Вернись ко мне - Литтон Джози - Страница 51

Ярл Лансенда, несколько смущенный тем, что оказался в подобном положении, помахал им рукой и выдавил улыбку. Затем обратил свое внимание на Грэни. Жеребец стоял неподалеку, его повод держал в руках Магнус.

– У него есть повреждения? – спросил Дракон. Магнус покачал головой.

– Думаю, что нет, господин. Сейчас он выглядит вполне спокойным.

И в самом деле, Грэни даже стал мирно пощипывать траву.

– Может, его пчела укусила, – высказала предположение Рикка. – У меня однажды случилось такое. Лошадь понесла меня не хуже Грэни.

– Готов держать пари, что ты осталась в седле, – пробормотал Дракон.

– Нет. И поднялась совсем не так быстро, как ты.

Возможно, это несколько утешило мужскую гордость викинга, однако не слишком. Его тело болело. К тому же он заметил скалу и понимал, насколько близок был от того, чтобы получить серьезное ранение. Но хуже всего было вспоминать, какое это неприятное ощущение – лететь на землю с высоты.

– Давай отведем его в конюшню, – сказал Дракон, – Я хочу осмотреть его повнимательнее.

Там, при свете, который лился из открытого окна, он обнаружил шипы, спрятанные под чепраком. Их было шесть штук. Острые как иглы, такие шипы растут на диком винограде. Дракон попробовал уколоть им палец и увидел капельку алой крови, появившейся из ранки.

– Не понимаю, – проговорила наблюдавшая за мужем Рикка. – Чепраки всегда хорошо вытряхивают и чистят.

– Ты ничего не заметила, когда клала чепрак на Грэни?

– Разумеется, нет. Если бы я что-то заметила, взяла бы другой.

Дракон кивнул, продолжая разглядывать чепрак. Шипы были направлены в центр. Они должны были принять на себя весь его вес и впиться в тело лошади, причиняя ей нестерпимую боль. Случайно один шип мог прицепиться к чепраку, но чтобы сразу шесть… Это явно было сделано с умыслом. Но кем?

Конюшня редко бывала безлюдной. Даже если лошади были на выездке или паслись в поле, здесь чистили стойла и приводили в порядок сбрую. Во время этой работы могли обратить внимание разве что на незнакомого человека. Люди, которых все знали, могли пройти на конюшню совершенно свободно.

Да и Рикка проводила значительную часть времени в конюшне.

Первую мысль, которая пришла Дракону в голову, он сразу же решительно отбросил. Смешно ее даже рассматривать. У него не было ни малейших оснований полагать, что жена хочет навредить ему. Далее, если даже она воткнула шипы в чепрак, зачем ей нужно было самой покрывать чепраком лошадей? Она наверняка захотела бы отвести от себя подозрения и предпочла, чтобы это сделал кто-то другой.

Вероятно, он все-таки основательно стукнулся головой. Дракон сердито взглянул на лошадь. Грэни нуждался в лечении. Шкура его пострадала в том месте, куда впились шипы.

Рикка любит лошадей, напомнил себе викинг. Он не мог поверить в то, что она способна сознательно причинить им боль.

Но она может знать, что рана быстро заживет.

– Вот, – сказала Рикка, протягивая небольшой каменный кувшин.

– Что это? – Вопрос Дракона прозвучал чуть более резко, чем он хотел бы, но Рикка, похоже, не обратила на это внимания. – Лекарство для Грэни.

Дракон кивнул. Он принял из ее рук кувшин и принялся пользовать Грэни, обрадовавшись тому, что есть возможность чем-то заняться, чтобы на какое-то время заглушить недобрые мысли.

Закончив лечение, Дракон снова внимательно осмотрел лошадь. Никаких других ран на теле Грэни не было. Однако жеребец, похоже, понимал, что произошло нечто необычное, поскольку бодался и обнюхивал хозяина больше обычного.

– Все в порядке, малыш, – сказал Дракон, поглаживая его гриву. – Тебя не за что винить, и никто из нас серьезно не пострадал.

– Благодарение Богу за это, – горячо проговорила Рикка, при этом в ее искренности трудно было усомниться. Все это время она находилась возле стойла, наблюдая за тем, как муж лечил Грэни. В глазах ее светилась нежность. – А теперь пошли, Дракон. С Грэни все в порядке. Нужно осмотреть тебя.

