Неугасимое пламя - Линк Гейл - Страница 2

— Уж этот кадр точно станет сенсацией! — засмеялась высокая блондинка, прохаживавшаяся по съемочной площадке.

Грудной смех и привлекательная внешность вполне могли сделать ее «мыльной» звездой, пожелай она себе подобной карьеры. Еще подростком Ребекка Галлагер Фрезер страстно полюбила «мыльные оперы», но целью ее всегда было сочинение их, а не актерская игра. Это стало главным делом ее жизни, а талант и упорный труд позволили ей занять место главного сценариста «Обещания на завтра». Это произошло около полутора лет назад, и вот уже месяца четыре как этот «мыльный» сериал, занимавший едва ли не последнее место в рейтинге зрительских симпатий, превратился ее стараниями в один из наиболее популярных. Ребекка чрезвычайно гордилась достигнутым и мечтала в ближайшие годы стать автором собственного сериала.

И вдруг телекомпания предоставила ей возможность, пренебречь которой она не могла. Ей предложили создать фильм, чтобы заменить бездарные и беспомощные ток-шоу, мертвым грузом отягощающие дневное вещание. Она приняла предложение, и сегодня был последний официальный день ее работы на съемках сериала «Обещание на завтра». Съемочная группа устраивала в ее честь прощальную вечеринку, запечатлеть которую готовилась целая толпа фотографов из популярных изданий.

На площадку втащили огромный торт, украшенный приветственной надписью и несколько фривольными изображениями, сделанными из глазури. Собравшиеся дико захохотали.

— Я все-таки не думаю, что вам стоит фотографировать торт, ребята, — объявила Ребекка. — По крайней мере, не для журналов!

Присутствующих обносили шампанским, давая возможность каждому желающему произнести тост.

— Наконец-то! — вздохнула Элли Джеймс, когда остатки шампанского были разлиты в высокие бокалы. — Еще капля этой шипучки — и меня бы разорвало, честное слово!

Она была по-настоящему опечалена уходом Ребекки. Именно Ребекка создала образ Саванны Грид. Воплотив его, Элли получила «Дневную Эмми» — премию, присуждаемую участникам «мыльных опер», — и целые мешки писем от поклонников. Но помимо полюбившейся ей роли у нее был теперь внушительный доход и жених — бывший муж Ребекки, Бен Тайлер.

Ребекка принялась резать торт.

— Шоколадный? — спросила она с забавной гримаской. — И как это вы догадались?

Вопрос рассмешил всех присутствующих. О ее пристрастии к шоколаду было известно каждому, кто знал ее хоть немного. В ее кабинете всегда находился изрядный запас шоколада и кофе. Ребекка уверяла, что именно это поддерживает ее в тяжелые моменты, например когда к ней врываются возбужденные актеры и актрисы с заявлениями типа: «Почему я должен играть эту ахинею, черт побери?!» или «У меня для тебя новость, Ребекка, — я беременна. Ты можешь учесть это в сценарии?», а также: «От этого диалога меня просто с души воротит. Сделай что-нибудь!»

Она всей душой привязалась к своим товарищам, но стремление создать свой собственный сериал оказалось непреодолимым. Ей потребуется полгода, чтобы разработать идею и продумать все детали.

— Поздравляю тебя, Ребекка!

Она обернулась и увидела улыбающегося мужчину приятной наружности.

— Бен! — Она схватила его за обе руки и дружески чмокнула в щеку. — Как мило, что ты зашел!

— Ну разве я мог пропустить твое прощание с «производством»? — спросил он, поднимая широкие светлые брови.

Услышав свое любимое словечко, — Ребекка любила называть «производством» свою работу — она ухмыльнулась. Отступив на шаг, Ребекка внимательно взглянула на своего бывшего мужа. Бен выглядел довольным, преуспевающим адвокатом, каковым он и был на самом деле. Его славная ребяческая физиономия нередко вводила в заблуждение оппонентов, считавших его неопытным юнцом. И это нередко шло на пользу ему и его клиентам.

— Прекрасно выглядишь, — отметила она.

— Ты тоже, дорогая, — Бен обнял ее за талию, шелк блузки приятно холодил его руку. — Ну как, у тебя кто-нибудь появился?

