Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Полное собрание сочинений в трех томах. Том 1

Мольер Жан-Батист

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Полное собрание сочинений в трех томах. Том 1 - Мольер Жан-Батист - Страница 122

122

Изменить размер шрифта:

Кризальд.

По-вашему, жена тем лучше, чем глупее?

Арнольф.

Да, и дурнушка мне и глупая милее,

Чем та, что чересчур красива и умна.

Кризальд.

Но ум и красота…

Арнольф.

Была бы лишь честна!

Кризальд.

Но как вы можете, скажите, поручиться,

Что дура честностью сумеет отличиться?

Не говоря о том, что скуки не избыть —

Бок о бок с дурою век целый проводить,

Но я не разделю и ваше убежденье,

Чтоб этим вы свой лоб спасли от украшенья.

Порой и умница умеет обмануть,

Но нужно, чтоб она избрала этот путь.

А глупая жена изменит не желая,

Без дальних хитростей, вины не сознавая.

Арнольф.

На этот довод ваш, хотя б я промолчал,

Уже Пантагрюэль Панургу отвечал.[94]

К союзу с умницей внушайте мне влеченье,

До самой Троицы твердите поученья.

Но изумитесь вы, увидя наконец,

Что убедить меня не в силах и мудрец.

Кризальд.

Что ж, я молчу.

Арнольф.

Своя у каждого метода,

И в этом, как во всем, мне безразлична мода.

Довольно я богат, чтобы моя жена

Мне одному была во всем подчинена,

Чтобы ни в знатности породы, ни в именье

Нельзя ей было дать пред мужем предпочтенье.

Она и девочкой была других скромней,

Я с детских лет ее дышу любовью к ней.

Узнав, что с матерью им нечем пропитаться,

Я воспитанием ее решил заняться;

Крестьянка добрая словам моим вняла

И снять обузу с плеч радехонька была.

В одном монастыре, укромном и спокойном,

Я воспитал ее, как полагал пристойным,

Следил, намеренье преследуя свое,

Чтоб в полной простоте растили мне ее,

И, слава небесам, добился я успеха:

В ее невинности мне лучшая утеха;

Благодарю судьбу, что вижу наконец

По вкусу моему супруги образец.

Я взял ее к себе, но дом мой, как известно,

Открыт для всякого, и от гостей в нем тесно;

Я все опасности тотчас сообразил

И в домике ее отдельном поселил,

А чтобы простоты не исказить природной,

Я окружил ее людьми натуры сходной.

Вы скажете: «К чему вся эта речь твоя?» —

Чтоб вы увидели, как осторожен я.

Я дружбу верную вам доказать желаю:

Вас с ней отужинать сегодня приглашаю;

Хочу, чтоб вы, ее немного испытав,

Решили, в выборе я прав или не прав.

Кризальд.

Охотно.

Арнольф.

Вынести легко вам впечатленье

О свойствах этого невинного творенья.

Кризальд.

О, что до этого, я верю вам вполне!

Вы столько…

Арнольф.

Многое еще известно мне.

На простоту ее с восторгом я взираю,

Зато и со смеху частенько помираю.

Однажды (верьте мне, я очень вас прошу!)

В надежде, что ее сомненья разрешу,

Она, исполнена невиннейшего духа,

Спросила: точно ли детей родят из уха?

Кризальд.

Я очень рад за вас, сеньер Арнольф…

Арнольф.

Опять!

Иль именем другим не можете назвать?

Кризальд.

Ах, это с языка само собой сорвется!

Ла Сушем вас назвать никак не удается.

На черта вам сдалась, я не могу понять,

Причуда — в сорок лет фамилию менять?

Имение Ла Суш пошло от пня гнилого.

Ужель украсит вас столь низменное слово?

Арнольф.

Предать имение известности я рад,

Да и звучит Ла Суш приятней во сто крат.

Кризальд.

От имени отцов вы отреклись напрасно

И взяли новое, пленясь мечтой неясной.

Подобным зудом кто теперь не одержим?

Задеть вас не хочу сравнением своим,

Но мне припомнился крестьянин Пьер Верзила:

Когда его судьба усадьбой наградила,

Канавой грязною он окопал свой двор

И называться стал де Л’Илем с этих пор.[95]

Арнольф.

Нельзя ли обойтись без этаких сравнений?

А я зовусь Ла Суш без дальних рассуждений.

Мне имя подошло, мне мил и самый звук,

И кто меня зовет иначе — мне не друг.

Кризальд.

Но вряд ли большинство так просто подчинится.

В письме по-старому к вам каждый обратится.

Арнольф.

Я не взыщу с того, кто не был извещен,

Но вы…

Кризальд.

Пусть будет так: я вами убежден.

Согласья доброго мы с вами не нарушим,

Я приучу язык вас называть Ла Сушем.

Арнольф.

Прощайте! Я теперь хочу зайти в свой дом

О возвращении уведомить своем.

Кризальд (про себя).

Рехнулся он совсем, теперь мне это ясно.