– У меня ничего серьезного.

– Ты сильно ушибся.

– Я ничего не повредил.

Рикка вздохнула, взяла скребницу из его руки, положила на деревянную полку, которая находилась над стойлом.

– Кимбра говорила мне, как ты упрямо себя вел, когда она лечила твою ногу.

– То совсем другое дело.

– Надеюсь, что так. То была рана, которая могла убить тебя или, во всяком случае, причинять боль до конца жизни. Но неужели сейчас так страшно показать мне свои синяки?

Говоря это, Рикка подошла к мужу и прикоснулась к нему своим телом. Он ощутил исходящий от нее запах ароматного мыла, разбавленный запахами свежего сена и солнечного света.

– Я должна посмотреть сауну, – сказала она.

На редкость рассеянная женщина. Она уже не помнит, о чем думала несколько мгновений назад.

– Ты там мало что сможешь увидеть, – не слишком задумываясь, ответил он, любуясь солнечными лучами в ее волосах. – Там темно.

– В самом деле? Ну, тогда мы пойдем туда ощупью.

Волна возбуждения пробежала по его телу от сладостного предчувствия. Дракон вздохнул. Начало дня ознаменовалось падением с лошади, так, может быть, нужно немного расслабиться…

– Там очень жарко? – Наклоняя голову, чтобы войти в низкий каменный домик, спросила Рикка.

Ощущения боли в теле сейчас были заглушены предвкушением близости с женой, и Дракон улыбнулся:

– Очень!

Она посмотрела на мужа через плечо.

– Надеюсь, я не сгорю?

– Вполне вероятно, – ответил он и приблизился к ней, вынуждая ее войти в сауну. Когда Дракон закрыл за собой дверь, стало ясно, что свет падает из маленького окошка в верхней части двери да еще светятся уголья в каменном углублении в центре помещения.

Рикка огляделась. Глаза ее постепенно привыкли к полумраку, и она с удивлением обнаружила, что находится в просторном помещении с длинными скамьями вдоль стен.

– Я даже не предполагала, что сауна такая большая.

– Сауну часто посещают друзья или родственники. Иногда приходят сюда целыми семьями.

– Мужчины и женщины одновременно? – Рикка не была излишне жеманной. Она просто не могла быть таковой, поскольку выросла в Вулскрофте, где скромность и добропорядочность не были в большой чести. Но ее поразила мысль о том, что голые мужчины и женщины могут находиться вместе и чувствовать себя при этом непринужденно.

Дракон еле заметно улыбнулся, или, во всяком случае, так показалось в полутьме.

– Это старинный обычай, и он сохранился там, где люди живут одной семьей.

Рикку обожгла неожиданно пришедшая мысль.

– А сейчас, пока мы здесь, сюда никто не придет?

– Разумеется, нет.

– А почему ты в этом уверен? Если у людей существует обычай приходить в сауну вместе…

Он подошел к жене, улыбка его стала еще шире.

– Никто сюда не войдет. – Видя, что она продолжает сомневаться, добавил: – Если бы я был здесь один, мои люди вошли бы без колебаний. А сейчас, когда мы вдвоем…

– Люди могут этого не знать… Дракон весело рассмеялся:

– Они знают. Ты думаешь, они не замечают, что мы делаем?

– Я как-то не думала об этом.

– Если тебе от этого не по себе, то и не думай. Но реальность такова, что люди проявляют естественное любопытство в отношении нас.

– Возможно…

Рикка слушала вполуха, поскольку Дракон приблизился Ш вплотную. В сауне было жарко; конечно же, это объяснялось ее несколько возбужденным состоянием. И тем шоком, который она пережила, когда муж оказался сброшенным лошадью. Эти страшные моменты еще не выветрились из памяти. И она искренне верила, что сауна принесет успокоение. Ей I хотелось потрогать его, ощутить его силу, удостовериться, что он здоров.

– Дракон…

– М-да? – рассеянно спросил он, поглаживая ей щеку.

– Ты не думаешь…

– Что?

– Не важно. Давай я тебе помогу. – Она осторожно подтолкнула его, чтобы он сел на лавку, и, опустившись перед I ним на колени, сняла с него сандалии. Затем заставила приподняться и осторожно сняла через голову тунику. Дракон был слишком высок, и, чтобы проделать это, Рикка была вынуждена встать на лавку. Ярл засмеялся и обхватил жену за талию: