-то, ничего, — объяснила Марианна. — Да и что про нее можно было раскопать? Восемнадцатилетняя девчонка, школу в прошлом году закончила. А вот отец, Калинин Николай Иванович…

— Что — отец?

Леня был несколько разочарован. Вряд ли информация об отце девушки сможет как-то поколебать Алешино решение, даже если его будущий тесть окажется самим Джеком Потрошителем. Но чем черт не шутит? Надо использовать каждую возможность…

— Он на Западе печатался, понимаешь?

— Нет, — потряс головой Леня. — Где печатался? Что печатал?

— Да пишет он, — пояснила Марианна. — Рассказы там всякие или повести, не знаю… В Союзе его не издавали, ну и он в самиздате участвовал, что-то там сам на машинке перепечатывал и распространял среди своих. Вот… Потом с кем-то из друзей-эмигрантов передал свою писанину в Америку. И там прославился, а здесь стало известно. Представляешь, какой шмон был? Его и из института, где преподавал, поперли, и в КГБ таскали. Сейчас притихло вроде. Понимаешь, что это значит?

— Что? — переспросил Леня.

— А то, что, если Алешка с Верой поженятся, с таким тестем ему заграницы не видать как своих ушей. Так что можешь забыть и про чемпионат мира, и про Олимпиаду. Будет наш Лешечка всю жизнь на скамейке запасных, — развела руками Марианна.

Леонид выругался вполголоса. Такого он не ожидал. Эта история никак не поможет, только усложнит все дело.

— Он не женится на ней, — качая головой, без уверенности в голосе выговорил Макеев. — Должен же Лешка понимать, что никакая баба не стоит его карьеры…

— Должен? — хитро прищурилась Марианна. — А может, у него другое мнение? И помешать ты ему ничем не сможешь, он ведь совершеннолетний.

Леонид бросил на нее быстрый взгляд. Женщина, казалось, получала удовольствие от сложившейся ситуации, откровенно забавлялась и веселилась, видя его растерянность.

— Нужно помешать! — с убеждением сказал Леонид. — Сломает себе жизнь, потом жалеть будет, а ничего уже не вернешь. Нельзя этого допустить!

— Ну а как его переубедишь? — допытывалась Марианна. — Что ты сделаешь? Дома запрешь, привяжешь к батарее? Или паспорт выкрадешь? Он тебя и не спросит, пойдет завтра же с ней распишется!

— Отвлечь его нужно! — сообразил Макеев. — Эта Вера первая ему под руку подвернулась, у него до нее и не было никого. Поэтому мальчишка так и зациклился. Познакомить его с какой-нибудь телкой, чтоб симпатичная и не ломалась, он и остынет. Как думаешь?