Верь в меня - Литтон Джози - Страница 39

Теперь настал черед Хоука изумляться.

— Я? Как вы могли додуматься до такого?

Криста опустила глаза. Лорд заметил, что щеки у нес побагровели. Он глянул на тонкие руки, держащие румпель, и увидел, как побелели костяшки ее пальцев.

И тут он вспомнил. Пробуждение в бурную ночь… Криста рядом с ним в постели… Он ясно видел се, несмотря на темноту, Видел потому, что жаровня теплилась у постели Жаровня, которая не была зажжена, когда он входил в комнату.

Криста знала.

Понимаю, — протянул он. — Я прошу у вас прощения. Я не должен был поступать так, как поступил.

Криста смотрела на Хоука так, словно он говорил на непонятном языке.

— Мы с вами имеем в виду одно и то же? Ночью во время бури…

— Я делил с вами ложе. Но я не причинил вам зла, и если вы тогда испугались или обиделись, я от всей души сожалею. — Он помолчал минуту, вспоминая. Зажженная жаровня. Это Криста ее зажгла и тогда увидела его. Почему она вернулась в постель… голая? Ласково и очень осторожно он спросил: — Вы были испуганы и обижены, Криста? Или вы испытывали иные чувства, которых я не распознал?

Она ответила так тихо, что Хоуку пришлось напрячь слух, чтобы сквозь песню ветра разобрать ее слова:

— Истинная леди не должна испытывать подобные чувства.

Волосы у Хоука на затылке приподнялись точно так же, как это бывало во время сражения, когда кто-то позади него был готов раскроить ему голову боевым топором. Тогда ответ был простым и немедленным — и по необходимости жестоким. Теперь следовало вести себя как можно осторожнее.

— Вы полагаете, что леди не должна иметь чувств?

Криста осмелилась бросить на лорда быстрый взгляд и тотчас отвернулась.

— Должна. Надлежащие чувства, в надлежащее время и в надлежащем месте. Ей следует быть… сдержанной.

Хоук подумал о том, как она целовала его в конюшне, и Яро себя пламенно поблагодарил судьбу за то, что такого рода сдержанность чужда натуре этой женщины.

— Мне кажется, что у вас странное представление о том, какой должна быть леди.

Он широко заулыбался. Так вот в чем дело! Ее огорчение объясняется не тем, что он сделал, а тем, чего не делал. Каким же он был дураком, что не сообразил этого раньше, и сколько радости в течение последних нескольких дней получили бы они оба! Но сделанного не воротишь. Теперь надо думать о настоящем, а не о прошлом.

— Леди — это просто женщина, обладающая определенной собственностью и положением в обществе, — сказал он. — Не больше и не меньше. Титул леди ровным счетом ничего не говорит о сердце женщины. — Хоук наклонился и положил свою руку на руки Кристы, держащие руль. — Не говорит он и о том, что должно быть у нее на сердце. Это решает она сама.

Глаза у нее были как у испуганной лани. Она не протестовала, когда он повернул судно по ветру. Сильный бриз надул парус. Они понеслись по воде, сияющей плененным сокровищем солнечных лучей. Чайки закружились над судном, а удивленный дельфин высунул голову из воды. Криста ахнула, заметив маленький островок, надвигающийся прямо на них, но рука Хоука пришла на помощь, и они обошли островок, почти не теряя скорости. Ветер слегка изменил направление, но Хоук предугадал эту перемену и маневрировал так искусно, что парус ни разу не провисал.

— Вас хоть кто-нибудь может обогнать? — спросила она, живо ощущая тепло и силу его руки.

Хоук рассмеялся, и Криста ощутила, как вздрагивает от смеха его грудь.

— Вулф и Дракон, больше никто. Ну а вы? Как вы научились ходить под парусами?

— Меня научил отец. Мы выходили в морс вместе, каждый раз, когда он приезжал проведать меня.

— Это бывало часто?

— Он приезжал, когда только мог. В промежутках между его посещениями я плавала одна, но отец не знал об этом.

Хоук нахмурился при мысли о том, что она, тогда совсем еще ребенок, плавала одна у берегов, на которые датчане совершали набеги вплоть до того времени, когда Вулф из Скирингсшила утвердил над этими берегами свою железную власть.

— И никто не попытался укоротить вам поводья? — спросил он.

