Эпикур - Шакир-заде Аддин Садриддинович - Страница 19

Но Демокрит непоследователен в своей теории познания, и эта непоследовательность прежде всего проявляется в его учении о двух родах познания. Познание, основанное на данных чувственных восприятий, на ощущениях, он считает незаконным, «темным», непригодным для постижения истины, а познание, осуществляемое посредством разума, теоретического мышления, — единственно законным, истинным, «светлым», способным дать достоверные знания о внешнем мире (см. 86, 236–238, 242–243). В разделении единого познавательного процесса на два вида познания, в отрыве и противопоставлении их, в недопонимании значения ощущений для постижения истины корень всех гносеологических ошибок Демокрита.

Эпикур в канонике преодолевает противоречия, пронизывающие теорию познания Демокрита, отвергает допущенный его предшественником разрыв между ощущениями и разумом, восстанавливает их единство в процессе постижения истины. Признав, что все наши мысли зависят от ощущений и проистекают из последних, он замечает: «…причем (в образовании мыслей) оказывает содействие и рассудок» (25, X, 32). Таково его мнение об ощущениях и разуме, их связи и взаимодействии, о путях достижения объективной истины.

Итак, Эпикур — последовательный материалист-сенсуалист, не пренебрегающий в то же время значением разума в процессе познания, а Демокрит — материалист, колеблющийся между сенсуализмом и рационализмом, пытающийся соединить чувственный и рациональный моменты процесса познания, но фактически резко разграничивающий эти моменты и противопоставляющий их друг другу.

Признание раздельных, хотя и не абсолютно оторванных, истинного и «темного» родов познания, существования «по истине» и «в общем мнении» привело Демокрита к разделению качеств вещей на первичные и вторичные. При этом он противопоставлял их друг другу, считая первые объективными, а вторые субъективными, видя источник первых в объективном материальном мире, а источник вторых — в состоянии органов чувств людей. Проф. А. О. Маковельский правильно отмечает (см. 86, 114–115), что Демокрит впервые разграничил понятия субъективного и объективного, объявив объективно существующими только атомы и пустоту, а все остальное признав субъективным, продуктом человеческого мнения.

Прямо противоположной точки зрения придерживался Эпикур. В его канонике нет непроходимой грани между миром атомов, недоступным органам чувств индивида, и изменчивой природой, или миром явлений. Мир атомов и мир явлений в системе Эпикура органически дополняют друг друга, являясь двумя различными сторонами бесконечной материальной Вселенной. Эпикур считал, что, хотя атомы непосредственно не доступны органам чувств, познание сложных вещей со всеми их чувственно воспринимаемыми качествами есть в то же время познание составляющих их атомов.

По Эпикуру, все познаваемые нами качества объективны и вытекают из подлинной природы вещей. Он признает наличие двух видов качеств: постоянных (форма, величина, вес) и непостоянных, или изменчивых. И те и другие, однако, по его мнению, существуют объективно.

Убеждение в объективности постоянных качеств вещей, их принадлежности материальным телам, а также взаимной связи между ними и телами, которым они присущи, выражено в следующих словах Эпикура: «…все эти свойства (речь идет о постоянных качествах вещей. — А. Ш.) должно мыслить имеющими свои своеобразные способы изучения и отдельного (от тел) рассмотрения, но (при этом должно помнить), что целое (всегда) неразрывно связано с ними и никоим образом нельзя их от него отделить; в целостной концепции они являются ближайшими определениями тела» (25, X, 69).

Что касается непостоянных качеств вещей, то, по Эпикуру, они непостоянны и изменчивы потому, что проявляются в телах случайно, не составляя их характерной особенности (см. 13, 70). Однако и эти качества присущи, хотя и непостоянно, самим материальным телам.

