Обладать и принадлежать - Литвинова Рената - Страница 88

Лара: Я ничего не понимаю в подтверждающих звонках, это там у вас на работе, наверно, распространено!!! Ты не перезванивал и не перезванивал, я ждала, ждала, я не могла больше ждать. Мне было легче ехать к тебе.

Георгий выругивается про себя. Кулаки у него сжимаются.

Идут некоторое время молча.

Лара: Тебе нужна послушная женщина.

Георгий: Что?

Лара: Чтобы звонила. Делала предупреждающий звонок. Тогда ты будешь довольный. Да?

Георгий: Что у тебя с рукой?

Лара: Так больно было внутри, а как только поранила руку, стало легче. Боль перенеслась из сердца в руку.

Георгий: Ты серьезно это говоришь?!!

Лара: Что ты, я шучу-шучу, но мне кажется, я второго такого раза не выдержу. Я думала, что ты… как это говорится, бросил меня.

Георгий: Если бы это была не ты…

Лара: То что?

Он идет сбоку и как-то по-новому вглядывается в нее.

Лара: Что ты так смотришь?

Георгий: Никогда не видел тебя в форме. Стюардесса!

Лара: Не люблю этого слова. Бортпроводница.

Георгий: А что там ваш Коля, тоже бортпроводник?

Лара: Он таки лег в больницу, только у него нос не приживается, он так долго гулял без него, прямо как у Гоголя, только это наш Николаша.

Георгий: Какая нежность в голосе, значит, его с вами не было?

Лара: Да, он хороший человек. Жалостливый. Я так это ценю во всех, кто соприкасается со мной. Я всегда подам руку, от кого отвернулись.

Георгий: А я– нет, многим не подам, и не нужно… Какой у тебя орел на груди.

Лара: Это не орел. Это птичка.

Он резко остановился.

Георгий: Мы не поздоровались, здравствуй…

Лара (улыбается): Здравствуйте…

Георгий: Как ты жила без меня?

Лара: Без тебя со мной случается все плохое.

Георгий: Я тебе не верю. Боже, как я сильно тебе не верю…

Лара: Я тебе абсолютна не нужна. Что тут спорить, конечно, я повержена. Сейчас я слабее. Просто слабая, против тебя – никакой силы, никакой защиты, ведь я люблю тебя. Я перед тобой на коленях стою. Мне больно мучиться. Успокой меня, Георгий!

Георгий: Что ты скачешь с рейса на рейс? Тебе денег не хватает?

Лара (поспешно): Хватает-хватает.

Георгий: Поцелуй меня.

Лара: Не хочу. Тебе нужна, наверно, тихая домашняя женщина, чтобы никуда не уезжала. Я вся в недочетах.

Георгий: К чему это ты? У тебя там что-то было?

Лара: Я так и знала, что ты спросишь, будешь нападать.

Георгий: Так что же? Что-то было без меня?

Лара: Ничего. Поцеловала одного летчика.

Георгий (Безразлично и деланно холодно): Ну и что дальше?

Лара: Что?

Георгий: Было?

Лара (подумав несколько секунд): Было. Ты же всегда относился к этому так легко!..

Он молчит.

Лара: Вот видишь, я тебе не нужна. Я тебе не подхожу. Тебе нужна другая женщина.

Георгий: Ты так хочешь?

Лара: Я… все жду, вдруг ты мне возразишь? А ты не возражаешь. Ты со мной согласен.

У него звонит телефон. Он останавливается поговорить. Она обгоняет его, но останавливается невдалеке – ждет его. Только он поговорил, ему опять позвонили. Она садится на лавочку, ждет его. Когда он подходит, она говорит:

Лара: Раньше, когда мы встречались, он не звонил.

Георгий: Я его отключал.

Лара: А сейчас?

Георгий: У меня много работы.

Опять идут молча.

Лара: Ты совсем отвык от меня, Георгий-чик. Тебе не о чем со мной говорить.

Георгий: А что бы ты хотела… здесь?

Лара: О чем ты сейчас думаешь?

Георгий: О работе. Ну что, давай я тебя провожу.

Лара: Куда?

Георгий: Куда ты скажешь, наверно… тебе домой?

Лара: Нет, не надо, меня подвезут. (Голос ее дрожит.)

Георгий: Почему же, я провожу тебя, все-таки в последний раз!

