Сердце воина - Линдсей Джоанна - Страница 64

– Еще чего! – фыркнула Марта. – Джорран не нашел бы их, не заговори она на своем языке, на что он и надеялся. А этого не случилось бы, не ослушайся она Далдена.

– О дьявол, ну почему тебе обязательно нужно все испортить?! Вечно эта неумолимая логика! – пожаловалась Тедра.

– Потом, все потом. Далден требует немедленной нуль-транспортировки. Я предупреждала, что он взбесится, когда увидит кровь.

– Но ведь тебе лучше, чем кому-либо, известно, как его задержать! Дай ей хотя бы переодеться, – пробормотала Тедра. – Перенеси его к Чаллену. Уж он-то сумеет его успокоить.

Бриттани запаниковала. Если мать Далдена считает, что она попала в переплет, значит, дело плохо.

Глава 51

Одним переодеванием дело не обошлось. Бриттани все еще была покрыта засохшей кровью, хотя на теле не осталось ни единой раны. Ей едва хватило времени, чтобы нырнуть в бассейн, хорошенько оттереть багровые потеки и спустить подозрительно розовую воду: не хватало еще, чтобы Далден это узрел. Она не пыталась скрыть, что была изувечена, но не стоило демонстрировать, что именно сделал с ней зверь.

Тедра оставила ей устройство связи на случай, если кому-то понадобится срочный перенос отсюда, пока страсти не утихнут. Бриттани еще не имела понятия, кому именно следует убраться, поскольку эмоции с обеих сторон и так достаточно накалились.

К тому времени как Далден наконец вошел в покои, Бриттани трясло от волнения. Она не переставала повторять себе, что он настоящий, в самом деле настоящий. Не актер, которого наняли играть варвара, а истинный варвар. Но как объяснить человеку с первобытным сознанием, что не следует наказывать за уже перенесенные муки?

Он не казался рассерженным. Однако она достаточно хорошо знала его, чтобы понимать, какие бури бушуют за внешне бесстрастной маской. Все признаки были налицо: плотно сжатые губы, холодный блеск янтарных глаз.

Беда в том, что она не знала, чего ожидать от Далдена именно сейчас. Он утверждал, что не причинит ей физической боли, и Бриттани верила. А как насчет моральной? Что, в представлении варвара, есть наказание, если в ход не идут ни кнуты, ни цепи? Недельная отсидка в сырой темной дыре? Или месячная? Одиночное заключение?

Единственным способом защиты был гнев, и она отгородилась им, как стеной.

– Разденься.

Бриттани моргнула, сжалась и предостерегающе прищурилась.

– Ни за что на свете.

– Разденься, – повторил Далден, шагнув к ней. – Мне нужно убедиться, что ты цела.

Это должно было немного ее успокоить. Он хочет своими глазами увидеть, что с ней все в порядке. На его месте она поступила бы так же. В обычной ситуации. Но в этой ситуации нет ничего обычного.

– И не подумаю, – бросила она, отступая. – Зачем я буду давать тебе повод придумывать, как лучше меня высечь? Я пока в здравом рассудке!

Она дала ему шанс одуматься. Все отрицать. Но Далден им не воспользовался. Теперь Бриттани разгневалась не на шутку.

– Ты еще можешь остановиться, – процедила она. – Со мной все в порядке, даю тебе слово. Клянусь! И я уже усвоила урок, который, по-твоему, нуждается в повторении, так что нет смысла его закреплять. На будущее я согласна подчиняться всем приказам.

– В таком случае повинуйся этому. Раздевайся!

Впервые за все время их знакомства он повысил голос и перешел почти на крик. Как ни странно, именно это заставило ее послушаться. Чистое безумие!

И все же Бриттани упрямо покачала головой:

– Этот приказ не имеет ничего общего с моей безопасностью, скорее наоборот. Предупреждаю, что не потерплю никаких наказаний. Так что даже не думай…

Она уперлась в стену. Дальше отступать было некуда. Впрочем, это и не важно: длинные ноги сослужили Далдену хорошую службу. Он совсем рядом! У него и двух секунд не ушло на то, чтобы оторвать ее от стены и стащить дурацкое чаури. На этом он не успокоился. Принялся поворачивать ее то в одну, то в другую сторону, поднимать руки, с видом доктора ощупывать ноги.