— Как можно, Бен? После тебя? — Ребекка театрально закатила глаза.

Он улыбнулся.

— Не валяй дурака, Ребекка. — Сквозь очки в тонкой проволочной оправе на нее внимательно смотрели темно-карие глаза. — Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

— Я знаю. — Ребекка обняла его.

— Так расскажи мне все. Что у тебя происходит? Ты встречаешься с кем-нибудь?

Ребекка тряхнула головой.

— Нет, — проговорила она.

— У меня есть один друг…

Ребекка сделала большие глаза и с притворным ужасом воскликнула:

— О Боже, Бен, пощади! Мой бывший муж меня сватает!

— А что в этом плохого? Ты сделала то же самое для меня, разве нет? — сказал Бен, пристально вглядываясь в ее лицо.

— Это совсем другое дело, — возразила она.

— Ладно. — Она пошел на попятную. — Ты ведь знаешь, ты по-прежнему мне небезразлична. И мое желание видеть тебя счастливой вполне естественно.

— Это очень мило с твоей стороны, Бен. Правда. Я благодарна тебе за заботу, но у меня все в порядке.

— Действительно, Бекка?

— Пожалуйста, — взмолилась она, — не надо придавать слишком большое значение моей личной жизни или ее отсутствию. У меня есть моя работа, и в данный момент мне этого достаточно.

— Надеюсь, ты не рассчитываешь, что я поверю. Это не пройдет. Не забывай, я все-таки был твоим мужем. — Он сжал ее руку и с ноткой сожаления произнес: — Мне жаль, что не я был тем человеком, которого ты ищешь, Ребекка. Честное слово.

— Быть может, я и сама не знаю, кого ищу, — сказала Ребекка, передернув плечами.

— О нет, знаешь, прекрасно знаешь, дорогуша! — уверенно возразил Бен.

Ребекка отошла, размышляя над его словами, а Бен отправился искать свою невесту. Она бросилась ему в объятия и пылко расцеловала. Ребекка радовалась, что Бен нашел себе подходящую жену. Женщину страстную и искреннюю. Ребекка готова была побиться об заклад, что и в постели они с легкостью приспособились друг к другу.

Ироническая усмешка тронула губы Ребекки. Страсть была источником ее дохода, плотью и кровью ее работы. Она сочиняла любовные, более того — эротические сцены. Она описывала отвергнутую страсть и страсть удовлетворенную. Придумывала драматические диалоги, тщательно выписывала малейшие оттенки чувства.

Однако в жизни она не испытывала ничего подобного, не переживала большой страсти, не считая страсти к работе. Она сознавала, что ей недостает практических познаний в этой области, ведь в ее жизни не было других мужчин, кроме Бена.

Пожелай она продолжить свое образование в сфере секса, она с легкостью нашла бы себе наставника. С красивыми и мужественными самцами она сталкивалась постоянно — такова была специфика ее работы. Кое-кого из них Ребекка находила весьма привлекательным. Но как бы то ни было, плотская связь на несколько дней — или даже месяцев — совершенно не привлекала ее. Она не могла себе представить интимных отношений с человеком, который не был бы по-настоящему дорог ей. Одно дело творческая фантазия, и совершенно другое — суровая реальность.

Тем не менее порой Ребекке хотелось испытать страсть, пережить полное единение с другим человеком.

Войдя в свою просторную квартиру, Ребекка притворила за собой дверь и в изнеможении прислонилась к ней, благодаря небо за то, что прощание со съемочной группой наконец позади. После шампанского и торта настал черед подарков. Среди них, наряду с забавными безделушками, были дорогие сувениры, а некоторые подарки выбирались с любовью и явно свидетельствовали о том, что дарители хорошо изучили Ребеккин вкус.

Ребекка опустила на пол два объемистых пакета с подарками и принялась просматривать почту. Ничего такого, что требовало бы немедленного ответа. Она заметила, что красная лампочка автоответчика отчаянно мигает, и включила прослушивание.

Количество звонков от актеров, жаждущих участвовать в ее фильме, или их агентов заставило Ребекку расхохотаться. С тех пор как появилось сообщение о новом фильме, квартира и офис Ребекки были заполнены посланиями от актеров и актрис, предлагавших свои услуги.