Мой мужчина - Линдсей Джоанна - Страница 67

— Вот тебе мой совет, Мэнди, а уж поступай как хочешь. Не так давно я и сама вела себя так же, и что это мне дало? Неразделенная любовь разъедает сердце, как ржавчина. Будь искренней! Вдруг окажется, что и он любит тебя.

За ужином Аманда выглядела такой довольной, что не оставалось сомнений в том, что совет пошел на пользу. Когда наступило время расставания и каждая пара направлялась к своему фиакру, Мэриан увлекла сестру в сторонку, пользуясь тем, что Чад и Спенсер остановились перемолвиться со Стюартом.

— Неужели ты призналась? — спросила она шепотом.

— Да.

— И он, конечно, сделал ответное признание?

— И не подумал. Сказал, что сильные чувства не в его характере. — Аманда вдруг прыснула. — Но по глазам было видно, что это ложь!

— Увидимся в Техасе.

— И ты подаришь мне, хоть и с опозданием, свадебный подарок — портрет Спенсера. Когда разозлюсь на мужа, буду бросать в его портрет чем попало. Посмотрим, как это его позабавит!

Мэриан уселась в фиакр, все еще улыбаясь. На вопрос Чада, в чем дело, она сказала только:

— Так, ни в чем. Просто мне нравится новое настроение Мэнди.

На другой день капитан парохода объявил их мужем и женой, и Мэриан вынуждена была признать, что это и есть самый счастливый день ее жизни — ничто уже не могло сравниться с тем восторгом, который она испытала, произнося свое «да».

К чести Чада, он очень постарался, чтобы этот день стал для нее самым счастливым. Этот ковбой оказался настоящим романтиком: он тайком пронес на борт корзину роз и попросил Эллу Мей осыпать их лепестками во время брачной церемонии, устроил ужин при свечах, а потом вечер на палубе при полной луне. Они сидели, закутавшись в одно одеяло, и любовались игрой лунного света на волнах.

Весь следующий день они провели в постели в каюте, которую им предстояло делить во время плавания. Ни на обед, ни на завтрак они так и не вышли, даже не вспомнив о такой мелочи, как пища. Казалось, каждый копил страсть все то долгое время, пока длились неувязки и недопонимание, но теперь дамбу прорвало, и страсть лилась свободным потоком. Стоило разжаться объятиям, как они снова тянулись друг к другу. Просто чудо, что узкая корабельная койка выдержала!

К ночи оба едва дышали, опустошенные до предела, но и это не помешало Чаду перед тем, как заснуть, привлечь к себе Мэриан для поцелуя, который затянулся и постепенно перешел в большее.

— По-моему, хватит… — прошептала Мэриан позже.

— Ты уверена? — усомнился Чад.

Кончик его пальца скользнул вдоль ее позвоночника, вызвав сладкую дрожь.

— У тебя не могло остаться ни крупицы сил! Просто не могло!

— И не осталось, — подтвердил он со смешком. — Но лучше все-таки меня не дразнить, не то.., кто знает! — На этот раз он поцеловал ее нежно и осторожно. — Люблю тебя! Если не веришь, у меня впереди целая жизнь, чтобы это доказать, и когда мы будем совсем сморщенными и седыми, в окружении внуков и правнуков, я спрошу, и ты,..

— Постой, давай для начала выясним, сколько внуков и правнуков ты себе рисуешь.

— А сколько может родиться у десятка детей? А если еще будут двойни…

— Только не это!

— Почему нет? Нужно только воспитывать всех одинаково и любовь делить поровну. Я уверен, ты будешь хорошей матерью. Ты слишком добра, чтобы кого-то обделить.

— Ну хорошо, на двойню я согласна, но чтобы не каждый раз! Теперь продолжай. «Я спрошу, и ты…»

— И ты скажешь, что прожила счастливую жизнь. Клянусь, ты так и скажешь!

И Мэриан поверила. Не могла не поверить. Она была совершенно счастлива уже теперь — с мужчиной, которого могла с полным основанием называть своим.