Эпикур и Демокрит расходились и по вопросу о том, каким образом происходит восприятие предметов материальной действительности. Оба признавали истечение от поверхности тел мельчайших материальных частиц — образов, которые, проникая в органы чувств субъекта, воздействуют на него и порождают ощущения. Оба соглашались с тем, что чувственное познание есть телесный процесс, т. е. восприятие вещей возможно только при воздействии последних на человека, только посредством проникновения в органы чувств материальных частиц познаваемого тела.

Но Эпикур и Демокрит по-разному объясняли процесс притока образов вещей к органам чувств. По учению Демокрита, истечения от поверхности предметов, полностью сохраняющие их внешний вид, не могут быть непосредственно восприняты субъектом. Образы вещей (см. 86, 111–112) сначала отражаются и запечатлеваются в воздухе, а затем через его посредство достигают органов чувств и воспринимаются. В частности, Демокрит объяснял подобным образом зрительные ощущения.

В вопросе о возникновении зрительных ощущений Эпикур выступает против мнения целого ряда философов прошлого, да и своих современников. В частности, он отвергает мнение Эмпедокла, Пифагора и пифагорейцев, допускавших встречные истечения от глаз по направлению к истечениям вещей, и не соглашается с Демокритом и со стоиками, принимавшими посредничество воздуха при восприятии предметов.

Невозможность участия воздуха или же истечений от глаз по направлению к предмету в процессе восприятия образов вещей он объясняет (см. 13, 49–50) тем, что беспрерывный поток отделяющихся от поверхности тел истечений сам создает впечатление о познаваемом предмете и не нуждается в помощи каких-либо других факторов. Конечно, Эпикур вовсе не склонялся к полному отрицанию роли зрительных органов и среды в видении и познании предметов внешнего мира. Точка зрения Эпикура сводится лишь к опровержению мнения Демокрита и других философов, игнорирующих решающее значение телесных частиц — образов материальных тел — в создании зрительных и других ощущений.

Таковы основные вопросы атомистической теории познания, по которым расходились между собой Эпикур и Демокрит. Отклонения Эпикура от теории познания своего предшественника не были случайными: он критически преодолел недостатки каноники Демокрита и создал единое, цельное по тому времени материалистическое учение о познании предметов и явлений объективного мира.

3. ВЗАИМООТНОШЕНИЕ ЭПИКУРА И ДЕМОКРИТА В ВОПРОСАХ ЭТИКИ

Эпикур и в своем этическом учении продолжает и развивает линию Демокрита. Но он не просто повторяет и отстаивает выдвинутые Демокритом этические положения. Как в физике и канонике, так и в этике Эпикур лишь в основном, в главнейших положениях своей системы, следует Демокриту. Этика Эпикура не тождественна этике Демокрита и существенно отличается от нее своим содержанием.

Эпикура и его великого предшественника объединяет прежде всего то, что оба они рассматривают этику в качестве составной части своей философии. И у того и у другого этика служит целям практической жизни, и собственно, в этом они видят назначение всей своей философской системы. Центральной идеей этических положений Демокрита и Эпикура является тесная связь с реальной действительностью, с земной жизнью, для них характерна практическая направленность на удовлетворение духовных потребностей людей в посюстороннем, реальном мире. Эта общность этических воззрений Демокрита и Эпикура обусловлена единой материалистической основой всей их философии.

Совпадение точек зрения Демокрита и Эпикура относительно значения этики в жизни людей не предрешает, однако, вопроса о том, какое именно внимание уделял каждый из них постановке и решению этических проблем в рамках своей философской системы. У Демокрита, жившего и творившего в иную, чем Эпикур, историческую эпоху — в эпоху внутреннего расцвета Греции и восходящего развития рабовладельческого строя, вопросам этики уделено гораздо меньше внимания. В строгом смысле слова у него еще нет определенной, оформившейся этической системы. Его отдельным мыслям, изречениям, моральным сентенциям недостает научной обоснованности и связанности, они носят спорадический характер. В этическом учении Эпикура преодолен этот недостаток и продолжен, развит основной принцип, лейтмотив всей практической философии Демокрита.