Рыцари пречистой девы - Рудазов Александр - Страница 99

– Он может прекратить это в любой момент, – напомнил Креол. – Способ ему известен… а вот и прекратил!

Действительно, экзорцист начал подниматься с пола, всё еще тяжело дыша. Магическая пытка Креола действовала «гуманнее» обычных пыток – после нее не оставалось увечий. Боль проходила мгновенно, оставляя лишь ужасную усталость и слабость во всем теле.

– Девять, – удовлетворенно улыбнулся маг, проверяя фрагменты заклинания в памяти. – Ну что, последний рывок?

Льюсим Доммаз уселся за освободившийся столик и смотрел вслед этим троим с исступленной злобой в глазах. Будь у него сейчас арбалет, он бы наверняка выстрелил кому-нибудь из них в спину. Хотя почему «кому-нибудь»? Этому смуглому мерзавцу, конечно! Девица ничего плохого ему не сделала, если не считать насмешек, а отступника следует убить без всякой жалости, но его спина надежно защищена керефовым панцирем. К тому же ненависть к их фальшивому Ордену была довольно гипотетической – просто все экзорцисты ненавидели паладинов… хотя Доммаз всё же сильнее всех. Но вот личные счеты – это куда более сильное чувство… К тому же колдунов Доммаз ненавидел еще сильнее, чем отступников.

Неожиданно к нему подсел еще один человек. Старший мастер мог бы поклясться, что на том месте, откуда он появился, какую-то секунду назад никого не было. А еще он вроде бы слышал приглушенный хлопок… Он обернулся и с трудом удержался, чтобы не вцепиться ему в горло.

– Зачем ты вернулся?.. – сдавленно прохрипел экзорцист. – Что тебе еще?.. Стой, да ведь ты не он! Ты просто очень похож…

– Да, мне говорили, – противно улыбнулся незнакомец. Действительно, он очень походил на только что ушедшего колдуна – если сбрить ему усы и бородку, будет точная копия. Только вот вся правая половина лица у него была сильно обожжена – как будто он спал на раскаленной болванке. Правый глаз здорово покраснел и, по всей вероятности, уже ничего не видел. – Похоже, вы уже познакомились с моим дядей, сударь…

– Не твое дело, – не пожелал представляться Доммаз. – Дядя, говоришь? И что ты от меня хочешь?

– Возможно, мы могли бы помочь друг другу… – промурлыкал племянник колдуна. – Позвольте представиться – мое имя Трои. Не слышали?

– Нет.

– А и откуда бы, в самом деле? – хмыкнул Трои. – Вы ведь не испытываете теплых чувств к моему дяде, верно?

Доммаз промолчал. Но его молчание было красноречивее любых слов.

– В таком случае почему бы нам не объединить усилия?

– Ты тоже колдун? – сухо осведомился экзорцист.

– Ну-у-у… Колдун – это такое сильное слово… Так, пустячки для облегчения жизни. Мелочь…

– Ты колдун, – утвердительно кивнул Доммаз. – Я не заключаю сделок с колдунами!

– Порой приходится объединяться с малым злом, чтобы одолеть зло большое, – улыбнулся Трои. – Разве нет?

Доммаз снова промолчал. Однако, к своему удивлению, он чувствовал, что его так и тянет поверить этому человеку. Было в нем что-то, вызывавшее инстинктивное доверие…

– Вот мой план, – наклонился к экзорцисту колдун. Доммаз выслушал и медленно кивнул – план его устраивал. Хотя не целиком… но никогда не поздно внести свои коррективы. – Вам понадобится это.

В ладонь Доммаза лег небольшой предмет, похожий на каменную подкову. Он едва удержался, чтобы не отшвырнуть проклятую вещицу прочь как ядовитую змею – экзорцист люто ненавидел всё колдовское. Но потом вспомнил, что этот предмет ему пока что нужен, и сумел сдержаться.

– Действует очень просто – и ребенок управится. Я проведу канал в нужное место; главное – будьте там вовремя, – прошипел Трои. – Не опоздайте! Я дам вам несколько помощников – вы найдете их на старом складе… вот по этому адресу. – Колдун черканул несколько слов тонким перышком и передал бумажку своему собеседнику. – Они будут вас слушаться. Главное – помните уговор!

