Замки в тумане - Литтон Джози - Страница 45

Улик было собрано немало. Свидетели один за другим заявляли, что видели обвиняемых возле повозки – как впоследствии выяснилось, краденой. Причастность подсудимых к покупке пороха тоже была установлена. Особенно убедительно звучали показания свидетелей, которые без колебаний опознали в четверых преступниках покупателей пороха и остальных материалов.

Следствие еще только заканчивалось, а Брайанна уже испытала глубокое потрясение. Собранные вместе, улики не оставляли ни малейшей надежды на оправдательный приговор.

– Не понимаю... – тихо произнесла она, обращаясь к Полонусу. – «Гелиос» – мирная организация. Кому в ней понадобилось прибегать к насилию?

– Когда эти люди вступали в наши ряды, они тоже отвергали насилие. Но поняли, что мирным путем ничего не добьются, и взялись за дело.

– Нам всем надоело ждать, Полонус. Все мы требовали перемен, но это преступников не оправдывает. Господи, по вине этой четверки погибли люди!

– Не будь ванакс непреклонным, никто бы не погиб. В этих смертях он виноват не меньше остальных.

Брайанна воззрилась на брата не веря своим ушам:

– Ты правда так думаешь?

– Но это же ясно как день, неужели ты не видишь? Если бы Атрей согласился исполнить требования «Гелиоса», никому не понадобилось бы идти на крайние меры.

– В том числе и убийство? Значит, они не могли дождаться? И хотели получить все – и сразу? А если не смогли и совершили преступление, они должны быть оправданы?

– Конечно, нет. Этого я не говорил. Убийство наказуемо, даже если погибли только преданные сторонники Атрея.

Что это? Может, туча закрыла солнце? Брайанне вдруг стало холодно.

– Полонус, а как же убийство самого Атрея? Ты понимаешь, что это ошибка?

– Я понимаю только одно – он противник реформ Акоры.

Прошло несколько долгих минут, прежде чем Брайанна осознала весь чудовищный смысл слов брата. Атрей должен умереть. Его смерти с нетерпением ждут.

В том числе и Полонус. Ее брат.

Словно сквозь туман она слышала, как Атрей сказал что-то об уликах и о том, что суд возобновится на следующее утро. Обвиняемых увели, толпа начала рассеиваться. Полонус встал и ждал, когда Брайанна последует его примеру, но уйти с ним она просто не могла.

– Я задержусь.

– Напрасно, Бри. Если ты останешься, значит, ты с ними. Идем со мной. Сегодня будет собрание.

– Собрание «Гелиоса»?

– Да, и ты должна там быть.

Брайанна вдруг опять увидела его прежним – ласковым юношей, заменившим ей родного брата. При мысли о насилии он содрогался. А теперь преспокойно рассуждал об убийствах.

С «Гелиосом» ее связывали прочные узы, которые все еще были целы. Но сейчас ей настоятельно требовалось побыть одной, наедине со своими мыслями.

– Иди один, – велела она, каким-то чудом сумев улыбнуться.

Дождавшись, когда почти вся толпа разошлась, она направилась в свою комнату во дворце. Каждый шаг давался ей с трудом. Предыдущей ночью она почти не спала – сначала веселилась, потом предавалась страсти. Затуманенные мысли были явным признаком усталости.

Наконец она добралась до своей комнаты, последним усилием сбросила сандалии и рухнула в постель, не удосужившись раздеться или забраться под простыню. Через мгновение она уже крепко спала.

Атрей вошел в комнату, освещенную луной. Он ждал, сколько мог, убеждая себя, что напрасно все это задумал. Нерешительность была ему в новинку, Атрей ощущал неприязнь к ней. Осторожно приоткрыв дверь, он заглянул в комнату и лишь потом шагнул через порог.

Как он и ожидал, Брайанна спала. Пока длился суд, он с трудом сдерживался, чтобы не броситься к ней. Ее присутствие удивило его и вселило надежду. А очевидное изнеможение Брайанны и грусть в ее глазах переполнили Атрея раскаянием.

Он причинил ей вред. Он, государь Акоры, хранитель законов и традиций, обидел женщину. Хуже – любимую женщину.

И что теперь? Заверить ее, что все было не так, или ничего не говорить? Воздержаться от всяких попыток снова завоевать ее доверие? Каждое приходящее в голову решение было лучше уже состоявшегося разговора.

