Замки в тумане - Литтон Джози - Страница 39

Атрей встал, увлекая ее за собой, провел ладонями по ее плечам. Эти сильные и ловкие ладони были покрыты шрамами от оружия стеки, они же умели создавать красоту из камня и глины.

А еще им удалось в мгновение ока развязать тесемки ее туники. Брайанна ахнула, почувствовав, что туника соскользнула с плеч и задержалась на талии. Негромкий возглас удивления потонул в пылких поцелуях Атрея, которые уже не обольщали, а говорили о том, что страсть вот-вот одержит над ним верх.

Его рука сжалась на талии Брайанны, удерживая ее на месте. Губы пылали, скользили по ее шее, по упругой груди, ловили и втягивали то один, то другой сосок. Она вскрикнула и вцепилась в его плечи.

– Атрей, умоляю!

Он наклонился, провел языком по ложбинке между ее грудями, взялся за подол туники и сбросил ее к ногам. Под туникой обнаружился только крошечный треугольник ткани, почти не прикрывающий укромное местечко.

Для Атрея этот лоскуток не стал препятствием. Он просунул ладонь под тонкую тесемку, но спустить ее с бедер сумел не сразу – в первый раз она соскочила, сердито щелкнув. С гортанным возгласом Атрей обнял Брайанну и крепко прижал ее к себе.

Мир исчез, растворился. Удерживаясь на ногах только благодаря Атрею, Брайанна наслаждалась сладкой мукой прикосновений его проворного языка к мягким, чуть припухшим складкам плоти, где он легко нашел самую чувствительную точку и чуть не свел Брайанну с ума.

Он довел ее до грани экстаза и без предупреждения перешагнул эту грань. Очнувшись, Брайанна обнаружила, что это было лишь начало.

– Я так долго ждал... – хрипло выговорил он, укладывая ее на койку и сбрасывая килт. Быстро накрыв ее своим телом, он улегся между ее ног, побуждая приподнять их. Брайанна обвила ногами его талию. Не давая ей опомниться, он вошел в нее.

Поначалу она была потрясена – слишком уж огромным он ей показался, – но тело охотно приняло его. Сквозь дымку наслаждения она наблюдала, как завладевает им страсть. Перед тем как выплеснуться, он запрокинул голову, напрягая жилы на сильной шее, и выкрикнул ее имя.

Брайанна не знала, сколько времени прошло. Они лежали сплетенные, усиливающийся ветер овевал разгоряченные тела. Брайанну охватило глубокое, всепроникающее удовлетворение. Она провела ладонью по густым волосам Атрея и привлекла его к себе.

Он уткнулся ей в грудь и улыбнулся. Потом поднял голову и посмотрел ей в глаза.

– Вот теперь я чувствую себя как дома.

Он встал, запечатлел быстрый поцелуй на ее животе повыше влажных рыжих кудряшек, отошел в дальний угол. И вскоре вернулся с двумя кубками.

– Кажется, вина мне уже достаточно, – слабо выговорила она, любуясь им и не задумываясь, что говорит.

– Это апельсиновый сок, а в нем капелька меда. Брайанна жадно выпила сок, поглядывая на Атрея.

Найдется ли на его великолепном теле хоть один изъян? Понимает ли Атрей, насколько он притягателен для нее? Она поставила кубок на пол возле койки и приподнялась на локте.

– А твои статуи здесь есть? Он удивленно поднял брови:

– Мои? Я еще не умер.

– Что это значит?

Он допил сок и присел рядом.

– Ты бывала в пещерах под дворцом?

– Только слышала о них.

– Сходим туда вместе, в ближайшее время. Мне не терпится многое показать тебе^. – Он провел пальцем по ее плечу и изгибу груди до набухшего соска. Брайанна невольно вздрогнула. – Но не сейчас, – заключил он и посадил ее на колени лицом к себе. Поза оказалась удивительно удобной: его восставшее достоинство касалось чувствительных складок между ее ног. – Может, ты больше не хочешь? – прошептал он.

Она покачала головой: ей казалось, она никогда не пресытится им. Жажда была слишком сильна и угрожала стать неуправляемой. Он медленно опустил ее, она боялась пошевелиться, чтобы не упустить его. В душе Брайанны всколыхнулась сладкая и острая досада. Этого мало... слишком мало.

Сильные внутренние мышцы ее лона стиснули его, втягивая глубже. Он ахнул, и на мгновение ей показалось, что он не выдержит. Но Атрей и не думал сдаваться без борьбы.