Криста повернула к нему голову и поразилась, насколько он близок к ней. Так близок, что она заметила морщинки возле синих глаз и твердо очерченных губ. Кожа на лице была загорелая и гладко выбритая. От него пахло морем. У Кристы внезапно пересохло во рту.

— Я не кобыла, милорд, — негромко проговорила она, — и на мне нет поводьев.

Хоук взялся за руль обеими руками. Криста очутилась в их тесном кольце. Дыхание лорда обжигало ей щеку, вызывая мелкую дрожь в теле.

— В таком случае я прибегну к убеждению, — сказал он и накрыл ее губы своими.

Поцелуй был горячий и крепкий. У Кристы перехватило дыхание. Хоук вдруг отпрянул — спохватился о лодке, оставшейся без управления. Криста не сразу сообразила, что прильнула к Хоуку всем телом. Попыталась выпрямиться, но он удержал ее легким нажимом рук. Хоть и с опозданием, но она поняла, что двигаться ей не хочется.

Они повернули к золотым пескам берега, окаймлявшего укромную бухточку. Хоук спустил парус, ступил в воду и вытащил лодку на песок. Криста приготовилась выбраться на сушу, но лорд обхватил се за талию, легко поднял и прижал к себе. От этого прикосновения Криста задрожала всем телом. Он медленно опускал ее, пока ноги Кристы не коснулись песка. Девушка думала, что Хоук снова поцелует ее, и ждала этого более пылко, чем захотела бы признать. Но он отступил и снова забрался в лодку.

— Вы проголодались? — спросил Хоук, держа в руке небольшой мешочек.

Проголодалась ли она? Криста не знала.

— Наверное…

Но откуда здесь взялась еда? Криста не заметила, чтобы он нес что-нибудь с собой, когда они спускались к лодке. Хоук заметил вопросительный взгляд и смущенно улыбнулся. — Я попросил Элфит завернуть нам что-нибудь с собой.

Такая предусмотрительность тронула Кристу, но она подумала, что теперь все население Хоукфорта знает об их прогулке.

Хоук встряхнул одеяло, расстелил на песке и положил на него еду. Выпрямившись, посмотрел на Кристу, которая молча Наблюдала за лордом. Сказал ласково:

— Я не кусаюсь, как вы знаете.

Щеки у Кристы так и вспыхнули. Очевидно, она выглядит сейчас очень глупо со своей неуместной застенчивостью.

— Вы не хотите поплавать? — спросил он. До Кристы дошло, что он ищет способ успокоить се. Многие ли мужчины взяли бы на себя такую заботу? Многие ли из них провели бы весь день, отказавшись от требований долга, чтобы успокоить привередливую нареченную? На сердце потеплело, и девушка улыбнулась.

— Видите вон тот камень? — спросила она, указывая на большой валун в нескольких сотнях ярдов от берега. Когда Хоук кивнул, Криста взялась за шнурки своего платья. — Спорим, что я доплыву туда первая?

Он посмотрел на нее удивленно, но вдруг широко улыбнулся:

— Принимаю спор. Об условиях поговорим позже. Криста рассмеялась и сбросила платье, уверенная, что рубашка служит ей вполне достаточным прикрытием, и не подумав, насколько прозрачным выглядит это прикрытие благодаря пронизывающим лучам солнца. Зато от внимания Хоука это не ускользнуло. Правда, он был отвлечен, стаскивая с себя сапоги, когда Криста входила в воду. Она отплыла ярдов на двадцать от берега и задержалась, чтобы обернуться.

Хоук последовал за ней. Он уже знал, как она плавает, но уступать не собирался. Однако догнал Кристу, когда она была всего в нескольких ярдах от победы. Длинные и более сильные ноги давали Хоуку преимущество, и он дотронулся до камня за считанные секунды до того, как это сделала девушка.

— Вы могли бы выиграть, — сказал он, взбивая ногами воду и с улыбкой глядя на огорченное лицо Кристы. — Рубашка тянула вас вниз.

— А как насчет вашей туники? — спросила она и покраснела.

Хоук рассмеялся и поплыл следом за ней к берегу, но, уже собираясь встать на ноги, Криста вдруг развернулась и поплыла обратно.

— Что-нибудь не так? — удивленно спросил лорд.

— Нет! Все замечательно. Мне просто не хочется выходить из воды.