Вернись ко мне - Литтон Джози - Страница 28

Повернувшись к Рикке, Криста сказала:

– Ты будешь рада им, когда придет зима. Кимбра рассказывает, что на севере стоят суровые холода в течение продолжительного времени. Но пусть тебя это не пугает. Камин всегда горит, кругом такая красота. Вулф дает ей сани, и ее на санях везут по снегу олени, которых обучают лапландцы. Ну, разве это не замечательно?

Рикка молча кивнула. Дракон продолжал смотреть на нее, и она поняла, что не может встретиться с ним взглядом. Наконец он откашлялся и сказал:

– Ну что, Хоук, как насчет сауны?

Хоук ответил, что идея ему по душе, но тут же обменялся быстрыми взглядами с женой, и это свидетельствовало о том, что они оба обеспокоены поведением молодоженов.

Эта озабоченность сохранилась и на следующий день, когда все собрались у причала. Пока они ехали верхом из крепости, Рикка упорно старалась не смотреть на дракары – корабли, которые их ожидали. Их было три – длинных и красивых, с центральными мачтами для парусов и рядами сидений для гребцов. Возможно, что торговля сделала Дракона богатым, но не ради торговли ставил он порой свою жизнь на карту. Дракары викинга были в форме грозного дракона и вселяли ужас даже в самые отважные сердца.

Рикка сделала долгий, прерывистый вдох, чтобы успокоиться, но видение было слишком явственным. Слишком глубоко все запало в память. Дым и туман, закрывшие луну… тишина, если не считать ночных шорохов и посапывания спящих… толчок корпуса корабля о берег… лязг металла… топот ног.

Отчаянно звонил церковный колокол. Это был не размеренный звон, созывающий прихожан к молитве, он напоминал звон, когда загорелась мельница, и созывал людей на борьбу с пожаром.

И в эту ночь тоже было много пламени. Пламени, и крови, и криков… Элфлинн, убегающая прочь… Вулскрофт, конечно, моложе, чем сейчас, но все такой же, выкрикивающий команды и размахивающий мечом, приказывающий подать ему коня… ужас на лице мальчика перед тем, как Вулскрофт сбил его, избавляясь от лишнего свидетеля, который может рассказать, как лорд бежал, когда пришли викинги.

А позже, на заре, отползая от конюшни к реке, она слышала смех мужчин, которые завершили свою работу и грузили трофеи и рабов, после чего корабли-драконы скрылись в тумане.

– Рикка?

Это был голос мужа, мужа-викинга. Сидя верхом на Слейпнире – она узнала подлинные клички лошадей от конюха, – Дракон обеспокоенно смотрел на жену.

– Ты нездорова?

«Спрячься побыстрее, пусть он ничего не узнает, утаи от него мысли».

– Нет, со мной все в порядке. – Грэни заржал под ней, словно ложь прошла через лошадь и вошла в землю. Рикка вздрогнула. – Правда, я чувствую себя прекрасно.

Дракон нахмурился. Его жена выглядела бледной.

Викинг окинул взглядом освещенную солнцем гавань, уютный процветающий город, грозную крепость, возвышающуюся на холме. Что могло напугать женщину, если не брать во внимание его гордые корабли, которые их ждали?

Она боялась уезжать, идти с ним, как боялась Руфь чужих земель, которые определили ее судьбу. Он надеялся, что через несколько дней ее страхи развеются, но его надежды не оправдались. Быть по сему. Они оба узники долга.

Дракон пришпорил Слейпнира, подождал, пока она сделает то же с Грэни. На набережной они спешились. К ним подошли Криста и Хоук.

– Счастливого плавания, – пожелал Хоук, глядя на небо.

– Должно быть таким, – согласился Дракон без энтузиазма. Он дал сигнал своим людям, которые приняли лошадей и проводили их на один из дракаров. Другие тем временем были заняты погрузкой последних сундуков, тюков, баррелей и корзин. Проводить их собралась довольно большая толпа. Даже для обитателей Хоукфорта отъезд норвежского ярла с саксонской невестой событие неординарное. Наиболее смелые выкрикивали добрые пожелания и напутствия.

Дракон не стал затягивать прощание. Криста на мгновение обняла Рикку и выразила уверенность, что все будет хорошо. После чего Дракон проводил жену на самый большой из трех дракаров.

– Я расскажу Вулфу все, что мы обсуждали, – сказал он, ступив на палубу сразу вслед за Риккой. – Не сомневаюсь, что мы скоро увидим его.