Льюсим Доммаз проводил взглядом удаляющегося колдуна. Еще одного колдуна! Пречистая Дева, сколько же развелось этих колдунов! От них всё зло в мире, от них! Все они служат Близнецу, все до единого! Только глупцы верят, что кроме колдунов есть еще и святые – это такие же колдуны, только умеющие притворяться хорошими! Есть Пречистая Дева, есть ее смиренная паства, и есть колдуны, Близнецовы слуги…

Все они должны сгореть!

ГЛАВА 32

Десятая часть Священного Ключа находилась где-то в недрах непосредственной цели – Горы Близнеца. Лод Гвэйдеон все никак не мог поверить, что лод Каббас, легендарный основатель Ордена, жив и он с ним скоро встретится. Хотя Креол велел ему особенно ни на что не надеяться, – скорее всего, то, что когда-то было лодом Каббасом, встретит их не слишком ласково.

– На крайний случай мне хватит и девяти, – мрачно подытожил маг в самом начале полета, а затем удалился в кузницу и начал создавать что-то очень сложное. На сей раз он не пустил к себе никого – даже Хубаксис был изгнан прочь.

С каждым часом всё сильнее холодало – коцебу пересек полярный круг и направлялся прямо к полюсу холода. Именно там и располагалась Гора Близнеца – в самой холодной точке планеты. Ванесса копалась в дальнем шкафу, подбирая всем теплую одежду по размерам.

В перерывах между работой Креол читал учебник по психологии – он обнаружил эту книженцию на дне шкафа с книгами, оставшимися от предыдущего владельца дома. Ванесса даже радовалась: может, научится, как правильно себя вести…

На второй день полета лод Гвэйдеон и Ванесса устроили во дворе стрельбище. Паладин стрелял из арбалета, а Вон – из пистолета. Потом они попробовали поменяться.

К удивлению девушки, арбалет оказался намного сложнее ее «беретты» – чтобы выстрелить, нужно было сначала вложить болт в ложе, потом натянуть тетиву с помощью двух специальных пластин, закрепить рога в точном положении – и уж только потом стрелять. Арбалеты паладинов были рассчитаны на два болта, а не на один, но на Каабаре существовали и куда более сложные варианты. К примеру, полиоркеты были своеобразными многостволками – их заряжали сразу девятью болтами, и все они выстреливали одновременно, разом протыкая трех-четырех противников. А существовали еще и самострелы Ундола – с магазином на десять болтов, вылетающих по очереди. Или балистеры – арбалеты, стреляющие не болтами, а свинцовыми шариками. Почти что ружье, только с тетивой вместо пороха. А лода Гвэйдеона в свою очередь крайне озадачил пистолет. Курок оказался слишком маленьким, и палец латной перчатки просто не пролезал в отверстие. А когда паладин все-таки ухитрился нажать на курок, его заклинило – и пистолет начал палить безостановочно. Ванесса сразу бросилась на землю – она хорошо знала, что делать в таких случаях.

Лод Гвэйдеон успел выпустить семнадцать пуль, прежде чем палец удалось высвободить. Из них восемь улетели в воздух, четыре попали в землю, три – в его собственную ногу, одна пробила почтовый ящик, всё еще стоящий возле дома, и одна разбила стекло на втором этаже. Оттуда высунулся Креол, мрачно поинтересовался, что это они тут затеяли, и пригрозил выкинуть всех с коцебу, если ему и дальше будут мешать работать.

Когда лода Гвэйдеона всё-таки освободили от пистолета, Ванесса долго дивилась прочности керефа – пули, угодившие паладину в ногу, оставили лишь две еле заметные вмятины на сапоге. След от третьей она вообще не обнаружила. Даже синяков не осталось…

Вон первый раз в жизни оказалась в Заполярье. Хорошо еще, что в северном полушарии Каабара сейчас был самый разгар лета – страшно представить, что здесь творилось зимой. Огромным сюрпризом для нее оказалось солнце, переставшее заходить за горизонт. Стоял полярный день. А вот Креол этому ничуть не удивился – он тоже раньше не бывал на полюсах, но в движениях светил шумерские маги разбирались не хуже современных астрономов.

– Мы не сможем приземлиться там, сэр! – указывал вдаль Хуберт, кутаясь в подбитый мехом плащ с капюшоном. Даже домовой мерз. – Очень неровно – сплошные ледяные иглы!