От неожиданности Брайанна негромко вскрикнула, когда он вдруг встал и, соединенный с ней, сделал несколько шагов по комнате. Что-то гладкое, твердое и холодное коснулось ее спины. Брайанна подняла голову и увидела над собой едва намеченную на каменной глыбе статую. Атрей шевельнулся, и ветер задул сильнее, наполнил комнату.

Брайанна уже не слышала ничего, кроме своего лихорадочного дыхания, грохота сердца и завываний безжалостного, дикого ветра.

– Не-е-ет! – выкрикнула она, содрогаясь всем телом.

Атрей услышал ее и замер, но лишь на мгновение. Ее наслаждение придавало ему сил, побуждало вновь и вновь дарить ей радость.

Когда он опомнился, они лежали на полу перед статуей. Брайанна свернулась клубочком, подтянув колени почти к подбородку. Закрыв глаза, она дрожала.

Атрей вполголоса выругался, подхватил ее на руки и прижал к себе.

– Брайанна, милая, что случилось? Если я чем-нибудь обидел тебя...

Она открыла глаза и непонимающе посмотрела на него. Атрей торопливо поднялся, сорвал с койки одеяло и закутал в него Брайанну. Он сел, держа ее на коленях, нежно провел ладонью по ее щеке и произнес:

– Брайанна, объясни, что случилось.

Гроза, которая надвигалась все утро, наконец разразилась. Атрей мимоходом отмечал, как хлещет в окна мастерской ливень, как усиливается ветер.

На минутку оставив Брайанну, он захлопнул деревянные ставни на окнах, преодолевая порывы ветра. При этом он успел заметить, что в гавани поднялись волны с белыми гребнями, а по дороге от дворца вихрь гонит мусор.

На Акору нередко налетали с запада шквалистые ветры с грозами, проносящиеся над Атлантикой. Но эта буря нагрянула с востока и потому была гораздо опаснее; она напоминала гигантское, неумолимо вращающееся колесо, сметающее все на своем пути. Хорошо еще, такие бури не начинались внезапно. Все, но не сегодняшняя. Почти весь флот Акоры был в море. Теперь командам придется либо спешно возвращаться в гавань, либо бороться с яростью стихий вдали от земли.

Брайанна тихо застонала. Атрей снова взял ее на руки. Закутанная в одеяло, она прильнула к нему и, кажется, что-то вспоминала под шум ветра, лишь слегка приглушенный ставнями. Вскоре ее взгляд стал осмысленным.

– Атрей... – слабым голосом выговорила она. – Это я виновата... Господи, я так сожалею!

Сожалеет? Но о чем, во имя всего сущего, она может сожалеть? Осторожно, стараясь не напугать ее, Атрей приложил ладонь к ее щеке.

– Брайанна, посмотри на меня. И послушай. Ты не сделала ничего дурного. И я тоже. Просто не смог сдержаться.

Некоторое время она недоуменно смотрела на него, потом покачала головой.

– Ты не понимаешь. – Она перевела взгляд на оконные ставни. – То, что там... это моя вина.

Ему пришлось мысленно повторить ее слова, прежде чем он понял их смысл. И растерялся.

– Буря – твоя вина?

Ветер. Она же боится ветра. Он видел это в Хоукфорте, пытался поговорить с ней, но она уклонилась. Но теперь разговор состоится. Она откроется ему, а он постарается успокоить ее.

– Ты не поверишь мне. – Эти слова она произнесла печально, словно вспомнив давние обиды.

– Дай мне шанс. – Поудобнее устроив Брайанну на коленях, он прислонил к своему плечу ее голову и спокойно продолжал: – Тебя тревожит не буря, верно? А только ветер.

Она молча кивнула.

– Ты боишься ветра.

– Не всегда. Ветер – часть природы. Но иногда налетает злой ветер.

– Злой ветер? Который вредит людям?

– Да, это он может. Иногда он просто срывает белье с веревки и пугает коров. А в другой раз...

По ее телу прошла дрожь.

– Все началось, когда я была маленькой. Из-за этого мы так часто переезжали с места на место.

– Из-за того, что ты боялась ветра? Она покачала головой:

– Я вызывала его.

Атрей подумал, что ослышался.

– Вызывала? Но этого не может быть.

– Не может быть, но было.

– Брайанна, ты была ребенком. Наверняка твои родители переезжали по другим причинам – просто тебе о них не говорили.