Хоук кивнул:

– Хорошо. А я тем временем посмотрю, что еще смогу здесь узнать.

Мужчины обменялись рукопожатиями. Через несколько мгновений Дракон подал команду, были отданы швартовы. Раньше, чем Рикка успела это осознать, корабли в виде драконов вышли из гавани в море.

Дракон явно игнорировал супругу. Впрочем, Рикка была весьма рада этому. С тех пор как они отчалили от Хоукфорта, он не сказал ни слова. Зато по очереди менял гребцов и садился за весла. Рикка старалась не обращать внимания на ритмичную игру мускулов его могучего тела, однако взгляд ее то и дело возвращался к лицу Дракона. Весь окружающий мир был ей чужд, и этот мужественный воин оставался для нее единственной реальностью.

Кругом было море, одно лишь море. Земля, исчезнувшая из виду, возможно, вообще не существовала. Пропал даже ее запах. Были только ветер да вода, скрип снастей да хлопанье парусов, дополняемые иногда кряхтеньем людей, напрягающих силы во время выполнения своих обязанностей.

На носу судна был сооружен небольшой шатер, в котором сидела Рикка. Боковые стенки его можно было опускать, если ей хотелось уединения. Сейчас они были подняты. Здесь были предусмотрены и такие удобства, как прочная складная кровать – достаточно большая, чтобы на ней могли разместиться двое, несколько сундуков с плоским верхом, которые служили одновременно лавками и низкими столиками, даже масляная лампа, надежно прикрепленная к деревянному шесту.

Звание и чин давали привилегии, но, похоже, отдых не относился к их числу. Дракон оставался на веслах, пока было светло. Когда день померк, Рикка с удивлением увидела еле заметные очертания земли на горизонте. Неужели они уже достигли северной земли? Она полагала, что это гораздо дальше. Вскоре взошла луна, и при ее свете бросили якорь в мелкой бухте. Нигде не было видно признаков жизни, не было слышно звуков речи.

Когда Дракон, наконец, пришел к ней, в его руках была миска с жарким и кружка сидра.

– Тебе нужно поесть, – сказал он, передавая ей пищу, и повернулся, чтобы уйти.

Моряки спустили паруса и стали укладываться спать на носу корабля. Некоторые из них тихонько, приглушенно разговаривали.

– Подожди. – Одиночество Рикку не пугало, но сейчас, когда земля представляла собой лишь пятно между морем и небом, ей захотелось человеческого контакта.

Дракон обернулся и выжидательно посмотрел на жену:

– Где мы?

– Близ побережья Нормандии. Завтра мы повернем на север. Если погода не подведет, примерно через неделю будем в Лансенде.

– Нормандия… – Так близко. И так недостижимо… сейчас.

Должно быть, он что-то расслышал в ее голосе, расслышал какой-то намек на тоску, потому что уже в следующее мгновение оказался рядом. Он взял ее за подбородок, заставив встретить его взгляд.

– Куда ты собиралась? Вздрогнув, она холодно сказала:

– Когда? Что ты имеешь в виду?

Он ослабил хватку, но не отпустил подбородка.

– Когда я встретил тебя. Ты направлялась в Хоукфорт, я полагаю. Куда ты намеревалась уплыть оттуда на корабле? В Нормандию?

Рикка тихонько ахнула. Дракон отпустил ее, но не ушел. Уперев руки в бедра, он, не спуская с нее глаз, резко спросил:

– Туда, куда уехал Терлоу, да?

Она испытала новый шок.

– Откуда ты знаешь о нем?

– Мне сказал об этом Хоук. Твой брат удалился, что обнадеживает, поскольку, по крайней мере, один член вашей семьи проявил здравый смысл.

Щеки у Рикки полыхали, но у нее не было сил затевать спор. Дракон продолжал сверлить ее взглядом. Наконец он подошел к шатру и опустил боковые стенки.

– Когда поешь, ложись спать.

– Я не устала.

Он стал открывать сундук и даже не посмотрел в ее сторону.

– Разве я спрашиваю, устала ты или нет? – Выпрямившись, викинг вытащил из сундука толстый кожаный пояс.

Рикка поднесла, было, ложку жаркого ко рту, но, увидев действия Дракона, отставила миску в сторону. Она уставилась на пояс, не в силах оторвать от него взгляд. Ночь была теплая, но ей вдруг стало страшно холодно. Отец бил ее поясом, палкой, всем, что попадалось под руку. Значит, ее муж тоже такой?