Серебряный ангел - Линдсей Джоанна - Страница 84

— Но почему?

— Таким образом я получу еще две недели спокойной жизни. Эта леди весь ад поднимет на ноги, когда узнает, что я такой же англичанин, как и она сама. Мне предстоит не самая приятная морская прогулка, если она узнает, что я мог добиться ее освобождения, не переспав с ней для этого.

— Ты придаешь слишком много значения женским капризам, брат. Тебе следовало бы быть…

— Более похожим на тебя?

Оба рассмеялись. Затем решил немного пожаловаться и Джамиль:

— Мне тоже придется успокаивать многих женщин после того, как ты посвятил себя одной-единственной фаворитке, оставив всех остальных без внимания. Думаю, что потребуется не менее месяца, чтобы вернуть в мой гарем прежние мир и спокойствие.

— Я слышал, ты уже занялся этим сегодняшней ночью.

— Шила была и будет главной моей заботой. Слава Аллаху, она все поняла. Она, кстати, просит у тебя прощения за то, что слегка усложнила твою жизнь. Шила сказала, что расслышала нотки самообвинения в твоем голосе, когда ты объяснял ей, что не можешь сказать правду.

— В любом случае теперь это позади. Все возвращается в нормальную колею, включая мою собственную жизнь, — произнес граф, пожав плечами.

— Ах да, тебя же ждет невеста в Англии. А Шахар? Ты и ее оставишь у себя? Дерек усмехнулся.

— Ты предлагаешь неплохое решение, — Не притворяйся, что ты сам до этого уже не додумался, — парировал Джамиль, — Но согласится ли она?

— Я смог преодолеть ее отвращение к тебе, смогу справиться и с нежеланием быть моей любовницей. Ведь помимо всего прочего, она будет считать себя испорченной и думать, что ей трудно будет найти хорошего мужа.

— А на самом деле разве не так?

— Обладая такой красотой? Ты шутишь, брат!

Джамиль усмехнулся. Хоть они с Касимом и близнецы, их вкусы относительно женщин, как выясняется, имеют мало общего.

— Что же, желаю тебе удачи. В том числе и в том, чтобы ты побыстрее преодолел ее гнев.

— Постараюсь, ваше высочество! — отчеканил Дерек, придав лицу до смешного серьезное выражение.

Глава 46

— Собирай вещи, Шахар. С вечерним отливом ты отплываешь с Джамилем. Ты и Джамиля.

Шантель посмотрела на Рахин так, будто та внезапно сошла с ума.

— Ты слышишь меня, дитя? Ты отправляешься в путешествие.

— Куда?

— Куда? — переспросила Рахин. — Разве это имеет какое-то значение? Это почетно…

— Куда мы поплывем, Рахин?

— Я и в самом деле не знаю. Даже Хаджи-ага не смог выяснить. Но ведь это действительно не важно Джамиль хочет, чтобы именно ты сопровождала его, значит, ты поплывешь.

— И Джамиля тоже. Если он берет ее, я ему не нужна.

— Ты ревнуешь?

— Абсолютно нет!

— Тогда, наверное, ты дуешь губки из-за того, что Джамиль посетил вчера ночью Шилу.

— Рахин!.. — произнесла девушка с угрозой в голосе. Поддразнивания матери дея начали ее раздражать.

— А если нет, то не смотри на меня так сердито. Ведь он берет с собой тебя, а не Шилу.

— И Джамилю.

— Нет, ты все-таки ревнуешь!

— Нет… я… нет! Пусть она будет с ним. Пусть все они занимаются с ним любовью. Мне все разно. Теперь я знаю, он именно такой, каким показался мне сразу. Я ненавижу его!

Лицо Рахин стало серьезным.

— Так ты все еще расстраиваешься из-за Мары? Я могла бы рассказать тебе об этом деле немного больше, чем ты узнала от нее.

— Вы собираетесь доказать, что Джамиль не поступал с ней таким варварским образом всякий раз, когда призывал ее к себе?

— Нет.

— Тогда что же еще вы хотите рассказать мне? То, что он нуждался в разрядке, мучаясь от навалившихся на него проблем? Так другие мужчины в схожих обстоятельствах просто стучат кулаками о стены.

Рахин поперхнулась, сдерживая смех. Заметившая это Шантель помрачнела еще больше.

— Давайте, смейтесь! Это же так забавно, что женщина была доведена до того, что так страшно завершила свою жизнь!

