Мечтай обо мне - Литтон Джози - Страница 50

Поскольку товар был должным образом оплачен, выходило, что Вулф даже богаче, чем она предполагала. Несколько сундуков в их жилище всегда оставалось на запоре, и ей не приходило в голову спросить, что в них хранится. Как выяснилось, они были набиты золотой монетой, и было ее столько, что прежде Кимбра ни за что не поверила бы, что все золото мира может составить такую сумму. В отдельном сундуке находились всевозможные драгоценности.

Но и этим не ограничивалось богатство братьев Хаконсон. Доля Дракона хранилась отдельно и, похоже, представляла собой ничуть не меньшую груду ценностей, чем доля Вулфа. Ничего удивительного: эти двое владели настоящей торговой империей, протянувшейся от их северного оплота далеко за Средиземноморье.

Увидев, как сильно поражена Кимбра, ее муж улыбнулся:

— Не так уж часто случается, чтобы военная мощь сочеталась с торговой сметкой. Ты и представить себе не можешь, какие возможности это дает.

И вот теперь она сидела, окруженная рулонами тканей редкостной красоты и выделки, широчайшего спектра красок. Солнце струилось в окна, играя на шелках, атласе, парче, превращая помещение в роскошный будуар. Ткани были повсюду: на постели, столе, стульях и даже на полу.

Картину гармонично дополняли сундучки с замысловатой резьбой, где с бронзовыми, а где и с золотыми оковками по углам. В них хранились всевозможные пряности. Открыв один из них, Кимбра обнаружила палочки корицы, в другом было едкое горчичное семя, в третьем — нити шафрана столь высокого качества, что невольно хотелось разинуть рот: ведь эта пряность была самой редкой и особенно высоко ценилась. Сундучков было столько, что ей должно было хватить на всю оставшуюся жизнь.

— Придется заказать на кухню шкаф, — озабоченно сказала Кимбра Брите, помогавшей разбирать покупки. — И попросторнее, иначе всего не вместить.

— С крепкими дужками для замка и намертво прибитый к полу, — подхватила ирландка. — Не скажу, что народ здесь нечист на руку, но мало ли кто забредет на кухню подкрепиться! Ни к чему искушать людей.

Разумно, подумала Кимбра. Горсть специй, которую так легко припрятать, могла купить столько, сколько не нажить и за год тяжкого труда.

— Надо подыскать место для тканей. Не могу же я держать их здесь!

Брита расправила на коленях полосу темно-синей парчи, затканной серебряной нитью. В вычурном узоре было что-то мистическое, заставлявшее вспомнить о языческих богах и об их небесных чертогах.

— Видали вы что-нибудь подобное, леди?

— Видала и красивее, но никогда мне не приходилось смотреть на такое количество отличных тканей, собранных в одном месте. Они чудесны, но что, скажи на милость, мне с ними делать? Среди них нет ни одной хоть сколько-нибудь практичной!

— Ну, я не знаю, что вам нужно, леди! — сказала она, разглядывая газовый шелк абрикосового оттенка. — Как тут можно думать о практической пользе? Сшейте хоть сорочку!

— Из этого?!

Ткань и в самом деле была на редкость хороша, но при мысли о том, как она будет выглядеть в прозрачной сорочке, Кимбра испытала неловкость.

— Мне приходилось слышать о женщинах Востока и о том, чем они там занимаются, — сказала Брита. — Говорят, они сбривают волосы внизу живота и сбрызгивают это место духами!

— Правда? Я не знала.

Несколько удивленная тем, что застенчивая ирландка вдруг набралась смелости для подобных откровений, Кимбра тем не менее была заинтригована. Дракон не скрывал того, что тоскует по радостям гарема. Наверняка и у Вулфа были на этот счет приятные воспоминания.

— Они подкрашивают соски красным, — продолжала Брита, — а некоторые носят татуировку на самых неожиданных местах, даже между ног. Еще у них есть игрушки…

— Игрушки? — удивилась Кимбра.

— Особого рода. Например, колечки, чтобы мужчина мог дольше услаждать женщину. Или чехлы, чтобы его мужская плоть стала больше — некоторые с шишечками на конце, чтобы было приятнее. Есть шарики и стержни, которые женщина вставляет внутрь себя, если желает получить удовольствие без мужчины. Чего они только не выдумывают, когда речь идет о забавах!