Она даже на секунду останавливается, как от боли, но ничего не говорит в ответ. Кажется, она пытается сдержаться, чтобы не заплакать.

Идут молча к его машине.

Георгий: Может, ты не хочешь ехать со мной?

Лара: Единственное мое желание – это ноль желаний, совсем не хочется идти и жить дальше, Георгий.

Георгий: Мне хочется только закончить все это поскорее, только закончить.

Они едут в машине. Диктор читает сводку погоды. Л ара: Сделай погромче. (Через несколько мгновений.) Выключи совсем.

Машина стоит на обочине – он обнимает ее.

Лара: Неужели ты поверил?

Георгий: В меня вдруг ударила такая тоска, как несколько пуль. Я ехал и боялся тебя.

Лара: Наоборот, ты самоуверенный со мной, я так не умею. Совсем не жалеешь. Ты мой любимый и убиваешь меня.

Георгий: Просто никогда не обманывай меня.

Лара: Я перед встречами с тобой буду принимать снотворное, чтобы не реагировать… не реагировать, я буду во всем согласная с тобой, можешь тогда говорить мне что угодно. (Она посмотрела на часы?}

Георгий: Ты торопишься?

Лара: Представляешь, я не хотела тебе говорить…

Георгий: Что такое?

Лара: Мне через три часа опять улетать.

Стоят под лестницей в аэропорту, целуются. Георгий: Подожду. Посмотрю, как ты будешь взлетать. Лара: Не надо, нескоро еще, прошу, поезжай спать, тебе надо выспаться.

Георгий: Давай я тебя доведу из рук в руки.

Лара: Что ты такой вдруг грустный?

Георгий: Мне что-то приснилась мама…

Лара: Тебе же не снятся сны?

Георгий: Да, меня очень удивило.

Лара: Расскажи!

Георгий: Я сплю там в одном доме в командировке, вдруг часам к трем ночи слышу скрип. Дверь так медленно открывается, рывками. Она заходит, со вздохами, как при жизни, останавливается невдалеке от кровати и смотрит.

Лара: И что?

Георгий: Слушай, на меня это так не похоже, чтобы я сны рассказывал.

Лара: Ты что, такой важный сон!

Георгий: Ты действительно так считаешь? Мне это не нравится.

Лара: Что же она сказала тебе?

Георгий: Она так жалобно сказала: «Можно с тобой поговорить?».

Лара: А ты?

Георгий: Я?.. Сказал, что очень устал, только не сегодня, и она ушла.

Лара: А почему ты так сказал?

Георгий: Я ей еще сказал: «Как ты нашла меня?» – ведь это была окраина района, стреляли… Я ей сказал: «Ведь ты же никогда здесь не была?»

Лара: А она? Каким голосом тебе отвечала?

Георгий: Да, голос у нее был не старый, как в жизни, а очень молодой, как у ребенка.

Лара: Да, конечно, у душ не стареют голоса, они все разговаривают молодыми голосами.

Георгий: Откуда ты знаешь?

Лара: Мне так кажется. Зря ты с ней не поговорил.

Георгий: Вот у меня что с тобой началось, это все ты так действуешь, я думаю.

Лара: Я тебя страгиваю с твоей спокойной точки. Страгиваю. Тебе это не нравится?

Георгий: Я же фаталист. Лара: Ты фаталист?

Георгий: Все же не случайно. Только для чего, я не понимаю.

Поднимаются по лестнице. Опять останавливаются в каком-то закутке.

Лара: Мне пора.

Георгий: Когда ты возвращаешься?

Лара: Уже завтра, тьфу-тьфу-тьфу.

Георгий: Тогда поедем в гости.

Лара: Я так хорошо отношусь к тебе. Вот если бы я относилась хуже, я могла бы просто так, не говорить эти мучительные слова. Я сегодня прозрела, что ты никогда не будешь ко мне относиться так, как я хочу, – я буду всегда случайной. А когда ты уезжаешь, я всегда думаю, что там – опасно.

Георгий: Что ты…

Лара: Скажи мне, зачем я нужна тебе, тебе же никто не нужен?

Георгий: Ну, что ты, что ты, не знаю, как тебе отвечать, какие слова…

Лара: Я, наверно, сегодня все равно буду плакать. Такие есть дни – все время глаза плачут… Ужасно я несдержанная сегодня.