А как она смотрела на него...

«Ты избранный – в этом я больше не сомневаюсь. Но человек ты или нет – неизвестно».

Она даже не представляла, насколько права.

Работая с камнем, глиной и металлом, Атрей пытался всеми силами сохранить человеческие качества, которые начинал утрачивать после обряда, отделившего его от остальных людей. Но таким, как прежде, он стал лишь в объятиях женщины, которая сейчас спала, не подозревая, что он рядом.

Атрей встал на колени у кровати, вглядываясь в ее лицо. Во сне ее губы приоткрылись, она дышала ровно и глубоко. Атрей изнывал от желания схватить ее в объятия, утешить и приласкать. Но сюда он явился без приглашения и не имел права заходить так далеко.

Однако желание дотронуться до Брайанны оказалось непреодолимым. Он протянул руку и бережно отвел со щеки выбившуюся прядь.

Она не шевельнулась. И даже если не спала, то ничем не выдала себя.

«Вот и хорошо», – сказал себе Атрей и помедлил, прежде чем встать. Беззвучно он вышел из спальни, но сначала укрыл Брайанну простыней и убедился, что ставни на окнах заперты.

Ночь обещала быть неожиданно прохладной, с вечера поднялся ветер.

Атрей брел по коридору, придавленный усталостью и скорбью, и за ближайшим углом наткнулся на сестру.

– А я как раз искала тебя, – объявила Кассандра. Она ласково взяла его за руку и поцеловала в щеку. – Выглядишь ты ужасно.

Атрей невольно улыбнулся:

– Спасибо за откровенность. Пара часов сна – и все пройдет.

Кассандра с нескрываемым сомнением покачала головой:

– Думаешь? Я бы не стала ручаться. А как Брайанна?

– Спит. – Он двинулся дальше по коридору. Кассандра не отставала. – А где Ройс? Как это он отпустил тебя разгуливать по дворцу одну?

Кассандра усмехнулась, взглянув на свой отяжелевший живот:

– Он смотрит на меня такими глазами, будто боится, что я вот-вот лопну. Я безумно люблю его, но порой этот человек сводит меня с ума.

– Ты же знаешь: ради тебя он готов на все. Взгляд Кассандры смягчился.

– Знаю. Мне повезло как никому... Но я сбежала – хотела разыскать тебя. Сегодня был трудный день, а завтрашний будет еще труднее.

– Завтра состоится открытый суд над Дейлосом. Присутствовать могут все.

Человек, который едва не прикончил Атрея и совершил множество других преступлений, наконец-то будет предан суду. Это трудно, но необходимо для блага Акоры. Только суровый, но справедливый суд успокоит взволнованный народ.

– Завтра ты вспомнишь все до мелочей, переживешь все заново, – негромко продолжала Кассандра. – Мы будем рядом и постараемся поддержать тебя, но главную ношу тебе придется нести одному.

– Я уже привык.

Она вздохнула, но спорить не стала. В семье хорошо понимали, как одиноко порой бывает ванаксу.

– А я... то есть мы надеялись, что все уже позади... Атрей резко остановился и повернулся к ней. Его вдруг осенило, догадка вызвала острую тревогу.

– Тебя прислала мама?

– Нет-нет, – со смехом заверила его Кассандра. – Она так занята Амелией и мыслями о будущем внуке, что тебе нечего опасаться.

Атрей и не опасался. Он нежно любил мать, но Федра уже много лет уговаривала его жениться – тем настойчивее, чем больше ее родных и детей вступало в брак. Если бы она только знала, что он уже сделал предложение Брайанне...

И что Брайанна ответила категорическим отказом.

– Спасибо тебе за заботу, – произнес он.

– Можешь на меня рассчитывать. – Кассандра вдруг остановилась и положила ладонь на живот.

– Что с тобой? – встревожился Атрей.

– Ничего. Просто с тех пор, как мы прибыли в Акору, малыш что-то развоевался. Толкается днем и ночью.

Успокоившись, Атрей продолжал:

– Давно хотел спросить... почему ты решила рожать здесь?

– Сама не знаю. Я думала, он родится в Хоукфорте. Кстати, это именно мальчик, я точно знаю. Хоукфорт – его будущий дом, его наследство, значит, он должен родиться там. Но месяц назад я вдруг поняла, что малыш появится на свет в Акоре.