Буря страсти - Линдсей Джоанна - Страница 53

— Не знаю, чего ты добился своим обманом, Слэйд. С тобой я разведусь с удовольствием. Ты не приобрел ничего.

— Ты разведешься со мной, красотка?

— Немедленно, — заверила она. Шерис отвернулась. Дальнейшие дискуссии неуместны. В молчании вернулись они к ее дому, и тут он снова изумил ее.

— Иди упакуй вещи, Шерис, — сказал он. — Ты переезжаешь ко мне.

— Не будь смешным, Слэйд. — Она собралась выйти из экипажа.

— Как ты думаешь, какого черта я женился на тебе? У меня не было на тебя прежде законных прав, а теперь они появились, и я намерен ими воспользоваться. Делай то, что тебе говорят.

Она пришла в ужас:

— Но я не буду твоей женой! Ни за что! Она вбежала в дом, захлопнув за собой дверь, но через секунду он распахнул ее.

— Не думай, что все так просто.

Она в гневе повернулась к нему:

— Убирайся!

— Черт побери! Что здесь происходит? — Маркус вышел в холл и уставился на высокого темноволосого незнакомца. Шерис повернулась к отцу н сказала с той же яростью:

— Он считает, раз я за ним замужем, то он может командовать мной. Но он обманул меня, отец. Он не Лукас. Это Слэйд! Скажи ему сам, чтобы он убирался, я не хочу видеть его!

И она взбежала по ступеням, оставив мужчин один на один в холле. Маркус был ошеломлен. Неужели этот молодой человек огромного роста, немигающий взгляд которого выражал холодную решимость, — его зять?

— Я надеялся познакомиться с вами при более благоприятных обстоятельствах, мистер Хэммонд, но теперь вынужден просить вас не вмешиваться. — Маркус собрался было открыть рот, но незнакомец продолжил:

— Она ваша дочь, но у мужа есть неоспоримые права. Вы знаете это. Я не уйду отсюда без нее.

— Значит, вы действительно ее муж?

— Вы слышали, она сама признала это.

— Но она вышла замуж за вашего брата. Вы же не Лукас Холт.

— Мистер Хэммонд, это длинная история. По справедливости Шерис должна ее услышать первой. Все, что вам необходимо знать сейчас, — это то, что я люблю ее и, полагаю, взаимно.

Маркус не смог сдержать улыбку:

— О, я почувствовал, что девочка влюблена, хотя она никогда не признавалась в этом. Я понял это, как только Шерис вернулась из Аризоны. Но она любит Лукаса, а вы совсем не нравитесь ей, поверьте.

— Возможно, но уверяю вас, ее чувства изменятся к концу сегодняшнего дня. А теперь я с вашего или без вашего позволения пойду и заберу свою жену. Будет лучше для нас обоих, если вы не станете мешать. Хотя я заберу ее отсюда, невзирая на ее протесты или ваши возражения.

— Боже, как она была права! — воскликнул Маркус. — С вами нелегко иметь дело. Но вы можете дать мне слово, что Шерис с вами будет счастлива?

— Да, конечно.

Маркус покачал головой. Что за нелепая ситуация! Но этот человек — ее муж. Так что у Маркуса не было выбора.

— Ладно, идите, — вздохнул Маркус. — Ее комната — вторая налево. Но не заставляйте меня жалеть о принятом решении, Холт. Запомните это. Обращайтесь с ней хорошо, слышите?

Темная бровь приподнялась.

— Это что, угроза, мистер Хэммонд?

— Нет. Да, клянусь Богом, угроза.

— Что ж, справедливо, — усмехнулся молодой человек И взбежал по лестнице.

Глава 42

Шерис, конечно, заперла дверь, но ему достаточно было приналечь на нее плечом.

— Что ты сделал с моим отцом? — обвиняюще спросила она. — Почему он не остановил тебя? Ты мне не нужен.

— Он достаточно умен, чтобы понять: ты принадлежишь мне. И тебе следует с этим смириться. — В два шага он преодолел разделявшее их расстояние и схватил ее за плечи, — Так ты выйдешь отсюда, сохраняя достоинство, или мне унести тебя?

— Нет!

Он поднял ее на руки.

— Отпусти меня, Слэйд! Я не вынесу такого! — Он молча шел. — Ты можешь заставить меня жить с тобой в одном доме, но я все равно не позволю тебе прикоснуться ко мне. Я люблю Лукаса! Ты слышишь меня? — Он продолжал идти. — Я тебя ненавижу!

Он вынес ее из дома, посадил в экипаж, и она забилась в дальний угол.