— Нет, это не забавно, — спокойно произнесла мать дея. — Это трагично. Но Джамиль в этой трагедии невиновен.

— Он…

— Шахар! — резко одернула девушку Рахин. — Тебе придется сегодня выслушать меня, хочется тебе этого или нет. Мара сама спровоцировала Джамиля. Она сознательно делала так, чтобы он наказывал ее всякий раз, когда она приходила к нему. Об этом она тебе рассказала?

— Нет. Однако я не считаю это достаточным основанием для его оправдания. Он должен был понять, что с ней что-то не так, и оставить ее в покое. А вместо этого он все чаще вызывал Мару, чтобы выместить на ней свой гнев. Вы же сами понимаете, что это омерзительно!

— Я понимаю, что тебя трудно в чем-либо убедить, — вздохнула Рахин. — А то, что она постоянно доказывала всем, что сама хочет, чтобы с ней так обращались, тоже не изменит твою точку зрения? Есть женщины, которые наслаждаются подобными вещами. Ты знаешь?

— Но на самом деле Мару угнетало то, что с ней так обращаются.

— Так почему же она сама об этом никому не сказала?

С последним Шантель не" могла не согласиться. Она и сама говорила Маре то же самое в тот роковой день. Но принять сторону дея она тоже не могла, особенно сейчас. Вот уже пять вечеров, прошедших со времени гибели Мары, Джамиль призывал ее, а она, приходя к нему, лишь отворачивалась, не произнося ни слова. Он мог бы сам рассказать ей то, что только что поведала его мать. Возможно, она и поняла бы его. Но ему, как видно, было безразлично, что она обо всем этом думает. Дей просто сердился на то, что она молчит, и отсылал ее обратно. А потом пошел к Шиле. Вот и хорошо! Просто замечательно! Пусть и дальше любезничает со своей Шилой. Шантель не хочет иметь с ним ничего общего.

Она отвернулась и пробормотала скорее сама для себя:

— Но почему он не берет в это путешествие Шилу вместо нас?

— Обычно дей всегда брал с собой именно Шилу, когда покидал Барику, но на этот раз выбрал тебя, это твой шанс окончательно завоевать его сердце, как ты не понимаешь, Шахар? — раздраженно проговорила Рахин.

— А если я не хочу?

— Думаю, что на этот случай он и берет с собой Джамилю, — не удержалась от предупреждения мать дея.

Шантель отшатнулась, глаза ее сузились, сделались совсем фиолетовыми.

— Он мог бы просто…

— Достаточно, Шахар! У меня больше нет времени спорить с тобой. Джамиль прислал за мной, и я уже опаздываю, если я не увижу тебя еще раз до вашего отъезда… — Рахин подошла ближе и обняла девушку. — Да поможет тебе Аллах. Может быть, он вернет тебе здравый смысл.

До покоев дея Рахин пришлось почти бежать. Слишком много времени ушло на разговор с Шахар. Но ей так хотелось самой сообщить ей о предстоящем путешествии. Мать дея надеялась, что Шахар обрадуется. Ведь это так почетно — быть избранной в спутницы Джамиля. Но вышло все наоборот. Что поделаешь! По крайней мере удалось заставить ее выслушать правду о Маре. Девушка умна. Она все поняла и не будет больше винить Джамиля в том, что произошло с этой женщиной. Но Шахар вместе с тем и очень упряма. Она слишком долго была единственной фавориткой. Ревность терзает ее, как бы она это ни отрицала, и если Джамиль будет игнорировать ее на судне, занявшись Джамилей, ревность эта может разрастись до опасных размеров.

Рахин решила, что непременно должна поделиться своими опасениями с сыном. Она размышляла, как лучше сделать это, и тогда, когда вошла к нему. Дей был в комнате совершенно один, и это удивило ее. Ведь, как правило, вокруг него постоянно крутилось не менее дюжины слуг. Впрочем, и само ее появление здесь было необычным событием. Джамиль годами не приглашал ее к себе. Она предпочла не думать о причинах вызова и не собиралась делать это сейчас, опасаясь, что и эта встреча с сыном ничего хорошего ей не обещает.

Мать дея решила сразу сообщить ему то, что может вызвать огорчение, надеясь потом перевести разговор в более спокойное русло.

— Я только что была у Шахар и рассказала ей о предстоящем путешествии.