— Неужели такое бывает? — воскликнула Кимбра, забывая о неловкости.

— Всякое бывает, леди. Есть мази, которые можно втирать в разные части тела и получать всевозможный приятный эффект. Есть эликсиры, которые нужно пить, и даже насекомые, укус которых делает наслаждение острее. Вы не верите? Это понятно, но — вы уж мне поверьте — человеческое воображение не знает предела, когда речь заходит о плотских утехах.

— Похоже, что так.

А она-то думала, что за пару месяцев супружеской жизни узнала о постельных играх все, что только можно! Взгляд Кимбры снова упал на газовый шелк. Он пойдет к цвету ее лица. Возможно, стоит подумать о сорочке.

Однако на это не хватило времени. Кимбра едва успела прикинуть место для каждой покупки, как в дверь постучали: ярл требовал супругу в трапезную, и немедленно. Кимбра отправилась на зов, по пути задаваясь вопросом, что случилось.

В трапезной оказался также и Дракон. Они с Вулфом были заняты разговором, но при виде Кимбры умолкли. Усевшись, она осведомилась, о чем речь, и выразила надежду, что ничего неприятного не случилось.

— Нет, конечно! — хором воскликнули братья, причем Дракон бросил на Вулфа странный взгляд, который остался для Кимбры полнейшей загадкой.

— Я решил устроить в Скирингешиле общий сбор ярлов Вестфолда. Самое время обсудить некоторые важные вопросы.

Кимбра ничего подобного не ожидала, но скрыла удивление и углубилась в мысленные подсчеты. Общий сбор в числе прочего означал многодневный пир, причем столы должны были ломиться от самых изысканных яств.

— И когда он состоится?

— Я только что разослал гонцов. Гости начнут съезжаться через неделю.

— Уже через неделю?! Сколько же их будет?

— Немало, — спокойно сообщил Вулф. — С каждым ярлом прибудут его сыновья, ближайшие помощники, охрана. Кое-кто возит за собой целую свиту, но, я думаю, число гостей не превысит несколько сотен.

— Мм… ммм…

На Кимбру вдруг напало косноязычие, и пришлось прокашляться, чтобы говорить внятно. Она всем сердцем любила мужа. Он был добр, заботлив, умен. Но все это не помешало ей выпалить:

— Да ты спятил, муж мой!

— А я говорил, что она не придет в восторг, — заметил Дракон, довольный тем, что попал в точку.

Вулф ограничился сердитым взглядом.

— Вот что, элсклинг, — обратился он к Кимбре, — нет никаких оснований для паники. Ты же не будешь заниматься всем сама!

Это нисколько не приободрило Кимбру. Только мужчина мог высказаться в таком смысле. Вряд ли Вулф хотя бы отдаленно представлял, какую ношу взваливал ей на плечи.

— А где я размещу эти несколько сотен? Чем накормлю? Что они будут делать, как развлекаться в промежутках между обсуждением важных вопросов? Несколько сотен викингов, и каждый должен чем-то питаться, где-то отдыхать, не скучать и чувствовать себя как дома, если ты хочешь, чтобы они разъехались довольными! А ты даешь мне на подготовку одну неделю!!!

— Не горячись, сестра! — засмеялся Дракон. — Сегодня начнут возводить две временные трапезные, с таким расчетом, чтобы вместить всех. Что до развлечений, обойдемся охотой, которая послужит добавочным источником провизии. К тому же, когда весть о собрании разнесется по побережью, сюда слетятся… слетится женский пол, так что в развлечениях недостатка не будет.

— Превосходно, просто превосходно! Сотни викингов и все местные шлюхи в придачу! Жду не дождусь! — С минуту она молча кипела от возмущения. — Мне придется запрячь в работу все население города!

Однако при всем негодовании Кимбра чувствовала и радостное волнение. Ей давно хотелось испытать свои силы, и этот небрежно брошенный необъятный вызов был очень кстати. Если как следует взяться, можно было показать Вулфу, на что она способна.

— Делай все, что сочтешь нужным, — благодушно заметил тот. — Покупай что потребуется, привлекай столько народу, сколько будет нужно.