— А как насчет моих вещей? — напомнила она.

— Мы пошлем за ними.

— Надеюсь, ты понимаешь, насколько ты мне отвратителен?

— Пожалуй, да. — Он имел наглость улыбнуться. — Мы подъедем к отелю через несколько минут. Советую тебе успокоиться и подумать о том, как ты туда попадешь. Я, например, вовсе не возражаю против того, чтобы внести тебя на руках.

Она вошла в отель сама, но его пальцы крепко сжимали ее локоть. Она не стала устраивать сцен, проходя через роскошные холлы к лифту.

Номер Слэйда находился на пятом этаже и отличался богатой обстановкой. Когда Шерис переступила порог, то вырвала локоть и села с намерением остаться на этом стуле навсегда. Он встал перед ней, расставив ноги и скрестив руки на груди.

Шерис подняла на него полный возмущения взгляд.

— Не думай, что сможешь запугать меня, Слэйд. Тебе это не удастся.

Он оглядел номер.

— Эти комнаты довольно удобные и подойдут нам, пока не закончат отделку дома. На это, вероятно, уйдет еще неделя.

— Не кажется ли тебе, что ты слишком много на себя берешь?

Он улыбнулся:

— У тебя все еще есть какие-то сомнения насчет моих прав? Твой друг Роберт прекрасно понял, когда я объяснил ему, что в его услугах больше нет необходимости. А тебя все еще нужно убеждать?

— Так вот почему Роберт… О! Что ты делаешь здесь, в Нью-Йорке, Слэйд? Тебе здесь не место. Ты стрелок, дитя Дикого Запада. А здесь совсем другие нравы.

— Мне казалось, ты поняла, что я могу жить где угодно.

— Надеюсь, ты не собираешься обосноваться здесь надолго?

— Почему бы и нет? Мне всегда хотелось посмотреть мир, и я удовлетворил свое желание. К сожалению, это оказалось не слишком интересно, может быть, потому, что я никак не мог выбросить тебя из головы. Нам следует когда-нибудь вместе посетить Европу.

— Европу? Так ты ездил с Лукасом в Европу?

— Можно сказать и так, — усмехнулся он. — Между прочим, Лукас встретил во Франции твоего знакомого, отвратительного маленького павлина, который заключает пари на любовь наивных девственниц.

— Антуана? — выдохнула она.

— Кажется, Лукасу не понравились забавы молодого человека. Он как следует разукрасил физиономию Готье, и теперь тот уже не так хорош собой.

В ее глазах промелькнуло изумление и явное удовольствие.

— Лукас сделал это ради меня?

— Я сделал, — тихо ответил Слэйд.

— Ты? Но ты же сказал…

— Когда же ты поймешь, Шерис? Неужели ты не видишь? Существует только один человек. Она побледнела.

— Это… это невозможно, — сказала она дрожащим голосом.

Он встал на колени, так что его глаза оказались на одном уровне с ее глазами, и сказал так мягко, как только мог;

— Ты не боишься меня. Ты боялась раньше, а теперь — нет. Как ты думаешь, почему?

Она пристально всмотрелась в его лицо. Это правда. Он больше не казался опасным. Если бы она не была так рассержена, то заметила бы это раньше.

— Значит, ты Лукас, — закончила она. Он вздохнул и встал. Лицо изменилось и стало суровым, вся мягкость исчезла. Перемена была резкой, пугающей и не оставляла никаких сомнений в том, что перед ней Слэйд.

— Шерис, Лукас умер. — В его голосе прозвучала горечь. — Ферал Слоан убил Лукаса в тот же день, когда убил нашего отца, Я не знал об этом. Почти десять лет я считал, что Лукас убежал, что он живет где-то и я когда-нибудь смогу найти его. Я выбросил его смерть из памяти, хотя видел, как это произошло, прежде чем потерял сознание.

Слэйд отвернулся, чтобы Шерис не увидела его лица.

— Лукас не стал убегать, когда я упал с лошади и скатился на дно ущелья. Мой брат остановился, чтобы попытаться помочь мне. Наверное, я сделал бы то же самое. Мы близнецы и были как бы одним целым. Это-то и дало возможность Слоану догнать нас и всадить пулю Люку в спину. Я был весь залит кровью, и Слоан, по-видимому, решил, что я умер. Он счел достаточным привезти назад одно тело и двух лошадей в доказательство того, что в живых не осталось ни одного Холта и никто не предъявит права на прииск. Он забрал с собой тело Лукаса. — Последовала долгая пауза. — Мне исполнилось девятнадцать, когда я разыскал могилу брата рядом с могилой отца в Тусоне.