Бриттани так трясло от негодования, что она даже не смущалась под пристальным взглядом Даддена. Он должен был поверить ей!

Она с силой уперлась ладонями ему в грудь. Обычный человек на его месте, если не отлетел бы в сторону, по крайней мере отодвинулся бы. Но Дадден не шелохнулся. Зато у Бриттани заныли руки.

– Доволен? – прорычала она. – Я же говорила, что все в порядке! Почему бы не покончить на этом?

Вместо ответа Дадден бросился на колени и обнял ее за талию. Его голова уютно устроилась между ее грудей. Бриттани, окончательно сбитая с толку, не знала, что и подумать.

– Прости за то, что так рвался увидеть своими глазами, – нежно прошептал он. – Прости за боль, которую тебе пришлось вытерпеть.

Он буквально рвал ей душу своими признаниями!

– И прости за то, что меня не было рядом, чтобы защитить тебя!

– Дадден, перестань, – шепнула она, обхватив его шею. Но он ничего не слышал.

– Прости за то, что не доверяла мне настолько, чтобы знать: я никогда ничего не прикажу без веской на то причины!

– Дадден, пожалуйста, не убивай меня своим благородством! – взмолилась она. – Тебе не за что просить прощения! Знаешь, услышав шорох, я подумала, что у шатра обычное животное. Наша поездка не была запланирована заранее, и мне хотелось раз и навсегда опровергнуть ваши россказни о Ша-Каане. Я собиралась всего лишь взглянуть и сразу вернуться. А зверь увидел меня и сумел доказать, насколько я не права.

Дадден крепче сжал руки.

– Прости, что тебе едва не пришлось умереть, прежде чем ты увидела истину.

Бриттани улыбнулась, но он этого не заметил.

– Мы оба увидели истину.

– И прости, что я должен сделать все, чтобы ты больше никогда не позволила своему любопытству взять верх над приказом, отданным для твоего же блага!

Бриттани, уже начавшая расслабляться, вновь насторожилась. Далден поднялся и, подхватив ее, прижал к себе.

– Нет! – взвизгнула она.

Но Далден уже нес ее неведомо куда. Он не хотел наказывать спутницу жизни, но приходилось. Для ее же пользы. Она знала обычаи его страны. Ясно одно: что бы она ни сказала и ни сделала, все будет напрасно.

Ей следовало бы собраться с духом и мужественно принять все. Что с ней будет? Правда, он сказал, что не причинит ей боли. Но это вопрос принципа, черт возьми! Поздно воспитывать ее наказаниями, как несмышленое дитя!

Какой закон она нарушила? Пусть хотя бы объяснят, какова расплата и сколько времени придется провести в заключении! Она сама должна решать, следовать ли предупреждениям, сделанным для ее же собственной безопасности, или нет! Ему стоило всего лишь сказать, что в лесу водятся хищники-людоеды, и она носа не высунула бы из шатра.

Далден поднес Бриттани к кровати, уложил, сам лег рядом и привлек ее к себе. Пришлось, однако, применить силу: Бриттани долго вырывалась, пока не поняла, что он ничего больше не собирается делать. Прежде всего Далден постарался успокоить ее, понимая, как она напряжена. Но, учитывая обстоятельства, добиться этого было сложно.

Видимо, поэтому Далден начал ее целовать. Теперь Бриттани умирала от тревоги. Как он может целовать ее, если поцелуи производят прямо противоположный эффект? Она боялась, что он попытается сначала подольститься к ней, погасить подозрения, смягчить удар, который обязательно нанесет.

Она боролась с теми ощущениями, которые он в ней будил. Боролась отчаянно. Ему это так с рук не сойдет. Она выстоит!

Но это невозможно.., она и раньше никогда не могла устоять перед его поцелуями. Почему сейчас должно быть иначе?

Еще минута, и она стала отвечать на поцелуи. Несмотря на досаду, которую она должна была ощущать и вскоре будет ощущать, здесь и сейчас был только он, человек, которого она любила без памяти когда он не вел себя как настоящий дикарь. А сейчас он вовсе не походил на дикаря.

От его то нежных, то страстных ласк сильнее забилось сердце, закипела кровь, внутри все замерло от сладостного предвкушения. В животе медленно раскручивалась спираль неземного удовольствия. Она трепетала, сгорая в пламени желания, только для того, чтобы он пригасил это пламя и начал все сначала.